Девон: Пробуждение
Шрифт:
Совесть Эвана капитулировала вместе со своим хозяином.
Девон наслаждалась приятной поездкой, когда Эван перед ней притормозил якди и замер, уставившись вглубь леса.
— Девон?
— М-м?
— Мне мерещится или в тех кустах и правда стоит … рояль?
— Что? — Девон тоже остановила своего якди и посмотрела в указанном направлении. — Где?!
На небольшой лесной поляне в ста метрах от них по левую руку от тропы стоял красивый музыкальный инструмент, вокруг которого кружились морозные светлячки. Его лакированные бока блестели в лучах ниспадающих солнечных лучей, что пробились сквозь высокие кроны деревьев.
Однако ажиотаж Девон быстро сменился легким разочарованием.
— Ах, нет. Какая жалость — это не рояль, а всего лишь клавесин.
— А какая между ними разница?
— В первую очередь размер, а во-вторых …
Однако Эван, не желая слушать очередную лекцию особенно о музыкальных инструментах, перебил ее.
— Как он вообще оказался так высоко в горах?!
— Любопытный вопрос. Подойдем поближе и посмотрим?
Есть музыкальные инструменты, посмотрев на которые любой «ценитель прекрасного» можете с уверенностью сказать: «Это произведение настоящего искусства! Которое создано лишь для того, чтобы играть на нем столь прекрасную музыку, что глаза слушателя утонут в слезах, сердце разорвется от чувств, а душа устремляется к небесам!».
Что, разумеется, не является правдой. Поскольку будем честными, звучит это утверждение — как реклама для весьма изысканного оружия массового убийства, а не украшения для вашей гостиной и развлечения знатных гостей во время званых приемов.
Однако покупатели способные оплатить такую покупку, как правило прислушивались к словам ценителей прекрасного, а мастера, создавшие этот инструмент, хотят получать за свою работу достойную оплату.
Такие инструменты не могут себе позволить даже самые известные музыканты. Их покупают себе богачи и аристократы, чтобы, выставив на самое видное место и наняв тех самых музыкантов, развлекать своих гостей и слыть тем самым "эстетом" и «ценителем прекрасного».
Жемчужина в интерьере роскошного дворца или особняка. Именно таким был этот музыкальный инструмент.
Клавесин, который сочетал в себе невероятную красоту и безграничный музыкальный потенциал, если на нем будет играть хороший музыкант.
Почти шедевр.
Почему почти? Потому что у этого музыкального инструмента был один, но весьма существенный изъян… судьба.
Девон приподняла крышку.
Все струны целы, а на стенке был указан мастер и год изготовления.
— Совершенно новый. Ему и года нет.
Тем страннее казалось, как он оказался посреди гор, так далеко от роскоши мест, где ему полагалось быть.
— Но как тогда он здесь оказался? — Удивился Эван, осматриваясь вокруг. — Он не выглядит легким, но поблизости нет никаких борозд. Не считая поломанных веток и куста, в котором он стоит. Он что с неба упал или с горы свалился? Тогда почему он не разбился, а заработал лишь пару царапин на корпусе, да торчавшие тут и там веточки и листья?
Найти ответ на эту загадку оказалось легче, чем казалась на первый взгляд.
Музыкальный инструмент парил, чуть касаясь земли, как сдувшийся воздушный шарик. Даже Эван мог поднять его одной рукой. Но подняв его чуть выше талии, он ощутил, насколько тот на самом деле тяжелый. Очень тяжелый, а значит, и весьма прочный.
«— Неужели Вензинский дуб? Он же стоит целое состояние!»
Девон тем временем заметила лопнувший корабельный трос, привязанный к основанию инструмента. И весьма необычные камни прикрепленные книзу корпуса и ножкам клавесина. Отломив кусочек, она пронаблюдала, как тот парит в воздухе рядом с большим камнем, а потом примагничивается обратно.
— Эфирий.
— Что?
— Летучая порода камня. Достаточно редкая. Хотя это и не самый лучший ее образец. Я знаю только одно место, где ее добывают.
— Это далеко?
— В землях Лазурного альянса. На другом конце континента. В этих краях его не встретишь. Однако довольно изящное решение использовать его для транспортировки тяжелого груза.
Эван задумался, а затем просиял, хлопнув кулаком по раскрытой ладони.
— Вспомнил! Эфирий, парящие скалы. Небесный остров! Глава Совета, Советница Изел живет в парящем дворце. Это одно из самых красивых архитектурных сооружений в мире.
«До, ре, ми, фа, соль, ля, си, си, си, до…»
— Девон, что, что ты делаешь?
— Пускай это и не рояль, но мы нашли его в кустах посреди диких и неприветливых гор. Он в идеальном состоянии. И это означает только одно… — Девон выдержала драматическую паузу. — Мы просто обязаны на нем сыграть!
— Ты шутишь?
Она не шутила.
Среди леса в высоких горах звучала прекрасная музыка.
Она привлекла внимание птиц и лесных зверей, которые как завороженные поднимали головы и уши в ее направлении.
На лесной поляне высоко в горах в окружении бликов света, что пробивались сквозь высокие кроны деревьев, Девон играла давно забытую миром мелодию.
Эван присел рядом, запрокинув голову и смотря на небо. Мелодия была очень красивой и странно знакомой. Словно он уже слышал что-то похожее прежде.
Его укололо чувство дежавю.
Но где и когда? Ответов на эти вопросы у него не было.
Музыка все играла и Эван позволил себе, раствориться в ее мелодии и ритме.
Его мысли улетали, уносясь вдаль.
В небеса, где парил дворец несравненной красоты. В самом центре, которого был павильон с огромным белым деревом с золотыми листьями, вокруг которого росли светящиеся цветы и бродили невиданные звери. Там была женщина, что прекраснее луны и она напевала эту мелодию как колыбельную. У нее была мамина улыбка. Да это была мама. А он дремал, положив голову ей на колени, пока она перебирала пряди его волос. И все тревоги, страхи и заботы уходили. Словно они остались одни в целом мире.