Чтение онлайн

А вообще, всё это глупое и бесполезное. Не моё. Жалко иных, конечно, но больше жалко людей и животных, которые страдают не меньше.

— И что мне здесь делать?

Вздрагиваю, вынырнув из глубоких и ненужных мыслей.

— Отдыхать. — искренне улыбаюсь. — Дом в вашем распоряжении. Внизу есть бассейн и даже сауна. Небольшая, правда, но вам хватит. Тренажёрный зал…там мама занималась. Вряд ли вам будет интересен гимнастический мяч и беговая дорожка. Внизу домашний кинотеатр. Есть предпочтения в еде, говорите. Доставят. Займитесь…ничегонеделанием.

— А ты? — прищурившись, спрашивает Эйн.

— А я…а у меня много дел. В частности, таких, как сидеть, ждать, проверять звонки и сообщения. Тоже отдыхать буду. По-своему.

— Ты хорошо спишь? — нахмурившись, мужчина всматривается в моё лицо, словно сканируя.

Неужели тоналка уже не спасает? Вот как так устроен мой организм, не понимаю. Раны, значит, заживают, а синяки под глазами — фигушки. Где справедливость?

— Я сплю. — только и отвечаю я, прежде чем встать из-за стола.

Тёмный экран мобильного раздражает. Вот почему Илья всё ещё не написал, не позвонил? Я же чётко обозначила цели! Двигаемся с низов, чтоб не спугнуть верхушку. Работаем по списку единорога, двигаясь к высокопоставленным снобам. Какие могли возникнуть проблемы при похищении администратора тренажёрного зала и зав отделения обычной районной поликлиники?

Лучше бы с ними уехала, честное слово. Ненавижу ждать!

Зверёныш, падла виноват во всём. Из-за него моя скромная персона теперь вообще скромной не считается.

Кстати, проверить его, что ли? Что-то Сева притих. Как бы ни очухался и не смылся мой муженёк.

Приходится иметь дело с идиотами. Я понимаю, что крупногабаритный лысый качок — Сева, вряд ли задумывался о том, что спящий в моей постели Зверёныш может очухаться в любую минуту. Но заснуть в кресле, когда у тебя была единственная задача — наблюдать за Зверевым, это уже слишком.

— Сева, ты идиот? — тихо рычу я, прикрыв за собой дверь. — Сева!

Волшебное кресло, ей-богу. За сутки второй мужик уже в нём засыпает.

Дёрнувшись, мужчина резко вскакивает, отчего его ведёт в сторону.

— И зачем я спрашивала? Ты идиот, Сева! Иди в… кухню. Нашему гостю не помешает твоя компания. Заодно кофе выпей.

Дождавшись, когда, нервно усмехнувшись, суп покинет мою комнату, я вздыхаю и сажусь на кровать. Кошусь на Зверева. Спит. Грудь мерно вздымается. Лицо расслабленное и такое…притягательное, что ли. Пожалуй, спящим он очень даже ого-го. Пока рот не откроет и гримасничать не начнёт.

Нужно было попросить Севу надеть на Зверя что-то. В наказание за сон на посту. Затащить его на кровать, я затащила, а вот одевать не стала. Так, одеялом укрыла, чтоб не смущать никого. Да и себя заодно.

Осторожно тяну край одеяла на себя. Веду свободной рукой по упругим мышцам груди, едва касаясь подушечками пальцев. На тех местах, где кожа розовая-розовая задерживаюсь. Интересно, а шрамы хоть какие-то останутся? На память, так сказать.

Странно всё это. Умирал мужик и на те — ничегошеньки. Только пятнышки разных форм и размеров напоминают о том, что кровью он истекал по-настоящему. Как вообще такое возможно? Мясо само наросло, что ли? Затянулось? А если бы пули были внутри, как бы реагировал организм? Так же? Живут же ветераны с осколками и пулями в телах.

Вздохнув, укрываю его. Достаточно уже его щупать. Вдруг он не совсем спит, а, скажем, чувствует, как я его лапаю. Исключительно из любопытства к его регенерации! Не более.

…эх, не было печали.

Проверяю телефон на наличие не только звонков и сообщений, но и сети, доступа к интернету. Уже не знаю, чем себя занять. Почему же тишина такая, не понимаю.

«Илюш, мне кажется, ты задерживаешься! А я соскучилась!» — поддавшись минутному порыву, пишу сообщение, на миг замешкавшись перед отправкой.

Не подозрительно же? Не подозрительно. Отправить.

— Когда уже это всё кончится? — бурчу себе под нос, стаскивая домашние сапожки с ног.

Ложусь на кровать, стараясь не беспокоить Зверёныша, поверх одеяла. Гипнотизирую телефон до последнего, пока экран не блокируется.

Илья не мог меня предать. Но это не значит, что его не предали самого. Помнится, он говорил, что кто-то из его ребят поверил легенде о наркобаронессе. Посмели бы они напасть на него? Или…убить?

Нет, глупости. Илью нельзя убить. Он плотно сидит на капсулах. Но почему же тишина такая?

Решение далось тяжело. Жду ещё полчаса и иду по их следу. Адреса имеются. Выследить не проблема. Найду и…та-ак врежу! Чтоб знал, как меня динамить.

Да-да. Так и будет.

Тепло. Слишком тепло. Боюсь этого слова, уютно. Поворачиваюсь набок, прислушиваясь к дыханию Ромы. Кажется, ничего не изменилось. Всматриваюсь в лицо. Тоже ничего. Ресницы-хлопалки не трепещут, ноздри не раздуваются, губы неподвижны.

У меня паранойя?

Придвигаюсь ближе, не отрывая взгляда от его лица. Закидываю на него ногу, наблюдая за закрытыми глазами. Сгибаю в колене и медленно скольжу по одеялу к его паху. Тоже ничего.

Всё-таки паранойя.

А ничего так. Удобненько. Уютненько. Миленько даже…

Зевок, ещё один. Глаза медленно закрываются. Я не боюсь уснуть. Я знаю, что мой сон не будет спокойным и безмятежным. Не будет долгим.

…не должен был быть.

Горячее дыхание опаляет шею. Мурашки бегут к предплечью, заставляя меня морщиться и ворочаться. Кто-то гладит меня по щеке. Мне не нравится. Мне нравится спать. Пытаюсь повернуться, но натыкаюсь на препятствие. Поворачиваюсь в другую сторону, опять препятствие.