Чтение онлайн

Мой сосед – молодой парень – с солидным видом излагает свои приключения. Потом все потихоньку засыпают.

Отчего-то первую стоянку на Чуйском тракте сделали уже в светлое время. Но драйвер с хозяином автобуса отлучились, и у меня было достаточно времени, чтобы сердечно попрощаться и уйти со всем барахлом (заметно, однако) за поворот.

Я так и не узнала, где находилась в этот утренний час. Только успела сбегать за кустик, как «не приходя в сознание» попала в «девятку», едущую аж в Барнаул. Раз такое дело, решаю вернуться в Бийск на знакомый вокзал. Пусть там не поставишь палатку под кедрами, но зато уж никто мимо не проскочит.

Драйвер так и не догнал, чего же мне нужно, но сделал крючок и привёз прямо к вокзалу. Полдесятого по-местному, поезд из Н-ска, самый популярный, прибыл полтора часа назад. Абыдно.

Изучаю расписание. Поездов значится много, но при ближайшем рассмотрении это оказываются прицепные вагоны из разных городов, а реально приходит три состава в сутки. С интервалом в шесть часов. И на каждом, с разной степенью вероятности, может приехать кто-то нужный.

Так началась моя вокзальная жизнь. Знала бы, сколько она продлится, – плюнула бы на эту авантюру.

ГЛАВА 5

Состав прибудет и в депо отправится.

Вагончик тронется, рюкзак останется.

Как долго тянутся часы вокзальные!

Рюкзак огромнейший,

весло рязанское,

носочки сушатся…

Носочки чистые, глаза - печальные.

 По мотивам к/ф «Ирония судьбы»

Первую четверть суток я провела, тихо сидя в зале ожидания и глазея на немногочисленных флегматичных пассажиров. Рюкзак с веслом поставила на видное место посреди зала, под табличку «Алтайский региональный филиал западно-сибирской дирекции по обслуживанию пассажиров». Электричек в Бийске никаких не водится, прогрессивному человечеству списыванием расписаний не поможешь.

Камера хранения обслуживалась круглосуточно, но редко: в случае нужды тётку-хранительницу пассажиры разыскивали по всему вокзалу. Стоила она (камера, а не тётка) 16 руб./сутки, но не хотелось в случае обнаружения водников бегать и тётку искать. Девушка с веслом должна выглядеть более убедительно, чем без весла. Поэтому вещи приходилось пасти, отлучаясь только в буфет и туалет. Последний оказался бесплатным, не слишком вонючим и редко посещаемым, так что можно было не спеша чистить зубы и стирать носки.

Дневной поезд не привёз никого. Вообще никаких туристов. На вечерний, барнаульский, надежда была минимальная.

Я перечитала уже все правила пользования ж/д и льготы для всех категорий пассажиров, соскучилась и озябла. Похоже, в новом мраморном здании вокзала даже воздух кондиционировали. Навьючила рюкзак и переместилась на автовокзал, расположенный метрах в ста. Там было больше коммерческих киосков и лотков, жизнь бурлила, но зато было жарко и душно.

В общих кассах продавались жетоны для междугородних автоматов, будки стояли в углу. Я позвонила знакомому физтеху Мише Локтионову в Волгоград, у него там жила личная яхта, на которой мне предлагали покататься в конце августа. Но Миша сказал, что на яхте уже мест нет. Тогда я вызвонила старого друга, ныне нового соседа Фила (о чудо – он оказался дома) и успокоилась насчет котов и цветов. Как оказалось, зря: рыжий путешественник Сэнди улетел с балкона через неделю после моего отъезда, а папаня сей факт скрыл. Вернувшись в Москву, я в расстроенных чувствах завесила всю округу объявами, и на следующий же день беглеца отловила соседская школьница. Кошак чувствовал себя распрекрасно, только блох приобрёл.

А в тот момент на алтайском вокзале я отзвонилась ещё тётушке, чтобы она не переволновалась, если у кого-то из мининской компании хватит ума поинтересоваться, куда я пропала. Ей я сообщила, что со своей компанией разминулась, но встретила знакомых водников. Что впоследствии оказалось абсолютной правдой. Но предположить, как случится на самом деле, разумеется, оказалось невозможно. Я давно заметила: можно продумать n вариантов развития событий, а реализуется всегда (n+1)-й. Зная это свойство пространственно-временного континуума, я всегда предполагаю всякие гадости, чтобы они не случились. Это вполне объективное свойство, все знают, что рассчитывать надо на худшее. Чисто по приколу я попыталась представить, как же я выберусь из этой попы и проведу ближайший месяц. Что и требовалось доказать: то, что случилось потом, мне бы ни за что в голову не пришло.

Камера хранения работала до 8 вечера по-местному и стоила 9 руб., причём рюкзак и весло добрая тётя сочла за одно место багажа. Я пошла гулять налегке.

Окрестные улицы и дворы не содержали абсолютно ничего интересного. Удалось найти несколько нескрипучих качелей, но на них претендовали местные дети. Общаться они не стремились, да и я тоже.

Долго бродя вокруг вокзала, я так и не обнаружила подходящих для ночлега нычек. А попадаться ментам никак нельзя.

Встречались книжные киоски и даже небольшой магазин, но попса в ассортименте, кулинарные рецепты, старая давно прочитанная фантастика и кроссворды-сканворды меня не вдохновили. Ладно, раз чукча – не читатель, будет чукча – писатель. Купила маленький китайский блокнотик и, забрав шмотки из закрывающейся камеры хранения, уселась фиксировать свои печальные приключения. Так родился этот опус, а потом уж пришлось продолжать – не пропадать же добру.

Пришёл (или ушёл?) последний автобус, и с автовокзала меня вежливо попросили. Сказали, что на ж/д вокзале все ночуют с комфортом. Гм.

Передислоцировалась в мраморный зал. Там из цивилизации осталась одна девушка за прилавком с водами – чипсами. Пришел совсем короткий состав из Барнаула с полупустыми вагонами. Никого. Девушка свернула торговлю и исчезла, стало совсем пусто. Подошёл вокзальный мент со стандартными прибаутками. Он меня весь день наблюдал. Пришлось соврать, что встречала свою группу туристов из Москвы, которая почему-то не приехала. Куда же я теперь? Мент сообщил, что вокзал на ночь закрывается, и все желающие могут ночевать на втором этаже. Перед закрытием он всех запишет в журнал в целях борьбы с бомжизмом, и до 11 надо сделать все свои дела снаружи.

На ночь явно располагался бодрый дедок из Кемерова. Он прибыл с целью изучения рынка недвижимости в республике Горный Алтай: хотел купить себе домик в горах. Ехать в глубинку дед счёл излишним: его полностью удовлетворили бийские газеты. Мы с ним тщательно изучили его 2-км карту республики 04rus. Нигде в округе такая не продавалась, и я старательно «фотографировала» эту карту, стараясь не запутаться в названиях. Обнаружили населённый пункт Мараловодка (интересно, это водка для маралов или настойка на пантах?) за Огнёвкой, которую я в горячке проскочила. Этот единственный непроверенный пункт, очевидно, и был той искомой Мараловодческой. Правда, непонятно, какие-такие конские тропы могли вести оттуда к верховьям Катуни. И ехать проверять давно поздняк.