Чтение онлайн

— У меня знакомый в муниципалитете, — ответил Джо, — но он дорого стоит, Рик, ради такого важного дела.

— Сколько?

— Вечером я должен купить ему ржаного виски с маленьким прицепом. — Джо захихикал. — Я позвоню тебе в течение пятнадцати минут. Идет?

— Двадцать пять баксов, если уложишься, — сказал я. — За каждую минуту просрочки теряешь доллар. — Я беззвучно усмехнулся. — Так идет?

Но он уже повесил трубку.

Телефон зазвонил через тринадцать минут.

— Нет, сейчас не женат, — быстро заговорил Джо. — Был.., в тысяча девятьсот пятьдесят седьмом, целых семь недель, на Лулу Ла-Зарр... Настоящее имя Элли Мэй Скротен. Она получила развод, основание — крыша поехала. — Экс-адвокат гоготнул. — Может, парень ожидал, что она умеет говорить?

— Большое спасибо, Джо, — сказал я. — Дай мне Майка.

— Разумеется, — сказал он. — В любое время, мистер Холман. Вести с вами дела — одно удовольствие. — Он снова гоготнул. — Если бы я все еще чтил закон, то не посмел бы потребовать с вас так много.

Наступила короткая тишина, затем грубый голос прогудел в мое ухо:

— Привет, мистер Холман.

— Майк, — сказал я, — запиши тридцать баксов на мой счет, ладно?

— Само собой.

— Только передай Джо, что я сказал двадцать пять, а на оставшуюся пятерку вечером пошли еду для него, ладно?

— Как скажете, — прогудел Майк. — Только он не станет есть, сами знаете.

— Но иначе меня заест совесть... — ответил я. Я поставил телефон на пол и закрыл глаза. Звонок задребезжал через три минуты, когда я уже начал засыпать.

— Мистер Холман? — прозвенел молодой женский голос, после того как я пробурчал в микрофон нечто неразборчивое. — Вам звонит мистер Дженнингс, пожалуйста, не бросайте трубку.

— Я в ванной, — огрызнулся я. — Что вы хотите? Чтобы я встал под кипяток?

Но девушка уже передала трубку.

— Говорит Марти Дженнингс, — послышался решительный баритон. — Я только что говорил с нашим общим другом в духе ваших предложений. Он относится к вам враждебно.., и скептически. К тому же он зол на вас.

— Неудивительно, — заметил я.

— Мне показалось, вам следует это знать.

— Спасибо, — сказал я, а затем вдруг спросил по наитию:

— Зачем вы пригласили на прием Бетти Уонг, мистер Дженнингс?

— Фесслер попросил в качестве одолжения. А что?

— Бетти меня заинтересовала. Никто, кажется, о ней ничего не знает.

— Она была его любовницей, во всяком случае, еще несколько месяцев назад, — ответил продюсер. — Ник называл ее своей королевой-девственницей. — В голосе Дженнингса послышалось отвращение. — Даже в лицо, представляете, но Бетти Уонг, кажется, было наплевать. Думаю, перед этим она работала секретаршей у Милфорда. Меня весьма удивила просьба Фесслера пригласить ее, я думал, все давно в прошлом.

— Любопытно, — сказал я. — Говорят, она называла себя женой Ника.

— Выдавала желаемое за действительное, — коротко рассмеялся продюсер. — Или фраза Ника отражала реальность, пока мисс Уонг не стала его любовницей?

— Кто знает? — бодро ответил я. — Спасибо за звонок, мистер Дженнингс.

— Просто я подумал, вам следует это знать, — повторил он и повесил трубку.

Я снова поставил аппарат на пол и на всякий случай закрыл глаза, пребывая в уверенности, что не усну. Когда я очнулся, на часах было шесть тридцать и за окном светало. Я принял душ, оделся по полной форме, включая тридцать восьмой в поясной кобуре под пиджаком, второпях проглотил бурбон со льдом и сел в автомобиль. Без двадцати восемь я припарковался перед домом Эдвины Боллард, и Роберт Джайлс открыл дверь раньше, чем я успел нажать кнопку звонка.

— Рано, — сказал он.

— Всему причиной мои врожденные хорошие манеры, — сообщил я. — Если я опаздываю, начинаю тосковать, а нет ничего хуже, чем плачущий гость на приеме, не так ли?

— С вами все в порядке? — осторожно осведомился англичанин.

— Все великолепно! — заверил я. — Если у вас под рукой есть отрытая могила, я упаду в нее, не возражаете?

Когда я прошел за ним в гостиную, с дивана на меня бросила злой взгляд Эдвина Боллард. Она была в мрачном черном платье и здорово походила на труп трехдневной давности. Атмосфера в комнате явно накалялась.

— Ну, старина? — раздался баритон Джайлса, возвратившегося в комнату. — Где обещанное доказательство?

— Не будь дураком, сердце мое! — язвительно сказала Эдвина. — Час пока не пробил. Подожди еще пятнадцать минут. Волшебник не станет доставать белых кроликов из шляпы до восьми часов, помнишь?

— Выпить не найдется? — Я с надеждой взглянул на Джайлса.

— Конечно. — Он недоуменно поглядел на меня, пожал крутыми плечами и направился к бару.

— Значит, вы наконец-то мне поверили? — В ехидном голосе Эдвины звучало удовлетворение. — Девушка убита!

— Да, и я видел тело, — согласился я. — Но когда я на несколько минут вышел, чтобы доплатить за стоянку, труп унесли.

Джайлс вложил стакан в мою руку.

— Вы хорошо себя чувствуете, старина? Я имею в виду, не сказалось ли на вас напряжение последних дней или другие причины?

— Все прекрасно, — успокоил я его. — Правда, опасаюсь, что не все приглашенные посетят вас. Хотя до сих пор я был в них уверен.

— Не все? — удивилась Эдвина. — Кто, например?

— Кролики. — Я загадочно улыбнулся. — Даже волшебник не может вынуть их из шляпы, если они сперва в нее не влезут.

Голубые глаза с розовыми прожилками сосудов расширились.

— Бобби, по-моему, у него крыша поехала!

— Нет, — уверенно возразил англичанин. — Он шутит, вот и все. Американский юмор. — Он озадаченно покачал головой. — Никогда не могу понять их шуток.

— Это вам не крикет, — ввернул я.

Не успел он ответить, как раздался звонок в дверь.

— Поскорее откройте, старина, — с тревогой сказал я. — Боюсь, чтобы мои кролики не убежали.

Джайлс неохотно удалился, ошеломленное выражение его лица говорило само за себя.