Девятая надежда

Глазам не верь, они обманут.

Слова не слушай, они солгут.

И чувства правды не подскажут.

Ты в замке лжи, нет правды тут.

Но если слышишь голос сердца,

Что бьется только для тебя.

Не бойся, попроси совета,

И правда кажет вдруг себя.

Две черные псины чуть ли слюной не захлебывались, пожирая меня алым взглядом. Их низкий рык отдавался во мне крупной дрожью, холодил душу, подгибал колени. От ужаса руки похолодели и перестали что-либо чувствовать. Голова разучилась думать. Но я все же старалась быть сильнее и не поддаваться панике. Пыталась сообразить, как бы мне спастись.

В библиотеку убежать не получится. Это точно. Она слишком далеко, так еще лестница высокая и дверь захлопнулась. С такими препятствиями клыкастые громадины мигом меня настигнут и слопают. А вот укрыться в западной башне – мысль удачная. Вход в нее гораздо ближе и ступенек почти нет. К тому же если выбирать из двух зол, то Рензел намного предпочтительнее пасти чудовищ. Решено! Бегу в башню.

Я тяжело сглотнула, собирая остатки смелости для отступления. Осторожно отодвинула ногу, но не успела шагу ступить, как одна из собак сорвалась и с оглушительным рыком на меня кинулась. Следом бросилась и вторая. А я… Я даже закричать толком не смогла – сдавленно пискнула. Помолилась Богине, простилась с жизнью, откупорить бутылочку с настойкой и!.. И, зажмурившись от ужаса, плеснуть ее содержимое тварям в морды.

– Мрак, Тень. Нельзя!

Земля содрогнулась, когда с глухим ударом передо мной приземлилось нечто и еще одно нечто пробежало мимо. Рык смолк. Повисла пугающая тишина, которую нарушил звонкий чих и опалил горячим дыханием мою руку, сжимающую пузырек настойки. Я наконец-то осмелилась приоткрыть один глаз и…

Никаких чудовищ больше не было. На земле сидел ротвейлер с удивительными серо-голубыми глазами и мирным видом. Его гладкая черная шерсть блестела в скудных остатках солнечного света. Брови домиком подрагивали, будто в удивлении, а на морде виделась немного печальная улыбка. Прямая противоположность злобному созданию, что миг назад пыталось меня слопать.

Все время, пока я разглядывала собаку, она занималась тем же – внимательно за мной следила и отвлеклась лишь раз, чтобы стереть с морды капельки настойки. Мило так. Лапкой. И вот же… Сколько бы раз это чудо ни облизнулось, лекарство на ней не работало. От слова «совсем». И если бы не принц, не пересчитал бы папенька мои косточки.

– Мрак, Тень, – вновь услышала за спиной твердый голос, но обернуться не рискнула. Все продолжала таращиться на ротвейлера, чьи уши дернулись, когда его позвали. – Леди Цессара – семья. Запомнить и больше не трогать.

Радостно гавкнув, ротвейлер поднялся на все четыре лапы и принялся меня обнюхивать. Я же поспешила прижать к себе руки и боязливо поежилась.

Было страшно пошевелиться. Издать малейший звук. Вдруг собака подумает, что ей угрожают, и опять обернется чудовищем, чтобы меня съесть? Но тут почувствовала, как через юбку в бедро ткнулась еще одна морда, и до моих ушей дошло громкое сопение.

Я не удержалась и осторожно оглянулась. В точности такой же ротвейлер, только крупнее, довольно-таки быстро изучил мой запах и, поворчав на своем собачьем, потрусил к ухмыляющемуся принцу. Тот наградил «милого» питомца почесыванием за ухом, отчего тот довольно закатил глаза, а я чудом не лишилась чувств от переизбытка собачьего внимания.

– Вам смешно? – упрекнула его и осторожно отступила.

Но ротвейлер не подумал отставать! Недовольно фыркнул и снова ткнуться носом в край юбки. Вот, зараза! А Рензел ухмыльнулся шире:

– Немного. А вам?

– Ни капли! – опять отступила, а собака за мной последовала. Села напротив и уставилась серо-голубыми глазами. – Даже близко не забавно. И… И почему она меня преследует?

Все еще прижимая к груди холодные руки, я указала пальцем на ротвейлера.

– И смотрит так… То ли осуждает, то ли съесть хочет.

Принц тихо рассмеялся:

– Вы нравитесь Тени, – он еще раз почесал за ухом второго пса по кличке Мрак.

И не будь я столь напугана, то похохотала бы от души над иронией: западное крыло охраняют Тень и Мрак. Бр-р-р… Просто замечательно.

– Большая редкость, – окинул меня льдисто-голубым взглядом принц. – Обычно Тень не признает людей.

– Откуда вы знаете? – я снова отступила, но ротвейлер не отставал. Напротив, посчитал это игрой и радостно завилял хвостом. – Может, он расстроен, что не смог меня слопать, и теперь ждет удачного момента.

– Она.

– Она, – поправилась я. Значит, Тень девочка.

– Отнюдь, леди Цессара, – принц поманил Тень пальцем, и та мигом к нему подбежала, а я наконец-то выдохнула и немного успокоилась. – Мне всегда известно, что у Мрака и Тени на уме, потому что я их создатель.

Принц поднял на меня взгляд, когда оба пса сели по бокам от него, и я увидела… Увидела, как у них в глазах зажегся магический огонь. Синее пламя Рензела переплелось с холодными белыми искрами, а у собак радужка вспыхнула лунным светом.

Я буквально кожей почувствовала силу, что заплескалась между принцем и его питомцами. Вокруг них словно воздух задрожал, а ночной кошмар вновь явился перед внутренним взором. Я напряглась, и Рензел это заметил. Магия в его глазах погасла. Он прошелся ладонью по взъерошенным волосам и отвел усталый взор.

– Почему вы здесь, леди Цессара? – принц потрепал рукой в черной перчатке Тень по голове и нахмурился. – Одна. Без охраны.

– Ну, я…

Не говорить же ему, что за ним следила. Однако хорошо солгать у меня сейчас тоже вряд ли получится. Слишком волнуюсь. Поэтому буду честной, но только отчасти, чтобы не вызывать лишних подозрений.

– Я была в библиотеке… – бровь Рензела дрогнула. – И перепутала двери.

– Хм… – протянул он задумчиво. – Рад, что вы воспользовались моим подарком, но все равно не понимаю, почему вы здесь оказались, – повторил он с нажимом и расстановкой, – а не попытались найти нужную дверь.