Чтение онлайн

— Надеюсь, — сказал Тревис. — Нефтяные скважины чертовски опасны. Я не хочу, чтобы ты...

— Чего ты вмешиваешься? — разозлилась Джессика. — Всегда ты влезешь!

— Ну-ну, дети, — Оливер с улыбкой смотрел на них. — Я очень рад, что вы беспокоитесь друг о друге...

Они удивленно уставились на дедушку.

— Но мы ведем деловой разговор. Я хочу услышать, каковы планы Джессики, — продолжил тот.

— Если я найду нефть на твоей земле на холме, дедушка, — продолжала Джессика, глянув на Тревиса, будто говоря «какое твое дело», — а вероятность этого большая, если верить Тревису, — я, наверно, продам скважину. Будущему владельцу она принесет хорошие деньги. Почему ты так радостно ухмыляешься, Тревис?

— Потому что ты абсолютно права, дорогая, а любому мужчине приятно, что у него такая сообразительная жена.

Джессика вспыхнула от удовольствия, хотя он и ошибался. Большинству мужчин совершенно не нравятся умные женщины, поэтому женам лучше держать свой ум при себе. Черт бы побрал этого Тревиса Парнелла. Он всегда скажет что-нибудь такое, от чего ее глупое сердце начинает трепетать.

— Ладно, — пробормотала Джессика, — если у меня будет работающая скважина и я продам ее, я разделю оставшуюся землю на маленькие участки, чтобы на каждом можно было поставить вышку, и тоже продам их или сдам в аренду.

Оливер рассмеялся:

— Девочка, твой ум дороже золота.

— Я рада слышать это, дедушка, — быстро заметила она, — потому что теперь я хочу работать за комиссионное вознаграждение.

— Да? — старик пристально посмотрел на нее.

— Да, — она выдержала взгляд.

— Ты так уверена в себе?

— Да, — Джессика вздохнула. Если бы она всегда была уверена в себе, Пенелопа бы ее так не изводила.

— Хорошо. Мы оформим контракт.

— Минутку, — встрял Тревис. — Я не хочу, чтобы она жила в лесу из нефтяных вышек. Вы когда-нибудь видели, как горит нефть?

Дед и внучка посмотрели на него так, как будто он лез не в свое дело.

— Если тебя беспокоит, где она живет, мальчик, уговори ее переселиться к тебе.

Джессика взорвалась:

— Не пора ли тебе возвращаться в Бьюмонт, Тревис? Я тебя провожу до двери.

Уперев руки в бока и сжав рот в тоненькую полоску, она пошла впереди разозлившегося мужа.

— Спокойной ночи, Тревис, — произнесла она, открыв перед ним входную дверь.

Тревис схватил ее в охапку, стащил с крыльца и прижал к дощатой стене. Отбросив вид неприступной дамы, Джессика обняла его изо всех сил и прижалась губами к его жадному рту. Когда они с трудом оторвались друг от друга, она пробормотала:

— Тебе надо идти, Тревис.

— Когда Оливер уезжает? — прорычал он.

— В понедельник или во вторник, — она откинулась к стене, прерывисто дыша.

— Я приеду сразу же.

— Мы так не договаривались.

— Я пропустил ванну, — сильными руками он приподнял ее и прижал к себе, — мою ванну и... более важные дела.

— Ничего важного, — слабо запротестовала она, чувствуя, что начинает гореть от желания.

— Ничего важного? Джессика, милая, еще минута и я возьму тебя прямо здесь у стены, а дедушка будет думать, куда ты к черту подевалась. Да, запомни, я не позволю тебе жить в окружении нефтяных вышек. Ты просто не представляешь, насколько это опасно.

* * *

— Рейни, твой муж работает на нефтепромыслах? — спросила Джессика.

— Они нас не хотят. На востоке думают, что цветные не могут справиться с работой белого человека, — Рейни горько улыбнулась. — Белый человек не знает, что с такой работой он быстро переселится на ту сторону солнца. \

Переселится на ту сторону солнца? Джессика решила, что имеется в виду быстрая смерть.

— Ты имеешь в виду из-за огня? — Джессика подумала, что если она начнет бурить в собственном дворе, опасность ожидает и ее. А ведь Тревис рискует жизнью каждый день. Одна небрежная сигарета, искры от поезда, или еще что-нибудь могут привести к смерти.

— Не только огонь, — сказала Рейни, — скважины взрываются, рабочие вдыхают отравленный воздух, слепнут, падают с платформ, даже тонут в грязи. Многие погибают или становятся калеками. Белые мужчины каждую ночь дерутся, стреляют друг друга, режут ножами.

Джессика с ужасом смотрела на Рейни. Она никогда не задумывалась, каким опасностям подвергается Тревис.

— Джед, муж Рейни, ездит на повозке, строит дом, вышку, магазин. Белые зарабатывают больше денег, чернокожие дольше живут. — Рейни холодно улыбнулась. — Деньги приносят смерть.

* * *

— Ты действительно хочешь это сделать? — Джессика озабоченно смотрела на мать.

Пенелопа, как всегда, была шикарно одета. Красивое шелковое желтое платье и великолепная черная шляпа, украшенная желтыми, под цвет платья, перьями. Но кое-что в ее облике было не в порядке — небрежно уложенные волосы, цвет которых был непривычным, какое-то пятно спереди на корсаже, засохшая грязь на оборках платья. Конечно, в мае шли проливные дожди, и было много грязи. Но ведь Пенелопа всегда очень тщательно следила за собой. А теперь... Ее руки дрожали, голос срывался на визг. Всегда она делала замечания дочери, а теперь на нее саму жалко было смотреть.

— Конечно, — в голосе Пенелопы слышались истеричные ноты, — ты же дала слово.

— По пятьдесят тысяч за акр, это же целая куча денег, — Джессика не отрываясь смотрела на мать.

— Я знаю. Ты видишь, я была права, цена все время поднимается.

— Но...

— Не пытайся меня обмануть. Деньги переведены сюда, на банк, с которым ты связана. Пошли немедленно. Я знаю, ты хочешь заполучить эту землю себе, но я не позволю. Я имею право... Ты сказала дедушке?