Девять минут до взрыва
Шрифт:
Краснов покачал головой – то ли в знак согласия, то ли, наоборот, счел озвученную цифру не слишком привлекательной.
– Плюс бонусы! – сказал Вольф. – Мы, как ты уже, наверное, понял, проводим различные акции! Иногда публичные, иногда, как та, что планируется на эту ночь – «секретные». За участие в публичных акциях, вроде митингов и шествий, мы башляем по-разному – зависит от спонсоров. Но разово… для нерядовых членов нашего движения, баксов пятьсот – это минимум. Что касается «акций», то и здесь единого тарифа не существует. Зависит от сложности задания, от рисков… и некоторых других моментов.
Вольф наклонился к небольшой черной сумке, которая лежала у его ног. Открыл молнию на боковом кармашке; достал пачку долларов, перетянутых аптечной резинкой, положил на стол перед собой.
– За нынешнюю акцию будет выплачено… по пять тысяч амеровских рублей каждому!
– А что делать-то надо будет? – Краснов посмотрел сначала на пачку баксов, потом на Вольфа. – Чё за работа такая предстоит?
– Работа как работа. Вломим люлей черножопым. Впрочем, о деталях я сообщу дополнительно. И еще один момент, который я приберег напоследок. Тебя, Краснов, разыскивает одна кавказская группировка.
– Меня?
– Да. И не только тебя одного. В Воронеже за прошедшую неделю убит один из наших соратников. Еще двое пропали без вести. Все они имели отношения к т о й с а м о й акции в Выселках! – Вольф уставился ему в глаза. – У нас есть информаторы в органах. Так вот: тебя ищут кавказцы…
– Тахир? – вырвалось у Краснова.
– Гм… такое имя мне тоже называли, – Вольф криво усмехнулся. – Но если ты с нами, то тебе нечего бояться. Сейчас жизнь такова, Дмитрий, что или ты вливаешься в серьезную команду и мы все вместе решаем проблемы, помогая друг другу… Или тебя отловят в одиночку и где-нибудь прирежут, как барана! Ну так как, Краснов?
Он положил руку на пачку стодолларовых купюр.
– Бабло – это зло. Но когда его нет, это – еще большее зло! Здесь десять тысяч зоговских долларов. Половина – подъемные. Другая половина – гонорар за сегодняшнюю акцию. Как видишь, у нас платят наликом и вперед!
Вольф передвинул пачку денег по столу – к воронежскому парню.
– Ты ведь теперь н а ш камарад, наш соратник, не так ли? Можешь положить бабки в карман. А можешь – в свою сумку! У нас тут не воруют: к р ы с я т н и ч а т ь в моем окружении не принято.
Краснов продолжал смотреть на пачку денег, лежащих на столе. Он как-будто не решался их брать…
– Ну так что? – терпеливо переспросил Вольф. – Ты – с нами? Мы можем рассчитывать на тебя по ходу сегодняшней акции?
– Да, – чужим голосом сказал Краснов. – Я пойду с вами. И я буду участвовать в вашей акции, Вольф, так можешь полностью на меня рассчитывать.
Глава 10
В четверть двенадцатого ночи из ворот частного домовладения, расположенного на окраине Зеленограда, выехали один за другим три транспорта.
В голове этой небольшой автоколонны шел УАЗ защитной окраски, с номерами, удостоверяющими принадлежность транспорта к базирующейся в соседнем Солнечногорском районе военной части.
В салоне двое: Паук и Краснов.
Оба, в соответствии с планом, изложенным в ходе подробного инструктажа лидером группировки, экипированы в армейскую полевую форму. Паук в форме капитана, на плечах Краснова – сержантские лычки.
Надо сказать, что оба комплекта армейской формы оказались каждому из них точно впору. Даже «кепи» были строго того размера, что требовался. А поскольку оба они в свое время прошли школу армейской службы, то и форма смотрелась на них вполне пристойно – а не так, как на корове седло, как если б эту форму попробовал напялить, к примеру, Шульц.
Оба брата Мясоедовых и Шулепин находились в грузовом микроавтобусе марки «Фольксваген». За рулем сидел Топор, Мясник занял место рядом с ним, а Шульц устроился на одном из мешков с цементов. Именно мешками с цементом и ящиками с гвоздями – если судить по надписям на крафтовых мешках и маркировке ящиков, был нагружен их транспорт. Даже если и остановят «дэпээсники», ничего страшного – документы на машину в порядке, есть даже счета-фактуры на груз… Везут себе парни стройматериалы на дачу, обычное дело.
Все трое в гражданском прикиде: джинсы, кроссовки, водолазки, легкие ветровки. В грузовом отсеке, в одном из ящиков, хранятся, замотанные в бинты и укутанные в полоски материи, три «сучки», три автомата АКСУ. А также два «макара», плюс несколько запасных автоматных рожков и три одноканальные портативные УКВ рации малой мощности.
Еще один ящик – а всего их с полдюжины в грузовом отсеке – заполнен бутылками с зажигательной смесью. Для того, чтобы эти емкости не разбились раньше срока, бутылки переложены тонкими кусками пенопласта и поставлены – вертикально…
Замыкающей, держась на некотором отдалении от кормы фургона, идет бу «десятка» цвета «мокрый асфальт». В машине двое: старший группы Вольф и мужчина лет тридцати с небольшим, партийное прозвище – Ганс. Последний приехал на «явку» на этой самой «десятке» за два часа до начала акции. Об этом поджаром, немногословном парне даже Шульц и братья Мясоедовы почти ничего не знали. Ганс появлялся рядом с Вольфом лишь в те дни, когда проводились какие-нибудь рискованные мероприятия.
Случалось, что его не видели по нескольку месяцев. Но вот он вновь нарисовался, и это тоже явно было неспроста.
Вольф и Ганс одеты примерно так же, как и те трое соратников, которые сейчас находятся в микроавтобусе. На них джинсы, кроссовки и тонкие свитера, плюс у каждого ветровка на случай непогоды. На руках у обоих – пара тонких перчаток. Вольф взял на дело также видеокамеру Sony. Еще у него имеются два мобильных телефона с новыми «симками» и многоканальная портативная УКВ рация «Кенвуд». Кроме старшего и его телохрана мобильный телефон есть лишь у Паука. У остальных соратников мобилы были изъяты еще до начала акции. Что, кстати говоря, в их организации никогда прежде не практиковалось.