Девушка из Бурже
Шрифт:
– А нам и не понадобится расследование.
– Почему?
– Убийца сам сюда явился.
– Вы хорошо знали Поля Рено, комиссар?
– Ну, нет, это слишком сильно сказано. Но в общем…
– Вы помните, как он внешне выглядел? Конечно, мы все видели его труп, но вы можете себе представить, как он выглядел при жизни?
– Да, да, конечно. Высокий, темноволосый… у него была внешность героя-любовника…
– Совершенно верно!
– А почему вы меня об этом спрашиваете?
– Хотите еще раз увидеть живого Поля Рено?
– Что вы сказали? – Комиссар удивленно поднял брови.
– Я спрашиваю, хотите ли вы увидеть живого Поля Рено.
– Не понимаю вас…
– Пригласи его сюда, Крик, – устало сказал Маркус.
Крик открыл дверь и пригласил молодого человека войти:
Высокий красивый темноволосый юноша вошел в комнату и протянул комиссару обе руки.
– Можете надеть на меня наручники. Я готов. Комиссар Клерон оцепенел на месте, уставившись на него глазами, полными ужаса.
– Что все это значит? – спросил он. – Молодой человек как две капли воды похож на убитого… Ничего не понимаю…
– Надень на него наручники, Крик! – приказал Маркус.
Крик надел юноше наручники и провел его в библиотеку.
Только тут комиссар Клерон все понял.
– Это сын Поля Рено! – ужаснулся он. – Да, да, я помню: в том деле десятилетней давности упоминался незаконный сын Поля Рено, который был поразительно похож на него.
– Вот именно! – мрачно подтвердил Маркус.
– Тогда мальчику было девять или десять лет, если не ошибаюсь.
– Совершенно верно. А теперь – двадцать.
– Как же сложилась его судьба?
– Вы помните, что директор сиротского дома отослал его в Швейцарию, чтобы фотография в газетах случайно не попалась ему на глаза либо люди ему обо всем не рассказали? Все складывалось хорошо. Приблизительно год спустя после этого процесса я ездил в Швейцарию и видел там мальчика, он уже учился в школе. Бездетная добропорядочная семья взяла над ним опеку, он поселился в их доме. Я поддерживал связь с этим милым семейством. Два года назад юноша поступил в университет в Женеве на юридический факультет. Но две недели назад он приехал в Париж, хотел продолжить учебу в Сорбонне. Вероятно, он так ничего бы и не узнал если бы господин Рошель, прежний директор сиротского дома, был жив, но года два назад он умер, а его преемник и думать забыл обо всей этой истории. Да и вообще мало кто о ней помнил. Юноша поехал в Бурже, решив посетить сиротский дом, где вырос. Там он встретил одну старую женщину, которая работала у них на кухне и помнила его. Они стали вспоминать прошлое, и старушка случайно обмолвилась о судебном процессе. Когда она увидела, как странно отреагировал юноша на ее слова, она решила ничего ему больше не рассказывать, но он захотел узнать все. Ему это не стоило особого труда, он был юноша умный и весьма упорный, как и его отец. Молодой человек отправился в Национальную библиотеку и, тщательно просмотрев газеты десятилетней давности, обнаружил там фотографию своего отца и отклики прессы на процесс.
– И что же? – спросил комиссар Клерон. – Надеюсь, вы не будете утверждать, что это он убил Поля Рено?
– Он был, по словам господина Рошеля, тонким, умным, веселым мальчиком и подавал большие надежды. Но для двадцатилетнего юноши узнать, что твой отец подлец, бросивший твою мать, а потом убивший ее, – большое переживание. Представляете, что испытал этот юноша, который провел детство в сиротском доме и вдруг узнал, что отец его жив и преспокойно живет в своем замке! Было от чего потерять голову!
Вернулся вконец расстроенный Крик.
– Марк, – сказал он, – если для кого и существуют «смягчающие вину обстоятельства», так это для него!
– Я бы не строил на сей счет никаких иллюзий, – скептически заметил Маркус. – Конечно, осудить человека, не имея никаких доказательств, невозможно в цивилизованном обществе, и все же…
– Но он его не убил, – настаивал Крик, – он просто воздал ему по заслугам – с двадцатилетним опозданием!
– Да, – тихо сказал Маркус, – это верно. Он просто воздал ему по заслугам… Что же касается доказательств…
Он схватил лежавшую на столике газету, скомкал ее и швырнул в дальний угол комнаты.