Чтение онлайн

***

Макс

До встречи с «новой» помощницей была еще впереди целая ночь. Сначала я хотел просто тупо выспаться. Все еще сказывался сорока восьми часовой марафон работы над Игрой. Но сон не шёл, хоть ты убей!

Обычно после выпуска Игры я чувствовал мощный заряд адреналина. Но не в этот раз. Сейчас я чувствовал себя совершенно опустошенным. Не знаю, от чего больше – от бессонницы или от этой девчонки, которая засела, словно заноза в заднице. Почему я постоянно думаю о ней? Ничего особенно в ней нет. Обычная девчонка как многие. Как все! Но почему постоянно перед взором мельтешит она?

Мы провели наедине три дня. Если можно было это вообще так назвать.

Мне нравилось смотреть на нее, когда я дразнил, а она бесилась в ответ. И даже когда молчала, глядя на меня в упор, ее глаза извергали молнии. Ее синие пресиние глаза, в которых вспыхивал вдруг бесноватый отсвет, разгорался и медленно гас. А потом еще долго клубился в них дым. Это заводило меня вполоборота. А еще ее пренебрежительные гримасы. Презрительное фырканье. И полное равнодушие к тому, как она выглядит. То щеголяла в балахоне до пят. То полуголая в нижнем белье, когда думала, что я ее не вижу. Но я – то видел! И не мог работать. Что я испытывал? Она меня бесила! Выводила из себя. Она мешала сосредоточиться на работе. И это несмотря на то, что она даже не заходила ко мне! Я сам следил за экраном монитора, на котором мелькала она то неуклюжей «матрешкой», то в нижнем белье, то в шортах и майке, сверкая своими стройными длинными ножками.

– Да что за мерзкая девчонка! Влезла мне прямо в душу! – в сердцах я выключал монитор, на котором она, приоткрыв рот, как я понимал, что – то там напевала. Я усмехался. Выходило так, что она приоткрывала рот удивленно, почему я «вырубаю» её всякий раз на самом интересном месте. Самое нелепое было в том, что через пару минут я снова его включал. И снова наблюдал за Юлей…

Вспомнил, как она попала в эпицентр поливочной системы. Закинув голову, она подставила лицо солнцу, наслаждаясь его теплыми сентябрьскими лучами. Казалось, лучи просачивались сквозь ее тонкую фигурку. Такая романтичная была картинка. Я любовался.

И как потом я включил систему. Зачем? Да просто дурак! Как моментально Юлька промокла. Ее футболка прилипла к телу, подчеркивая ее острые девичьи груди. Вода стекала с ее мокрых волос на одежду, лицо… Пухлые влажные губы… Её удивленный взгляд – откуда вдруг дождь?

И потом, как смотрели на меня её глаза. С вызовом, недоумением, досадой. Никто никогда не смотрел на меня так. Ни одна из моих девушек. Кто ценил меня за мозги. Кто за мужскую харизму. Кто за финансовую составляющую, чего уж там греха таить. Но Юля не была ни одной из них. Ей все было нипочём. Плевать на любые мои достижения и заслуги. Она воспринимала меня самого. Просто меня. Без регалий, достоинств, денег. И, к сожаленью, её восприятие было далеко от идеала. Своенравная, недоступная, упрямая.

– Черт! Достала она меня! Нет. Я должен справиться с наваждением по имени Юля.

Я хотел обдумать линию поведения с этой маленькой занозой. Как всегда ничего из этого не выходило. Но я верил в себя. И верил, что я обязательно что-нибудь придумаю, чтобы справиться с этой нелепой необъяснимой зависимостью к этой маленькой вредине.

***

Юля

С утра прилетела на пару. Жанка сразу меня обрадовала, что у нас новый препод. Заменяет Марину Ивановна, приятную интеллигентную женщину. С мягким голосом и ангельским терпением. Этот, по словам подруги, является полной её противоположностью. А сегодня сдача контрольной работы. Упс! Я была не готова. И хотела покинуть аудиторию. Не успела. Придирчивый нервный препод – господин Санин Олег Александрович и так уверенный в том, что все мы здесь собрались исключительно «по блату», сегодня еще раз имел удовольствие в этом убедиться. Он постоянно курсировал между рядами, так что списать у кого либо – ни единого шанса. Увидев мой буквально пустой лист, не считая аккуратно выведенной на нём темы контрольной и моей фамилии, он вызвал меня к доске. И принялся гонять по пройденному материалу. Ну как гонять. Он спрашивал – я красноречиво молчала. Ждать особо не пришлось. Пару я схлопотала быстро.

Конечно, не самое лучшее начало дня. Настроение упало. Но особо страдать, себя жалеючи, времени не было. Следующая пара лекций. А затем бегом на новую работу…

Добравшись до офиса, в туалете я быстро переоделась, переобулась и направилась в отдел кадров. Идти на шпильках было непросто. Пару раз я пошатнулась, теряя равновесие, но кое – как всё-таки добралась. Очаровательная девушка Татьяна сразу же предложила мне сесть. Чем я и воспользовалась с большим удовольствием. Она оформила мои документы и проводила в приемную.

– Ольга здесь работает помощником генерального директора уже пять лет. Она вам, Юля, поможет освоиться. Все объяснит и подскажет. – Мило улыбнувшись, девушка покинула приемную.

Я глянула на свою коллегу. Шатенка лет тридцати с привлекательными чертами лица. Строгий костюм песочного цвета. Очки, которые придавали её лицу шарм. Элегантная молодая женщина с обручальным кольцом на безымянном пальце правой руки.

Она показалась мне терпеливой спокойной сотрудницей. В противном случае как бы она сработалась с этим тираном? Она объясняла, показывала мне, что и как делать. Методично. Настойчиво. Затем следовали повторы. Пауза. Еще раз повторы…

Нет. Обычно я так не тупила. Но сегодня явно был не мой день. Я в третий раз сгоняла в отдел закупок, и третий раз притащила не те документы. Я готовила битый час файл на компе. Забыла сохранить. И он улетел безвозвратно. Ольга мне не выговаривала. Терпеливо повторяла все заново. Правда, я заметила, что объяснения её становились все медленнее и медленнее. Плохой знак. Походу она решила, что я реально тупая. Ну, ничего, утешала я себя. Завтра реабилитируюсь. Просто сегодня я очень волнуюсь. Мой первый рабочий день.

Вот он! Мой первый рабочий день, который никак не заканчивался. А ведь это был даже не целый день, а лишь его половинка. Так эта первая половинка, получилась какая– то сумбурная и взбалмошная. Наверное, с непривычки. Ничего. Я быстро осваиваюсь. Думаю, пару дней на адаптацию хватит.

Я усердно корпела над очередным заданием, порученным мне Ольгой, когда моё внимание вдруг отвлекла фурия, стремительно влетевшая в приемную. Вскинув глаза, увидела ухоженную стильную обалденную…сотрудницу. Глядя на ее моднейший пепельный блонд, пухлые накаченные губы и наращенные наманикюренные ноготки, я уже засомневалась в том, что ее шикарная грудь также не была напичкана силиконом. Мимо нас она продефилировала на высоченных шпильках, не поздоровавшись, не удостоив вниманием, не одарив даже косым взглядом. Ну, будто мимо пустого места.

Заметив мои выпученные глаза и приоткрытый рот, Ольга прошипела:

– Ирэн – руководитель отдела маркетинга. Та еще стерва! – И многозначительно добавила: – Кстати, одна из пассий Максима Леонидовича.

– Что значит, одна? Их что много?! – опешила я.

– Немало, – то ли успокоила, то ли заверила меня Ольга.

К порокам нашего гения добавился ещё один. Кобель!

Однако информация, полученная от Ольги про стерву на шпильках меня почему- то взбудоражила. На контрасте с ней я явно проигрывала. Скромно смотрелись мои волосы, собранные в пучок сзади на затылке, и ногти, покрытые бесцветным лаком. Никакого сравнения не выдержало и моё уставшее лицо – без мейкапа, потому что я тупо не выспалась, вдобавок утром ещё и не успела подкрасить ресницы. О помаде даже не вспомнила. Так что сидела я вся из себя такая натуральная неприметная. А мой костюмчик, в котором, я еще вчера представляла себя моделью, сегодня на фоне блистательного костюма этой красотки выглядел совсем бледно. Про грудь свою мне вообще было сказать нечего. Ну, разве что упомянуть стандартный второй размер. А вот про шпильки, на которых я еле доковыляла до рабочего места, и теперь снимала при каждой удобном и не очень случае, пряча затекшие ноги под столом, я уже думала много. Они меня заставляли думать о себе. Конечно, эффект длинных ног увеличивался в них процентов на тридцать, но вот мученья – на все сто! Я с завистью смотрела вслед уверенно входящей в кабинет генерального на своих пятнадцатисантиметровых шпильках Ирэн. А ведь у меня была даже фора, мои были – только десять!