Чтение онлайн

Конечно, это были самые простые туфли в магазине, но у меня в итоге не осталось средств даже на автобус. Но идти домой пешком… Ковылять час на уставших ногах сквозь кварталы спального района казалось подобным пытке. Поборов гордость, я начала пролезать под турникетом, чтобы проехать без билета. Но после репетиций от усталости подкашивались ноги, и я упала на травмированное колено. Заплакав от резкой боли и ситуации, которая неприятно задевала амбиции, я впилась ногтями с ободранным лаком в пол и поклялась себе, что мои дети не будут отказывать себе ни в чем.

Первая рабочая ночь в стрип-клубе осталась ярким воспоминанием на всю жизнь. Руки предательски потели, а коленки дрожали, когда я вышла исполнять свой первый в жизни стриптиз. Как наивно я смотрелась около шеста в костюмчике, который выглядел дешевой цветной тряпочкой по сравнению с роскошными нарядами других девчонок! От волнения я несколько раз наступила гостю на ногу, танцуя свой первый в жизни приватный танец.

Первый клубный заработок… Ощущение радости до слез… Глаза жадно смотрят на восходящее солнце после ночи работы в злачном заведении…

До того как окунуться в реальность клубного бизнеса, я представляла себя роковой женщиной в окружении преданных поклонников. Но на деле практически весь свой первый год в клубе я была лишь глупым новичком в стервозном обществе прожженных стриптизерш. Не могу сказать, что сегодня я стала мудрее. Свободная душа фрика не способна подчиниться лживому миру успешных людей, где даже правда говорит на языке денег и обмана.

Столько всего приходится делать против воли, чтобы выжить в этом коварном бизнесе, где на карту ставится совесть, душа и честь…

Сердце испуганно сжимается каждый раз, когда предлагаешь гостю заказать приватный танец. Но процент со стоимости таких приватов и есть основной заработок танцовщиц. Учитывая, что приходящие в стрип-клуб люди избалованы и вниманием, и деньгами, подобрать ключик к их искушенным натурам нелегко.

Порой любое обаяние бессильно просто потому, что людям хочется, чтобы их уговаривали и заискивали перед ними. Приходится искать самые неожиданные способы разбудить в госте желание заказать приват, лишь бы не навязываться. Больше всего на свете я ненавижу просить… Лучше сделать что-то самой или плюнуть на все, только бы никого не упрашивать.

Поезд метро останавливается. Гигантский дракон выпускает из пасти сотню маленьких суетящихся человечков. Океан времени переливает свои капли все быстрее, когда бег усиливает спешка.

Подъезд со знакомой вывеской. Тяжелая дверь. Улыбчивый охранник на входе.

– Привет, Макс! Как дела, друг? Выспался после вчерашней смены?

– Все пучком, Фрида! Опять опаздываешь, хулиганка? Ничего, запишу время твоего прихода чуть раньше, чтобы менеджер тебя снова не штрафанул.

– Макс, с меня шампанское. Спасибо, дорогой!

Я обещаю, наконец, завязать с раздолбайством.

Чмокнув в щеку самого сердобольного охранника, который всегда прикрывает мои косяки по части дисциплины, я бегу на ненавистную репетицию шоу-программы.

Я очень люблю танцевать. Но только не номера, которые ставит наш хореограф! В отличие от педагога по шестовому стриптизу, постановщик шоу в моем клубе оказался на редкость нетворческим созданием. Приехавший черт знает откуда, он знает о танцах меньше, чем наш повар Петя, который недавно так выплясывал на кухне, что разбил бутылку с дорогущим коньяком. Номера у нашего хореографа пошлые и тупые, а музыка, которую он выбирает, напоминает отборную попсу в стиле сельских дискотек. Интеллекта или красоты в его сомнительном искусстве тоже не наблюдается.

Народное творчество в тяжелой форме, корпоративный колхоз-стайл… Пожалуй, так точнее всего можно описать результат работы нашего чудо-гения.

– Пускай менеджер грозится меня уволить, но участвовать в этом позоре ниже всякого достоинства! – жалуюсь я Пантере, подбивая подругу отказаться от участия в шоу-программе.

– Зая, я тоже не в восторге, но может, эти номера помогут нам зарабатывать чуть больше?

– К черту деньги! Ты думаешь, играть на сцене роль презерватива – нормально?

– Согласна. Это дебильно. Но в прошлый раз он меня вообще заставил быть пиписькой…

– И чего ты ждешь на этот раз, я не понимаю?

– Ну… Не знаю… Люди вроде как смеются…

– Дорогая моя, они смеются не потому, что им смешно, они насмехаются над этим идиотизмом!

– Ну и что мы можем сделать?

– Свою шоу-программу как минимум!

– Ой, Зая, вдруг это плохо закончится…

– А сейчас, по-твоему, у нас все хорошо?

– Зая, ну потерпи, пять минут позора – и у нас хотя бы на тысячу больше…

– Спасибо, я выхожу на сцену не для этого.

– Коровы мои, хватит трепаться! Перерыв окончен!

Хореограф командует начинать новый прогон. Попытка найти поддержку в лице Пантеры досадно провалилась. Эта провинциальная дурочка живет исключительно мыслями о деньгах. Даже участие в номерах, унижающих достоинство женщины, не смущает ее… Что ж, возможно, у нее есть свои причины жертвовать своей гордостью ради денег. Опять придется справляться с трудностями в одиночку. Ну, ничего. Я выкручусь.

Хореограф до того меня достал, что я даже не могу расслабиться в выходной. В моей постели лежит обнаженным самый красивый мужчина на земле, но мне, увы, совсем не до секса…

– Ты такая зажаааатая, – ставит диагноз мой любимый метросексуал, отчаявшись завести меня.

В красках расписываю ему ситуацию. Нервно прикуриваю сигарету. Отпиваю шампанского прямо из горла. Плачусь в жилетку, как лучшей подруге. Начинаю истерить. Умоляю дать совет, как бороться с хамством. Прошу помочь мне придумать способ проучить невоспитанного хореографа. Закончив свой эмоциональный монолог, смотрю в ясные глаза моего божественного любовника. Всем сердцем жажду поддержки. Изящно откинув с красивого лба блестящую прядь волос, мистер Вселенная изрекает: