Девять дней до конца света
Шрифт:
Я тоже немного помолчал и спросил:
– Ты дома? Я сейчас подъеду.
– Нет, Олег, я в командировке. В Питере, - ответил Дима.
– А когда приедешь?
– спросил я.
– Наверное, завтра...
– Понятно, - я замолчал, почувствовав безмерную усталость. А нужно было еще позвонить Сергею и Валере и другим знакомым. А у меня уже не было на это сил.
– Слушай, Дим, - сказал я, вздохнув, - ты сам позвони ребятам и остальным. Ладно?
– Ага. Ладно, - неожиданно легко согласился Дима, - позвоню.
– Ну, пока, - сказал я.
– Пока, - ответил Дима и отключился.
Посидев немного на скамейке, я поднялся и направился домой. Погода была плохая, дул пронизывающих холодный ветер, но я пошел пешком, надеясь, что свежий воздух остудит мою горячую, плохо соображающую голову. Минут через сорок я зашел в квартиру и, пройдя на кухню, включил телевизор и поставил чайник на газовую плиту. Телевизор что-то бубнил, а я сидел и смотрел в окно, понимая, что не могу сейчас быть один, что мне нужно обязательно с кем-то поговорить и может быть тогда мне станет хоть немного легче.
– "Куда же пойти?" - подумал я и вспомнил про Петровича. Петрович был бывшим учителем истории на пенсии, и жил в "однушке" на этаж выше меня. К нему можно было прийти в любое время дня и ночи и он никогда не будет задавать лишних вопросов, накормит и напоит чаем. Вот только с пустыми руками идти к Петровичу было неудобно, поэтому я выключил газ, взял из холодильника колбасу и бутылку водки, купленные покойным Витюшкой и, закрыв квартиру, отправился в гости. Только я нажал на кнопку звонка, как дверь открылась, и передо мной предстал Петрович. Пару слов, я думаю можно уделить его внешности. Высокий, худой очкарик, лет шестидесяти, в тренировочных штанах и клетчатой, байковой рубашке.
– Привет, Петрович!
– поздоровался я.
– Здравствуй, Олег!
– ответил Петрович и, увидев в моих руках колбасу и водку, сказал, - проходи.
Он посторонился, и я зашел в квартиру. Петрович запер дверь и, указав рукой на кухню, еще раз сказал:
– Проходи, Олег.
Я прошел на кухню и сел за стол, поставив на него бутылку и положив пакет с колбасой. Петрович молча поставил на стол две стопки и полез в холодильник.
– Петрович, не готовь ничего, - попросил я, сворачивая крышку с бутылки, - колбасу порежь и хлеб, если есть.
Петрович, все также молча нарезал колбасу с хлебом и поставил тарелки на стол. Я разлил водку по стопкам и, взяв в руку свою, спросил:
– Слышал, наверное, что ночью случилось?
– Да, слышал, - тихо ответил Петрович, - ночью участковый заходил, расспрашивал, не слышал ли чего...
– Ну, тогда не чокаясь, - сказал я и мы выпили.
Я закурил, и Петрович принес мне пепельницу. Сам сосед не курил, бросил, как он говорил, по состоянию здоровья.
– Олег, ты извини, а что, все-таки произошло?
– спросил Петрович.
Я наполнил стопки, выпил свою и, затянувшись сигаретой, рассказал все, что мне было известно о смерти моего друга. Петрович меня не перебивал и только когда я замолчал, покачал головой и сказал:
– Жалко, жалко... Хороший был человек, веселый, порядочный. Немного неустроенный, правда...
Петрович замолчал.
"- Неустроенный, " - вздохнув, подумал я, - "кто-то его очень ловко устроил".
– Ты знаешь, Петрович, - сказал я, - участковый говорит, что Витюшку могли убить по ошибке.
– Вот как?
– удивился Петрович, - а кого же, интересно, должны были убить?
– Меня, - коротко ответил я, разливая водку.
– А тебя-то за что?
– еще больше удивился Петрович, - у тебя что, есть враги?
– Ну, враги, я думаю, есть у всех, - помолчав, ответил я, - а вот таких, чтобы убить...
В это время у меня в кармане зазвонил телефон. Я достал телефон и посмотрел на экран.
– Валера, - прочитал я и, нажав кнопку, ответил:
– Да, Валера, я слушаю!
– ЗдорОво, Олег! Ты дома?
– голос друга звучал несколько встревожено.
– ЗдОрово, Валера! Не совсем, - ответил я.
– Что значит "Не совсем"?
– спросил Валера, - я уже к твоему дому подъезжаю.
– Я в гостях. У Петровича, - ответил я, - помнишь, где он живет?
Я посмотрел на Петровича, который прислушивался к нашему разговору.
– Да вроде помню, - помолчав, ответил Валера, - ладно, я скоро буду. Пока!
– Пока!
– ответил я и отключился.
TO BE CONCLUDED...