Чтение онлайн

–Что тебе нужно от меня, Дюсе?

Лаки не торопился с ответом. Вместо этого он встал и ногой отодвинул табурет, а сам облокотился на барную стойку. Сигарету он положил в пепельницу и, прежде чем повернуться к Перре, сделал очередной глоток пива и спокойно произнес:

–Последние две недели ты, вонючая вошь, водил носом в той части болот, где тебе нечего делать. Лично я бы тебе советовал держаться подальше от тех мест, если тебе дорого твое здоровье.

Перре скорчил гримасу и лишь пожал плечами:

–Мы живем в свободной стране, а ты, Дюсе, не хозяин болот. Они тебе не принадлежат.

Лаки изобразил удивление.

–Неужели? Мне, например, принадлежит этот нож, – сказал он, вытаскивая из ножен длинный охотничий клинок. В следующий миг он схватил Перре за перед черной майки и наклонился так низко, что тот едва не свалился с табурета. Широкое острое лезвие зловеще поблескивало прямо у него под носом. – И я в два счета могу искромсать тебя на приманку для аллигатора. Или ты не веришь?

Неожиданно разговоры вокруг них смолкли. На другом конце бара Скитер Мутон что-то пробормотал и перекрестился – cудя по всему, молил всевышнего, чтобы тот пощадил его заведение. Аккордеон Клифтона Шенье, что только что пел из динамиков музыкального автомата, неожиданно сделался совершенно ни к месту, как если бы в церкви вдруг начали исполнять регги.

–Послушай, Лаки, – взмолился Скитер, – прошу тебя, только не надо резать его прямо здесь. Иначе мне потом ни за что не отмыть с пола кровь!

Перре посерел и сглотнул комок, как будто в горле у него застрял камень. Его черные глазки-бусинки бегали от ножа к лицу Лаки и обратно.

В глубине бара послышался шум. В следующий миг дверь распахнулась, и в бар ввалилась группа мужчин. На их лицах читалась смесь интереса и недовольства. Первым шел Проныра Джин Уиллис. Когда-то Уиллис проворачивал свои черные дела на побережье, затем отмотал срок в тюрьме в Анголе. Это был рослый, крепко сбитый тип с пудовыми кулаками и красной, мясистой физиономией. Войдя, Уиллис двинулся прямиком к Лаки. Взгляд его не предвещал ничего хорошего.

Лаки отпустил Перре, схватил недопитую рюмку виски и запустил ею Уиллису в лицо. Тот взвыл и пару секунд вслепую размахивал кулачищами. Впрочем, Лаки не дал ему приблизиться к себе, предусмотрительно пнув его ногой в живот. Перре воспользовался возникшей суматохой, чтобы схватить со стойки бутылку пива своего обидчика. Взмах руки – и бутылка с грохотом разбилась о стойку. В руке у Перре осталось только зазубренное горлышко. Затем раздался истошный женский крик. Кто-то додумался выключить музыкальный автомат. В баре мгновенно установилась гробовая тишина. Впрочем, в следующее мгновение ее нарушил мужской голос:

–Довольно! Немедленно прекратите, или, честное слово, я кого-нибудь пристрелю, а потом скажу, что того требовали обстоятельства.

Перре опустил бутылочное горлышко и, словно крыса, кем он, впрочем, и был, юркнул в сторону. Уиллис лежал на полу и стонал, прижав руки к животу.

Лаки отступил назад, как будто ничего не случилось, глядя куда-то поверх плеча стража порядка, который вышел из карточной комнаты вместе с Уиллисом. Они были одноклассниками, Перри Дэвис и он, и Лаки на дух его не переносил еще со школьной скамьи. Лицо у Дэвиса было какое-то детское, пухлое и румяное, но больше всего в нем раздражала его напыщенность, которая с возрастом выросла до неимоверных размеров, особенно если учесть, что страж порядка из него был никакой.

Лаки взял из пепельницы сигарету и не спеша затянулся.

–Теперь мне понятно, агент Дэвис, что имели в виду, когда назвали ваш отдел Департаментом охраны природы и рыбных угодий. Карточную комнату, где вы проводите время, играя в бурре.

Дэвис смерил его холодным взглядом.

–То, чем я здесь занимаюсь, – это мое дело, и вас оно не касается, Дюсе.

–Неужели? Государственный служащий, получающий жалованье из денег налогоплательщиков, который предается азартным играм в рабочее время. И вы говорите, что это не мое дело?

–Какая вам разница. И вообще, я крайне сомневаюсь, что вы платите налоги, не говоря уже о том, что вы законопослушный гражданин.

Лаки усмехнулся:

–Вы правы, cher. Чего нет, того нет. Кстати, советовал бы вам об этом помнить.

–Вы угрожаете мне, Дюсе?

–Я? Господь с вами. Не в моих привычках кому-то угрожать. – Он посмотрел на начищенную медную бляху правоохранителя. – Мне это просто не нужно. Нет необходимости.

Было видно, как на скулах Дэвиса перекатываются желваки.

–Я тебя не боюсь, Дюсе.

Лаки расплылся в ухмылке:

–Тогда, выходит, люди говорят неправду? Ты такой же глупый, каким кажешься на первый взгляд.

Бледное лицо Дэвиса вспыхнуло румянцем, однако он ничего не сказал. Засунув пистолет обратно в кобуру, страж порядка обернулся, желая разогнать посетителей заведения, дабы они вновь занялись тем, чем были заняты до его появления в баре.

Тем временем Уиллис кряхтя поднялся на ноги. Впрочем, распрямиться ему не давала боль. Прижав руку к животу, он злобно глянул на Лаки:

–Ты еще у меня получишь, сукин сын. Это я тебе обещаю.

Лаки бросил на пол сигарету и потушил ее подошвой ботинка.

–Это точно. Буду ночами не спать, ожидая встречи с тобой, – произнес он с издевкой в голосе. – Ты, главное, держись подальше от моего болота.

С этими словами Лаки повернулся и шагнул к двери. Не успел он выйти на улицу, как сердце едва не выпрыгнуло у него из груди. Перед ним, прижав к груди сумочку, стояла Серена Шеридан, удивленно округлив глаза и открыв рот в немом ужасе. В деловом костюме, с аккуратной прической, она была похожа на школьную учительницу, которая впервые в жизни увидела голого мужчину.