Чтение онлайн

– В прошлую нашу встречу вы по-другому говорили об Абасове. Что перевернуло ваше мнение о нем?

– Что он подонок, я знала уже тогда, но мне не было известно об убийстве Саблиной и о вымогательстве итальянского гарнитура у Теплоухова.

– Когда вы о гарнитуре узнали?

– Когда покупала у Ильяса квартирные документы. За эту информацию пришлось доплатить еще тысячу долларов.

Бирюков задумался:

– Не могу понять поведение Ильяса. Он ведь соучастник Абасова и, раскрывая перед вами преступные карты, по существу усаживал себя на скамью подсудимых…

– Антон Игнатьевич… – Солнышкина вздохнула. – У этих подонков нет ничего святого. За валюту они мать родную продадут и не охнут. Ильяс, конечно, идти под суд не собирался. Он навострил лыжи скрыться в Баку, куда уже смоталась вся абасовская банда. Задержала его организованная Абасовым пьянка с проститутками.

– О Теплоухове нового не узнали?

– К сожалению, нет. Переговорила со многими сотрудниками «Лебедя». Все в жутком удивлении. Оказывается, Николай Валентинович был сложным и замкнутым человеком. Собственно, я и раньше знала, что скромность и добропорядочность – всего лишь имидж Теплоухова. На самом деле он был жесткий мужик и в достижении цели не брезговал запрещенными методами. И на валютной бирже играл по-крупному, и с компаньонами, когда светила солидная выгода, не церемонился. Вот чего у него не отнимешь, так это умения ладить со своим коллективом. Сейчас в «Лебеде» все жалеют шефа. Черемисин даже в подметки не годится Теплоухову.

– Вопрос об избрании Черемисина Генеральным директором уже решен?

– Больше там некого выбирать.

– Вы не собираетесь в «Лебедь» вернуться?

– Упаси Бог! С Ярославом мне не сработаться. Придется тянуть лямку в «Дарах природы». Без Абасова я быстро поправлю дело. А Ярослав через полгода запустит фирму в трубу.

– Он щедрый человек?

– В каком смысле?..

Бирюков улыбнулся:

– Ну, скажем, может он в порядке бескорыстной спонсорской помощи или взаймы дать симпатичной девушке пять миллионов рублей?

– Ни за что! У Ярослава просто нет таких денег. У него же семья, дети… – Алла Аркадьевна усмехнулась. – Самое большее, на что способен Черемисин, заплатить девушке, ищущей спонсора, несколько тысяч за ночь волшебных наслаждений.

– А Теплоухов в этом отношении каким был?

– Николай Валентинович тоже не разбрасывал миллионы на ветер. Разговоры о щедрых спонсорах – это обывательский миф. Поверьте, Антон Игнатьевич, бескорыстных спонсоров в России сейчас нет и в ближайшее время не предвидится. Как говорят англичане, бесплатный сыр бывает только в мышеловках. И если доверчивая дурочка клюнет на такую приманку, по добру по здорову ей из мышеловки не вырваться.

– Не в этом ли кроется причина смерти Теплоухова?

– Трудно сказать… Обычно Николай Валентинович просчитывал свои поступки на много ходов вперед, но случались у него и «проколы». Мог он, конечно, нарваться на крутой камешек.

– Кавазашвили не является таким «камешком»?

– От распущенной девицы можно ожидать всего… – Солнышкина поморщилась. – Боже мой, какую сложную паутину заплел Теплоухов. Не могу о нем думать. У меня сейчас одна забота – любой ценой разыскать дочь. Мне кажется, Антон Игнатьевич, если бы Вике каким-то образом сообщить, что Абасов арестован и угрозы для нее теперь не представляет, она бы вышла из своего укрытия.

– Через Кавазашвили ей передали, что скрываться гораздо опаснее.

– Вряд ли потаскушка передаст это Вике, – резко сказала Алла Аркадьевна.

– Посоветуйте, как сделать лучше.

– Если бы я знала…

– В Новосибирске у Вики есть знакомые, которые могут ее приютить?

– У знакомых я побывала. Искать надо только здесь, в райцентре. Боже милостивый, как я боюсь, что Кавазашвили затянет Вику в какой-нибудь распутный притон…

Следователь Лимакин приехал из Новосибирска поздним вечером на третий день. Утром следующего дня он в присутствии забежавшего в прокуратуру Голубева положил на стол Бирюкову толстую пачку запротоколированных допросов, изъятые при обыске квартиры и дачи Теплоухова документы и заключения экспертов по ним.

– Ого, сколько ты бумаги напахал! – скорее с испугом, чем с восхищением, воскликнул эмоциональный Голубев, до смерти не любивший «писательскую» работу.

– Это еще цветочки, ягодки будут впереди, – скучно ответил следователь и обратился к Бирюкову: – Сейчас, Антон Игнатьевич, обсудим или когда прочитаешь мои творения?

Бирюков, перелистывая протоколы, сказал:

– Чтобы внимательно прочитать сей труд, понадобится полдня. Давайте вкратце подведем итоги да наметим план дальнейших следственных действий.

– Вкратце могу доложить так… – Лимакин облокотился на спинку стула. – К отравлению Теплоухова Абасов никакого отношения не имеет. У Саблиной он грабанул тридцать пять миллионов, включая те деньги, которые Ядвига Станиславовна передала ему при свидетелях в уплату за квартиру. Старуха неплохо заработала на коммерции в райцентре и, видимо, не успела в Новосибирске пристроить свой капитал на сберкнижку. Все документы на покупку квартиры, в том числе и те, которые Алла Аркадьевна купила у Ильяса, оказались поддельными. Ни в домоуправление, ни в другие инстанции, занимающиеся оформлением купли и продажи квартир, Сурен не обращался, и фиктивно проданная квартира по-прежнему принадлежит ему.

– Как же поднаторевшая на контролирующей работе Ядвига Станиславовна дала маху при оформлении документов? – удивился Слава.

– Соседи говорят, что вежливый проходимец очаровал ее услужливым вниманием. Увидев на документах размашистые подписи чиновников, заверенные круглой печатью с советским гербом, старуха ничуть не усомнилась в их подлинности. Как теперь выясняется, после Саблиной при покупке этой же квартирки оборвалась жизнь еще двух человек. Такой вот гнойник мы, Славочка, вскрыли.

Голубев хлопнул ладонью по коленке:

– Вот мафиози! С гарнитуром тоже разобрались?

– Полностью. Обнаруженный на даче Абасова гарнитур «Джада» оказался тот самый, который рэкетиры увезли из «Лебедя». Установлен и парень «кавказской национальности», толкнувший пьяного Дуремара под автобус. Свидетели в один голос опознали Ильяса.

– Алену Волосюк и Мишаню Буфетова официально допросил?

– Конечно. Их показания во многом сходятся и наводят на мысль, что, кроме Кавазашвили, Теплоухову в райцентре встречаться было не с кем. Такое же предположение и у Ярослава Черемисина.