Чтение онлайн

В кухню идём молча. Нам встречаются лишь двое мужчин, явно из штата охраны. Дима с ними здоровается кивком головы, а я не обращаю внимания. Хватит, на одного уже обратила, что теперь неловкость просто зашкаливает. Пусть лучше я буду сама по себе.

…кто знает, переживут ли они завтрашний день.

— Янина Александровна, — выдыхаю, едва не столкнувшись с женщиной, выходящей из дверей кухни, — Добрый вечер. — улыбаюсь как можно шире. Просто чувствую, как её это злит.

— Добрый, Лилечка. — поджав губы, кивает женщина.

За спиной слышатся быстрые шаги. Запах этого парфюма раздражает обоняние. Впрочем, как и обычно.

— Мама, нам бы поесть и пообщаться. — отстранив меня, Рома обнимает мать и трогательно гладит её плечо. — Наедине.

— Там полно еды, сынок. Кушайте, что приглянётся. Я пойду к себе. — женщина расцветает на глазах, искренне улыбаясь сыну.

— Проводить тебя?

— Нет, не стоит.

Может, зря я к ней так? Во всяком случае, как мама она неплохая, раз уж взрослый оболтус к ней так относится.

Разместившись за длинным кухонным столом, я первым делом прошу у Зверева планшет.

— Сначала еда. — отмахивается он, убрав планшет на верх холодильника.

На мне кофе, на мужчинах еда и нарезка хлеба со всеми мясными и колбасными вкусностями. Янина Александровна постаралась на славу. Хоть я и видела объёмные пакеты с логотипами ресторанов, всё это организовать тоже немалых усилий стоило. Даже жалко её как-то. Столько старается ради фальшивой свадьбы, которая может обернуться трагедией или очередным терактом.

— Что ты хотела от моего планшета? — сцепив перед собой руки, Зверь сверлит меня пристальным взглядом.

Я придвигаюсь ближе к столу, выпрямившись на стуле, и протягиваю руку:

— Ты сегодня смотрел файлы с моим отцом. Покажи их мне.

— Объяснишь, зачем? — медлит он, положив ладонь на заблокированный планшет.

— Вполне возможно, я укажу тебе на Звягинцева.

Дима зашёлся в надрывном кашле, подавившись бутербродом и кофе. Несколько капель упали на рубашку, расползаясь тёмными пятнами на белоснежной ткани.

— Не надо смотреть на меня, как на сумасшедшую. — высмотрев бутерброд, на котором больше сыра, я лениво беру его в руку. — Я могу объяснить. Просто покажите мне те фотографии.

Жую с наслаждением. Заранее поглядываю на жюльен и мясные рулетики.

— Ладно. — вздохнув, Рома активно порхает пальцами по сенсору планшета, наконец-то, поворачивая его ко мне.

Сердце на мгновение заныло. На меня смотрел папа. Молодой, горячий и такой беззаботный. Совсем молодой. Несколько ребят рядом. Позади виднеются туристические палатки и костёр. Студенты.

Вынырнув из оцепенения, провела пальцем вниз, пропустив текстовое наполнение документа. Всматриваюсь в следующее фото. На нём папа старше. На нём форма курсанта. С ним двое парней. На заднем фоне вывеска районной прокуратуры.

Листаю дальше. Пролистываю несколько групповых снимков. Останавливаюсь на более поздних фотографиях.

— Вот они. Эти двое. — указываю на двух брюнетов, приближая ракурс фотографии на лицах мужчин. — Они есть на большинстве фотографий. Один из них Звягинцев. Я почти уверена.

— С чего ты взяла? — серьёзностью в голосе Зверя и не пахнет.

— Ранние поставки Су шли одной партией, правильно? Не было выбора мутагена, способностей и прочего. Позже появилась цветовое отличие, характеризующее время действия наркотика. Если я родилась с отклонениями от партии Су, приобрела столь занимательную способность становиться кем-то, видеть чьими-то глазами, значит, Звягинцев, обладающий теми же способностями, был рождён так же, как и я, что маловероятно, или употреблял эту дрянь с моим отцом. Это также объясняет то, что убийство папы распланировали от и до. Заняли его место. Свергли, если хочешь. Вполне возможно, что отец доверял этому человеку. Или, наоборот, стал враждовать, когда замаячила перспектива уродца-дочери. Кто-то из этих двух мужчин есть на последующих фото? — смахивая фотографии одну за другой, я пытаюсь отыскать этих двоих. — Странно, их нет больше на снимках. Есть ещё фотографии в свободном доступе?

— Лялька, я уж было подумал, что замаячил просвет. — вздохнул Зверев.

— Лиля, — жуя, произносит Дима, — Эти двое одногруппники и сослуживцы твоего отца. Их нет уже в живых многие годы. Поэтому больше их и нет на фотографиях. Там есть описания, можешь загуглить по фамилиям и званиям.

— Допустим. — не сдалась я. — А вы лично это проверяли? Подлинность свидетельств о смерти, прочих документов, вскрытий, могил, я не знаю. Вы серьёзно верите в такое совпадение?

— Лялька, мне кажется, ты себя несколько переоцениваешь. Тебе до способностей Звягинцева далеко. Честно. Схожесть есть, да. Но это вовсе не значит, что партия была одна, понимаешь? Он контролирует всецело людей. А ты…подсматриваешь что-то. Ну фразу можешь заставить сказать кого-то… Это, скорее, случайность, чем способность. Побочный эффект.

— Случайность? — ухмыляюсь я. — Хорошо, Ромочка. Одной больше, другой меньше. Пусть.

— Что это значит? — хмурится он, пока я тянусь за жюльеном.

— Ну ты же случайно решил, что я твоя истинная. А я решила, что я великий Звягинцев. Мы ошиблись оба. Забей.

Мужчины переглядываются, а я с аппетитом отправляю в рот еду и жую, довольно жмурясь.

Он серьёзно думал, что я не узнаю?

Роман Зверев

Стою перед импровизированной стойкой регистрации, как ряженый идиот — в тесном смокинге и ужасном красном галстуке. Жду Ляльку. Я не стану её осуждать и преследовать, если она всё-таки решит сбежать. Сам с трудом выношу этот дурдом.

Мама превратила половину дома в оранжерею. Лестница в цветах белых, холл и гостиная, отданные под церемонию, в красных розах и лепестках. Шары, ленты, торт, шоколадный фонтан, мини-столики с кричаще-красными скатертями. В глазах рябит, даже без вспышек фотографов, расположившихся у самых дверей, чей натиск сдерживает охрана.