Чтение онлайн

– Нет, мне это не известно, - дерзко задрав подбородок, бросила я, стараясь придать своему голосу интонацию презрения. В душе я ликовала, значит они его еще на нашли, а ведь с тех пор, как Марун сбежал прошло три дня. Я гнала от себя мысли о том, что где-то раненый Бэрс лежал, истекая кровью. Умный сыщик, владеющий неведомой магией глассов и могуществом парадоксов, не может просто так погибнуть. Марун поверил мне, а теперь я верила в него.

Изотов, словно прочитав мои мысли, деловито подметил:

– Возможно дознаватель и обещал вам помочь, но ведь вы о нем ничего не знаете.

Что ж, это было правда. Личность Маруна Бэрса оставалась для меня загадкой. Но те несколько дней, что мы вместе вели расследование, вселили в меня доверие к этому человеку. И я не должна была поддаваться на попытки поколебать это чувство.

– Он показал мне свои документы, так же, как и вы свои, - упрямо ответила я, не желая вестись на подобные провокации.
– Или мне и вам не верить?

Дознаватель встал из-за стола и прошелся по кабинету, видимо, подбирая нужный аргумент. Потом он вытащил из ящика стола какой-то листок.

– Вчера Кремер Арава, визуар из Логии, был найден мертвым в нескольких кварталах от вашей квартиры. Как вы можете это прокомментировать?
– Изотов протянул мне фото, на котором был заснят допрашиваемый Бэрсом и мной мужчина. У убитого было перерезано горло, весь он был залит кровью. Зрелище, конечно, было не для слабонервных, но меня не испугал вид окровавленного трупа с развороченным мясом на подбородке. Передо мной сразу всплыли воспоминания студенческих занятий, когда мы с однокурсниками неоднократно препарировали умерших. Тех людей, я не знала, но их смерть была естественной, а не криминальной, как тут. А от осознания, что еще недавно это был живой человек, который дышал, мыслил и, скорее всего, имел семью, и близких и, с которым я сама разговаривала, у меня все похолодело внутри и язык стал, словно пудовая гиря. С трудом взяв себя в руки, я проговорила:

– Это был один из визуаров, которые напали на меня.
– Я не стала упоминать Горина, не хотела его впутывать.

От внимания Изотова не ускользнула моя реакция на убитого.

– Надо сказать, нервы у вас стальные. Не все, так же хладнокровно, воспринимают такого рода картины! – подметил он, следя за мной, словно хищник за добычей.

Я сообразила, что он пытается меня подловить на лжи. И это придало мне храбрости и самообладания.

– Этого мы задержали, чтобы поговорить. А вот его напарник, Дориан Варк, сбежал тогда. Найдите и допросите его!

– О ком вы говорите?
– удивленно спросил Изотов.
– К нам в посольство из Логии прибыл один визуар - Кремер Арава.

– Как это?
– сбитая с толку, я захлопала глазами.
– Но ведь я сама видела, что нападавших было двое. Правда убежавшего я не успела рассмотреть - на лестнице было темно...

Следователь уже было хотел перебить меня, но я его опередила:

– О Дориане Варке нам сообщил этот убитый.
– Я протянула фотографию обратно Изотову.

– Да, но вот только его мы уже не сможем спросить, правда?
– злорадно подковырнул следователь и с недоверием посмотрел на меня.

Я понимала, к чему он ведет. Изотов намекал, что Бэрс убил этого бедолагу, раз тот отказался ему помогать. Я еще раз глянула на фотографию, лежащую передо мной. Внутри меня что-то предательски екнуло.

Я вспомнила, как умело и четко Бэрс добывал нужную информацию, манипулировал чувствами, притворяясь, втираясь в доверие. Он не арестовал меня, поместив в камеру, а брал с собой, как я думала, на расследование. Наверное, проверял, что я помню. А, убедившись, что нечего боятся, сбежал при аресте. Оставил меня одну. Злость и обида то ли на Маруна, то ли на себя, закипали в крови. Я ведь все время чувствовала, что настоящий убийца где-то близко. Но и подумать не могла, что настолько.

Я вернулась к началу. С меня снимут обвинения, если найдут убийцу. А пролить свет на все это дело мог только один человек - Дориан Варк, в существование которого, похоже, никто кроме меня не верил.

Изотов считал, что дело можно будет закрыть, если поймать Бэрса. В его вине, по-моему, местный дознаватель не сомневался. Хотя у него не было прямых доказательств его вины, он, видимо, рассчитывал выбить признания, если, конечно, ищейки найдут его. А в этом Изотов не сомневался.

Поскольку я все еще сидела под стражей и не знала, что твориться за пределами моей камеры, уже по болтовне охранников можно было понять, что все посольство поднято на уши и, сбившись с ног, ищет иномирного преступника - Маруна Бэрса. Из их слов я поняла, что в Логии пока еще не знают о том, что их дознаватель - преступник, находящийся в бегах. А известить власти Логии об этом не могут, так как переходить из Эгоцентриума никто из местных без специального разрешения не имеет права. Я не верила, что здешним следователям под силу разыскать и поймать такого сильного мага, как Бэрс, учитывая их низкий уровень магических умений. Меня по-прежнему мучали сомнения, относительно причастности Маруна к убийствам. Где-то в глубине души у меня теплилась надежда, что он не виновен, что его подставили. (И это не потому, что я в тайне ему симпатизировала.) Для преступления нужен мотив, а в чем он для Бэрса, я не понимала. Но факт, что он меня бросил, говорил не в его пользу.

Так прошли еще три дня в сомнениях и неведении, после чего меня опять повели, как я думала, на очередной допрос. В коридоре возле двери кабинета Изотова выстроилась целая колонна охранников и визуаров. Мне показалось это чересчур, учитывая, что я ни разу не буянила и не применяла магию. Но войдя в кабинет дознавателя, мне сразу стало ясно, по чью душу они там все столпились.

В углу напротив стола, за которым сидел Изотов, я увидела Маруна со скованными руками. Выглядел он ужасно: черные тени залегли под глазами и выделялись, как синяки на бледном лице, из разбитой губы еще сочилась кровь, одежда была испачкана и порвана. На голове сквозь взъерошенный ежик торчали солнечные очки, одетые ни к селу, ни к городу. «Может август там снаружи решил нас побаловать жаркой погодой, раз он их напялил, - промелькнула у меня шальная мысль, - или просто для конспирации?»

Бэрс посмотрел на меня своим пристальным сверлящим взглядом. Я не знала, как реагировать на его появление здесь. Удивление, тревога, радость, сомнение - все смешалось в один запутанный ком.

Мой внутренний бардак мыслей нарушил Изотов, обратившись ко мне:

– Мисс Грихель, с вас сняты все обвинения в убийстве.
– Он протянул мне бумагу с золотым гербом Эгоцентриума: человек в центре глобуса. Герб был по-видимому зачарован, потому что от него исходило свечение и тепло.
– Но из-за того, что вы незаконно перешли в наш мир, вам грозит уголовное наказание. Сегодня в 19.00 вечером вас отправят обратно в Логию, где вы предстанете перед судом. Я пребывала в шоке, от такого поворота событий. Бэрс даже голову не повернул в мою сторону. Стоял с безразличным видом, словно все это его не касается. Молчал, как воды в рот набрал. А я все ждала его реакции на происходящее, пожирала его глазами. Неужели он не будет защищаться, когда на него вот так просто, перекладывают чужую вину?!

Я не выдержала и выпалила, обращаясь к Изотову:

– Почему меня оправдали?

Но тот и не думал что-то объяснять. Крепкий орешек!

– Так вы не согласны? Хотите что-нибудь добавить относительно данного дела?
– Изотов смотрел на меня хищным прищуром.

Боковым зрением я заметила, как Бэрс чуть-чуть, совсем незаметно дернул головой. Мой напор сразу исчез, а в душе зашевелились какие-то смутные предчувствия.

– Нет, - пошла на попятный я.

– Тогда на этом все, - закончил Изотов, - вечером в семь.