Чтение онлайн

– Нормально все со мной, – резко отвечает она, откладывая телефон и упираясь взглядом в свои колени. – Убедился? Можешь идти.

– Я хотел попросить тебя сходить со мной кое-куда.

Она встряхивает головой с видом «и слышать ничего об этом не хочу».

– Думаю, нам не стоит больше разгуливать где-то вдвоем, Дрю. Да, я в курсе, что мы должны изображать влюбленную парочку, но неделя уже заканчивается, так что, мне кажется, уже можно обойтись без показухи.

Черт, что же я наделал? Понятия не имею. А она сама не скажет. Не клещами же из нее это вытягивать, в самом деле.

– Я собирался съездить с тобой на кладбище. На могилу моей сестры.

Фэйбл наконец-то переводит взгляд на меня: ее зеленые глаза полны боли и сочувствия. Ко мне.

– Не знаю, стоит ли…

– Я хочу, чтобы ты пошла туда со мной, – сжимаю в ладони ее руку. Пальцы холодные как лед. Она пытается выскользнуть, но я усиливаю хватку. – Мне это очень нужно, Фэйбл.

– А я думала, мероприятие Адель – только для членов семьи. – Она задирает подбородок. Такая дерзкая, но уязвимая. И прекрасная.

Прекрасная настолько, что хочется сгрести ее в охапку и никогда не отпускать. Но я этого не делаю.

– Меня там не будет.

Все мои самые страшные кошмары там наверняка воплотятся в жизнь. Адель вся в слезах, у нее эмоциональный срыв, а я должен стоять рядом, утешать ее и обнимать.

А мне даже думать о ее прикосновениях противно. Какие уж тут объятия.

Фэйбл молчит, явно размышляя над моей просьбой. Уже хорошо. Я не хочу идти туда ни один, ни с родителями. Но мне нужно побывать там, отдать дань уважения сестричке. При мысли о том, чтобы прийти на ее могилу в одиночестве, сердце наполняется такой тоской… Я наверняка сдамся, как только припаркую машину на стоянке возле кладбища. Не смогу зайти. Хотя должен.

А если Фэйбл будет рядом, она поможет обрести храбрость, которая мне так нужна, чтобы попросить у сестры прощения за то, что я недоглядел за ней. Остается надеяться, что когда Фэйбл узнает правду, она не возненавидит меня.

И возможно – лишь возможно – ее понимание облегчит мои муки совести.

– Я поеду с тобой, – наконец произносит она тихо, вновь опуская взгляд. – Когда выдвигаемся?

– Мне надо принять душ. Наверное, тебе тоже. – Она кивает, и я продолжаю: – Тогда через пару часов? В десять?

– Договорились.

Она снова кивает и мягко вытягивает свою ладонь из моей, медленно проводя пальцами вдоль запястья. От этого нежного прикосновения по телу пробегают мурашки. Я поднимаю взгляд: она смотрит на меня широко распахнутыми глазами. Ее губы чуть приоткрыты, волосы взъерошены, и она так прекрасна в этом полусонном виде – просто сил нет.

– Спасибо, – шепчу я, – что согласилась поехать со мной.

– Спасибо, что доверился мне и пригласил. – Она облизывает губы, оставляя на них влажную полоску, и мне до боли хочется поцеловать ее. – Вот почему я злилась на тебя, Дрю. После всех этих обвинений, которые вы с Адель вчера вывалили на меня, я почувствовала, что ты мне не доверяешь. А ведь я всегда была честна с тобой.

Да, она права. Я действительно перегнул палку. Адель знает, куда надавить, а я повелся на ее уловки, как дурак.

– Зря я послушал Адель, – делаю глубокий вдох и выпаливаю: – Прости меня.

На губах Фэйбл появляется легкая улыбка, и мое сердце трепещет.

– Извинения приняты. И кстати, тот парень, с которым я говорила вчера…

А теперь сердце заколотилось.

– Да?

– Это был мой брат Оуэн.

Какой же я дурак, в квадрате, в кубе! Конечно, она звонила брату. Она же вечно места себе не находит, переживает за него.

– Никогда больше не буду слушать Адель.

– И правильно.

– Чувствую себя полным придурком.

– Ты и вел себя как придурок.

Я открыл было рот, но она прервала меня:

– Если честно, мне даже понравилась твоя злость. Значит, тебе не все равно, понимаешь?

Я молчу. Она права: не помню, когда я в последний раз так срывался. Вообще такое было? Чтобы ярость разлилась по всему телу, словно лава, и я никак не мог с ней совладать.

– Пойду в душ, – Фэйбл кивает в сторону двери. – Выйди, пожалуйста. А то на мне майка почти прозрачная.

– Не хочу тебя огорчать, но я уже всё видел, – тихо напоминаю я.

Теперь она замолкает, а я с ухмылкой встаю и поворачиваюсь к выходу.

– И мне это очень понравилось, – бросаю я через плечо.

Ее нежный смех сопровождает меня до самого холла.

Фэйбл

Здесь так холодно и мрачно. Небо закрыто темными, хмурыми тучами; ветер пронизывает все вокруг. Запахнув пальто поплотнее, иду следом за Дрю по кладбищенской дорожке. Она петляет между могилами, и я изо всех сил стараюсь не смотреть на них, но все-таки смотрю. Некоторые памятники очень красивые: с портретами, душераздирающими надписями, даже со скульптурами.

И цветы. Их целое море, настоящих и искусственных, ярких и темных, веселых и мрачных. Некоторые букеты явно принесли к празднику: хэллоуинские ленточки, осенние оттенки – рыжевато-красные, оранжевые, желтые.

Мне становится немного легче при виде всех этих цветов, которые люди приносят, и лавочек, на которых они сидят, вспоминая близких. Смерть ужасна, но она – часть нашей жизни.

Обычно я стараюсь не думать о том, что нас когда-нибудь не станет.

Так проще – воображать, что мы будем жить вечно.

– Вот она.

Услышав низкий, грустный голос Дрю, я поднимаю глаза: он стоит напротив маленькой могильной плиты, которая едва возвышается над землей.

Медленно подхожу, встаю рядом и читаю надпись на камне:

ВАНЕССА АДЕЛЬ КАЛЛАХАН

30 сентября 2007 – 27 ноября 2010

Навечно в наших сердцах…

В правом верхнем углу – маленькая фотография Ванессы. У нее темные волосы, совсем как у Дрю, широкая улыбка, сияющие синие глаза.

Она была очаровательна.