Чтение онлайн

– Для обычного школьника это было бы достаточной мотивацией. – Согласно кивнул и мягко улыбнулся. – Особенно в нынешнее время тотального дефицита и отсутствия денег у населения. Но переводиться из этой школы ни коим образом я не намерен.

– Иван, ты же умный мальчик, и должен понимать, что речь идёт о твоём будущем. – Продолжала напирать учительница. – Видишь же, что время сейчас непростое, и нужно использовать любую возможность, чтобы выбраться в люди.

– Ещё раз прошу прощения, Виктория Николаевна, но этот вопрос лежит вне компетенции школы.

– Если это связано с твоей подругой… – Перевела учительница взгляд на пустующее сейчас место за партой.

Когда я вернулся после весенних каникул в школу, то, не обнаружив там Светика, напрягся. Мало ли что могло случиться? Мои действия уже внесли в мир достаточно изменений, чтобы не полагаться на известную мне цепочку событий. Так что, кое-как высидев первый урок в одиночестве, исполнил самую логичную мысль из тех, что пришли за эти сорок минут мне в голову – спросил учительницу. Оказалось, что Света простудилась. Уф! Банальная весенняя простуда! А я уже было начал накидывать варианты плана по добыче домашнего адреса Её Высочества. Вот, кстати, досадное упущение – за эти полгода узнать его даже не попытался. Один раз предложил проводить Свету до дома, на что получил смущённый отказ, и успокоился. Ну, не время, так не время. Так что давить не стал – этого самого времени у нас впереди ещё куча. Да и учебник по неорганической химии для ВУЗов времён Иосифа Виссарионовича тогда мне жёг руки.

– Стоп! – Поднял руку, привлекая внимание учительницы. – Никаких разговоров на эту тему я вести не собираюсь. Ни с кем. Любая попытка влезть в наши отношения будет расцениваться мной как акт агрессии, и приведёт только к развязыванию административного противостояния, юридического конфликта или открытой агрессивной войны на… кхм! – Я вовремя понял, что только что чуть не проболтался о готовности физически устранять препятствующих. Некрасиво бы вышло. Первоклассник, угрожающий убийством учительнице… которая реально желает ему только добра, пусть и не очень умна в своей доброте настойчивости… – Простите, Виктория Николаевна, но, прошу вас, никогда больше не поднимайте эту тему. Возможно, когда-нибудь вы сможете понять мою позицию, возможно - нет. Может быть, мы станем с вами друзьями, а может быть через пару лет вы меня возненавидите. Но, прошу, очень вас прошу… и предупреждаю. Свету… просто не трогайте.

– И что, собираешься от всех так её защищать? – С усмешкой посмотрела на меня учительница. – От всего мира? Ты ведь понимаешь, что Света не принадлежит тебе?

Долгих полминуты я смотрел в её глаза, пытаясь понять, серьёзно она или просто меня подначивает? Смотрел, думал и делал дыхательную гимнастику, успокаивая взбудораженное сознание и уговаривая, что не стоит прямо сейчас бежать по магазинам за мылом, хлоркой, соляркой, алюминиевой пудрой, селитрой и азотными удобрениями. А, ну ещё можно фосфатных прихватить, фосфорный газ сделать…

Тьфу! Какая разница, шутит она или серьёзно пытается что-то втолковать? В её глазах я семилетний первоклассник, пусть и взрослых начитавшийся книжек. Ей совершенно неизвестно о моём реальном возрасте. Она не прожила до почти середины следующего века. Не видела этой истерии массовых убийств, прикрывающихся красивыми словами. Не…

Стоп! Хватит! Вернуться к предыдущей мысли, которая про глаза учительницы… в которых почему-то начало появляться беспокойство. Это я сейчас так страшно выгляжу или она сама себе что-то надумала?

К чёрту! Надо уже что-то сказать.

Хмм… Тоже «пошутить», что ли, в ответ? Или не совсем пошутить?..

– Чтобы преобразовать каскад потоков, нужно преобразовать ключевой поток каскада. – Занудным размеренным голосом начал я вещать. – Направление и конечная точка преобразования ключевого потока каскада определяет всё дальнейшее движение каскада потоков, направления его развития и расширения в пространстве, и… Как вы думаете, Виктория Николаевна, сколько энергии потребуется, чтобы изменить гравитацию… процентов на десять?

– Эээ… – Стеклянные глаза учительницы были мне ответом.

– Вот и я тоже полагаю, что текущей одномоментной выработки всех энергосетей человечества не хватит для замедления собственного спина планеты. Но вполне вероятно, что он коррелирует с спином электрона, и если воздействовать на последний, переписав его формулу… Что? Не смотрите так на меня, эти «детские фантазии», в учебнике по квантовой физике для аспирантов написаны… Виктория Николаевна, ау! Всё хорошо! Я не собираюсь проводить заведомо опасные для планеты эксперименты… пока по ней ходит моя Светик!

– Ты ведь понимаешь, что это эгоизм? – Помахав головой, словно пытаясь избавиться от влетевших в уши слов, учительница решила зайти с другой стороны. – Света не принадлежит тебе…

– Согласен, Виктория Николаевна. Света не принадлежит ни мне, ни вам, ни кому бы то ни было другому, включая её собственных родителей. Человек вообще не может никому, кроме самого себя, принадлежать. Иначе это рабство, а оно официально запрещено на территории нашей планеты. Но! – Состроив одухотворённое выражение на лице, воздел палец вверх. – Время Светы в школе принадлежит мне.

– Ну, знаешь ли, это просто возмутительно. – Озабоченность в глазах учительницы сменилась искорками веселья. – Время Светы в школе должно принадлежать мне. Я же, вроде бы, тут учитель.

– Только не для одого… эээ… двух учеников. Простите, Виктория Николаевна. – Склонился в японском поклоне-извинении. – Я был столь небрежен, что заразил Свету жаждой знаний, и вот уже два месяца мы занимаемся по индивидуальной программе.

– Да уж, заметила. Только непонятно, зачем вы для этого отсели на заднюю парту? Ещё и Машу с Варей с собой утащили.

– Чтобы не мешать вам вести уроки. А Маша с Варей тоже потихоньку учатся.

– Спиной к учителю. – Сощурилась Виктория Николаевна.

– Но ваши задания же выполняют…

– И я уже не понимаю - зачем? Вот до скольки они считать умеют?

– Нууу… таблицу умножения уже изучили, если вас интересует текущий уровень их знаний. Но экзаменовать их на эту тему пока рано - мы только перешли к её практическому применению, и пока память девчат иногда подводит.

– Это к какому же применению таблицы умножения вы перешли?