Чтение онлайн

– Я сказал, что ты позвонишь ей сегодня утром, чтобы договориться о дне показа дома на Легар-стрит. – Сказав это, мой собеседник выпрямился. – Если, конечно, тебе хватит мужества оставить в прошлом все свои разногласия с матерью и заключить эту сделку. В случае чего тебя ждет премия за лучшие продажи месяца. – Дейв протянул руку к серванту и взял с него перчатку для гольфа. – В принципе, я мог бы поручить это дело Венди Вокс. Ее показатели очень близки к твоим.

– А как же Джимми? Ему эта сделка явно не помешала бы.

Дэйв пожал плечами:

– Он слишком мягкотелый. Техасец, которому сейчас принадлежит дом на Легар-стрит, тот еще скупердяй. Я встречался с ним несколько раз в клубе. Никогда не угостит вас напитком в ответ на ваше угощение… ну, ты понимаешь, о чем я. Для этой сделки нам нужен кто-то по-настоящему жесткий и смекалистый. Думаю, Венди прекрасно справится, раз уж ты слишком занята.

Я поморщилась, представив себе самодовольство моей коллеги, если Дейв поручит ей эту сделку вместо меня. Я знала, что меня берут на слабо, но остановить себя не смогла.

– Нет. Все в порядке. Я справлюсь.

Дейв одобрительно помахал перчаткой для гольфа.

– Вот это та Мелани, которую я знаю. Что ж, я рад, что у нас состоялся этот разговор и мы пришли к согласию. Жду твоего звонка и надеюсь в ближайшее время услышать о том, что вопрос решен положительно.

Не попрощавшись, он вышел из моего кабинета и даже не закрыл за собой дверь. Я опустилась на стул; мои каблуки отбивали по полу нервную чечетку. Но я не была уверена, что было тому причиной: то ли то, как ловко поймал меня в свои сети мой начальник, то ли мысль о том, что мне вновь предстоит остаться наедине с матерью в доме на Легар-стрит.

Когда я после работы вернулась домой, в доме было темно, за исключением единственной включенной лампы в гостиной на первом этаже. Я задержалась в офисе дольше, чем собиралась, изучая недавние продажи недвижимости на Легар-стрит, а также информацию о нынешних владельцах дома – хотелось получить более четкое представление о том, насколько срочной была необходимость их переезда. Я гордилась своим умением выяснить о клиенте по возможности все, и поэтому, делая от его имени предложение, я знала, каковы масштабы нашей свободы действий и в какой момент мы сможем выйти из переговоров. Я отчасти надеялась на то, что мать возмутится запрашиваемой ценой, поскольку та была в три раза выше той, по которой она продала дом более тридцати лет назад.

Единственным светлым моментом за весь мой рабочий день была игра, в которую я играла по телефону с матерью, когда мы по очереди оставляли друг другу сообщения. В результате мы договорились встретиться следующим утром, ни разу вживую не обменявшись ни единым словом.

Толкнув дверь, я услышала собачий лай – он доносился из кухни, где миссис Хулихан, перед тем как уйти домой, обычно оставляла Генералу Ли суповую косточку. Я шагнула в дом и включила свет. Мое внимание тотчас привлек новый ярус строительных лесов – теперь те доходили до карнизов, поскольку Софи взбрело в голову восстановить их покрытие из сусального золота.

Одна из металлических стяжек перегораживала лестницу. Будь у меня желание использовать верхний этаж дома, чтобы, например, спать в моей комнате, я была бы вынуждена проползать под ними, чтобы подняться наверх. Интересно, Софи подумала об этом? Если да, то явно отклонила эту мысль?

Я на миг замерла на месте. Мои ключи зависли в моей руке над стоявшим в холле столиком. Впрочем, я тотчас, словно оружие, крепко сжала их между двух пальцев, услышав мягкий звук шагов, направлявшихся ко мне из гостиной. Увы, в этом доме не было никаких гарантий, что нежелательные посетители окажутся живыми, из плоти и крови. Хотя три призрака недавно были изгнаны из дома, мы с Генералом Ли все еще ощущали присутствие нескольких других.

Впрочем, мы старались держаться как можно дальше друг от друга и терпимо относились к такому соседству, ибо все были довольны тем, где жили, и не стремились покинуть это место.

Лампочка замигала. Я резко повернулась к выключателю, но увидела перед собой лишь пустое пространство. Температура в доме внезапно упала, и когда я втянула в себя холодный воздух, мои легкие как будто превратились в лед. Одновременно мне в ноздри ударил мерзкий запах протухшей рыбы, такой сильный, что меня чуть не вырвало. Я уронила ключи на стол – все равно от них никакой пользы. Дыхание замедлилось, сделавшись прерывистым, в такт холодным волнам страха, пробегавшим по моему позвоночнику. Я сильнее тебя. Я сильнее тебя. Старая мантра моей матери вернулась, неотвязно преследуя меня, и я почти улыбнулась иронии происходящего.

Я сделала было шаг в сторону гостиной, как вдруг тишину пустого дома нарушил пронзительный звонок телефона, стоявшего на столе в коридоре. Застыв как вкопанная, я впилась в него взглядом. Дыхание вырывалось из моего рта легкими облачками пара. Дав телефону прозвонить шесть раз – еще трижды после того, как должен был сработать автоответчик, – я подняла трубку. Раскаленный пластик мгновенно обжег мои замерзшие пальцы. Я как ошпаренная выронила трубку, и та с неестественно громким стуком ударилась о стол. Дрожащими пальцами я осторожно подняла ее, чтобы убедиться, что раскаленное прикосновение было лишь плодом моего воображения, и лишь затем поднесла телефон к уху.

– Бабушка? – Линия была мертва, как будто человек на другом ее конце взял трубку в соседней комнате. Я сжала трубку двумя руками, чтобы та не дрожала. Я не слышала на другом конце линии никаких звуков: ни дыхания, ни чего-то еще, – лишь молчание. Я как будто погрузилась в бездонную черную дыру, которая, словно этакая гигантская космическая губка полностью впитывала весь свет и все звуки.

Мелани.

Я напрягла слух, неуверенная, действительно ли я услышала свое имя или мне это просто померещилось. Я точно знала одно: кто бы ни произнес мое имя, это была не моя бабушка.

Мелани, услышала я снова. Борясь с желанием положить трубку, я прижала ее ближе к уху. Голос был мягок и невесом, скорее всего, женский и, по всей видимости, человеческий.

– Алло! Кто это?

Черная дыра пошла трещинами и пузырями, и в телефонную линию прорвалось нечто мерзкое и темное. Я убрала телефонную трубку подальше от уха, а затем и вообще бросила. Но не раньше, чем я вновь услышала голос. Я приду за тобой, Мелани. Я приду забрать то, что принадлежит мне.