Чтение онлайн

«Ты права, дочь… – услышала Герсими голос Фрейи. – И не права одновременно. Шахразада влюблена в своего мужа сейчас так же, как и пять лет назад. В этом твоя правота…»

«Матушка! – Герсими, взрослая женщина и сама уже мать, обожала свою матушку, как пятилетняя малышка. – Как хорошо, что ты со мной сейчас!»

«Я с тобой всегда, глупышка!»

«Но в чем же я не права?»

«Скорее, доченька, ты не готова еще принять того, что тебе уже открылось… Придется тебе еще немного подождать, и ты убедишься во всем сама…»

«Матушка…»

«Дочь, у тебя в запасе вечность… А вот терпения – не больше, чем у обычного человека…»

«Но у моих любимых этой вечности нет!»

«Терпение…»

Голос Фрейи растворился в шуме ветерка.

– Терпение… – повторила вслед за матерью Герсими.

– О чем ты, милая? – вторгся в ее размышления голос Шахразады.

– Я прошу тебя всего лишь потерпеть… – Герсими опустила глаза, смешавшись. – Солнце и так уже клонится к закату… Наступит ночь, и ты узнаешь продолжение своей истории. А потом поведаешь ее мне.

– Конечно, – царица рассеянно улыбнулась. – Никто лучше тебя не разглядит моего нового мира. Никто так не порадуется за меня…

Почему-то от этих слов Герсими стало холодно, хотя зной все так же сжигал роскошный царский сад.

Сейчас она входила в новый для нее мир постепенно. Вернее, погружалась в его ощущение: в его звуки и запахи, мысли и чаяния тех, кого видела вокруг.

Вот молодая, но донельзя уставшая девушка забылась тревожным сном. Она не дома, в гостях, насторожена даже сквозь сон, ибо не ждет ничего хорошего от хозяев. И, возможно, вообще от всего мира.

Вот молодой мужчина. Он, похоже, давно влюблен в нее. Иначе отчего так горели бы его глаза и столь нежная улыбка касалась бы губ?

«Равенна, – поняла Шахразада. – Ее зовут Равенна… Нет, так зовут меня. Меня?»

В тот же миг царица ощутила, как ломит тело после долгой скачки, – ибо оказалось, что она не признавала карет и повозок, предпочитая путешествовать верхом. Почувствовала она и настороженность, которая ни на миг не отпускает, заставляя даже спать вполглаза.

«Лаймон… Его зовут Лаймон… И он любуется Равенной… Любуется мной…»

Уже взошло солнце, а он так и не добрался до собственной постели. Глаза резало от усталости, но желание увидеть ее нахлынуло так неожиданно, что он едва не задохнулся. Ему хотелось лечь рядом, прижаться к ней. Никогда стремление к женщине не охватывало его настолько сильно.

Он протянул было руку, чтобы коснуться ее, но тут же отдернул – время еще не пришло.

Она пошевелилась и медленно открыла глаза. В их затуманенной сном голубой глубине отразилось удовлетворение, а губы слегка изогнулись в столь знакомой ему довольной улыбке.

– Ро… – Он провел ладонью по ее волосам.

– Ты! – Она отпрянула в сторону, испуганно распахнув глаза.

– Все хорошо, Ро, – ласково произнес Лаймон.

– Что ты здесь делаешь?

– Ждал, когда ты проснешься. – Лаймон улыбнулся и сел на край постели. – Я послал Сима принести тебе завтрак. Давай съедим его вместе, а, Ро?

Ее глаза стали почти черными от ярости.

– Я скорее стану есть с гадюкой! Убирайся отсюда!

– Но это не твоя комната и не твоя кровать.

Лаймон знал, что если сейчас дотронется до нее, то не устоит перед искушением. Поэтому он ограничился улыбкой. Годы сотворили с ней чудо: в пятнадцать она обещала стать красавицей. Теперь она была в самом расцвете своей красоты, восхитительная, как спелый персик.

«Как странно, неужели этот светлоглазый гигант знает меня столь давно? Похоже, он и посейчас влюблен в меня… Или мне то лишь кажется… И почему я так громко кричу на него?… Как он назвал меня? Ро?»

– Я подумал, что нам лучше поговорить наедине, – спокойно сказал он.

– Я не стану с тобой разговаривать! Как ты сюда попал?

– Через окно. Ты ведь по-прежнему любишь спать с раскрытыми ставнями.

– Мои привычки тебя не касаются!

– Я знаю, что обидел тебя.

Она гордо подняла голову.

– О да, я была так сильно обижена, что вышла замуж через две недели.

Слова ранили, словно меч, разрывающий плоть и кости, как это произошло шесть лет назад, когда он едва избежал смерти.

– Я знаю. – Он машинально провел рукой по выпуклому шраму на боку. – Мне было очень больно, но я простил тебя, потому что понял, отчего ты вышла за Падди.

– Вот как? – Она побледнела.

– Ты хотела отплатить мне за то, что я оставил тебя, не сказав ни слова. Если ты дашь мне возможность все объяснить…

– Теперь это уже неважно, – холодно оборвала она его.

– Возможно, ты права, прошлого не вернуть, но остается настоящее. – Он взглянул на нее. – Что ты делаешь в Камелоте?

– У меня свои дела, а у тебя – свои.

– Что у тебя за дела?

– Мне была обещана аудиенция у графа, – нерешительно произнесла она. – Мой… мой муж недавно умер.

– Я слыхал об этом. Ты любила его?

– Я вышла за него замуж, – произнесла Равенна, но в ее взгляде Лаймон не увидел боли потери.

«Так мой муж умер? Аллах всесильный, какое горе!.. Как же я теперь? Как же великая Кордова? Хотя… при чем тут Кордова? Я же… Ро? Ро – это я… Юная вдова и озабоченная делами поместья красавица альбионка?»