Чтение онлайн

Широко раскрыв глаза, Шакко издала фырканье, но быстро замолчала под грозным взглядом матери. Ей ничуть не хотелось обременять себя «помощницей», тем более, если получится такая, что будет постоянно ныть и причитать, что всё не по традициям… Одной как-то проще.

– Не смотри так. Призыв и совместное проживание, как и служение Инари-сама, дисциплинируют, хочешь ты сама подобного или нет! – безапелляционным тоном заявила Бьякко, кивнув сама себе так сильно, что ушки качнулись. – Я уж постараюсь, чтобы тебе нашлась достойная компаньонка… Говорят, что в Мотоносуми-инари 6 приходило уже немало воинственно настроенных мико 7 , поэтому самое время и тебе обзавестись поддержкой! – уверенным тоном закончила директор, твёрдо решившая, что убедила дочь.

«Ага, и вынесут мне мозг божественными делами…» – подумала Шакко, но сказать вслух не рискнула. Безвольно повисший хвостик, прижатые ушки и скорбь на лице выражали полное повиновение словам матери, так что уже буквально через пять минут девушка оказалась во внутреннем храме Академии в окружении других учениц, преподавателей и, конечно, Бьякко.

Зачерпнув ковшиком воды из источника Призыва, связывающего ученицу и призываемую компаньонку, как дуэт Сюрьо, «начальника», и Ёриката, «помощника», Шакко проглотила немного жидкости и, держа в руке древнюю глиняную чашечку с кутиками но сакэ 8 , созданным Небесной лисицей, взяла небольшой листок бумаги. На нем сами собой стали формироваться символы, затем зал озарила яркая вспышка – и перед ногами Шакко оказался абсолютно мокрый черноволосый парень с раздутым рюкзаком за спиной.

– Мужчина?! – ахнув, все лисицы начали тихо перешёптываться, пока Бьякко, постаравшаяся не выдать своё изумление, не захлопала в ладоши, призывая затихнуть

Глава 1. Кицунэ-цуки

Внутренний храм вскоре заполнился тихим шёпотом, и Бьякко, понимая, что произошло нечто из ряда вон выходящее, отдала несколько резких указаний стоящим рядом преподавателям: каждая из них была лисицей в годах, одетой по традициям Академии в свободную юкату, отличались лишь цвета. Сама же директор в этот момент щёлкнула пальцами: мокрый вторженец оказался подвешен в воздухе и в таком виде перекочевал из общего зала в служебные помещения.

Лео пришёл в себя не сразу, ощущая странный озноб и холод, несвойственные даже для того, чья одежда была насквозь мокрой. Успев лишь мельком осмотреться, он удивился самую малость: в конце концов, в последние годы всевозможных странных существ ему попадалось чересчур много, а после такого красивые дамочки со звериными ушками казались далеко не худшим раскладом. Гораздо больше волновало, как он вдруг вырвался из лап нуси и оказался незнамо где?

На фоне этого непродолжительный полёт по воздуху не успел оставить ярких впечатлений, а вот болезненное приземление на каменный пол, во время которого Лео приложился об увесистый кусок звёздного металла, спрятанный в рюкзаке, оставило куда более неприятные эмоции. Впотьмах, среди щёток, тряпок и прочего инвентаря для уборки, юноше явно решили устроить разговор по душам.

В комнате оказалось пять женщин, из которых три были лисицами: Бьякко держалась чуть позади, стоя рядом с ошарашенной Шакко. Впереди всех расположилась Ями-сенсей, преподаватель, известная своим резким характером, а возле неё наготове стояли две мико из числа её ёрикат: обе в лёгких пластинчатых доспехах и с руками, лежащими на рукоятях клинков.

– Кто ты такой?! – сощурившись крикнула Ями, отчего её фиолетовые ушки встали торчком. Суровое лицо можно было охарактеризовать, как «выражение ледяной красоты», но, несмотря на это, Лео не был готов к тому, чтобы на него кричали, пусть и привлекательные дамы.

– Вы не выглядите как те, кто не знает манер. Сначала следует представиться самим, – произнёс юноша, только сейчас осознав, что понимает язык, хотя слух его ещё не привык к местному диалекту. Неужели он так далеко? Собственные слова парня тоже теперь ничуть не напоминали родной британский язык.

Мечи мико слегка лязгнули, показавшись из ножен, но Бьякко, стоя позади, похлопала Ями по плечу, не прекращая при этом легонько помахивать красочным сенсу, бумажным веером, на котором было изображено слишком много белых лисиц.

– Он прав, Ями-сан. Представьтесь.

– Но, Бьякко-сенсей, сама мысль о том… Аргх! – заскрипев зубами, лисица с фиолетовыми волосами слегка склонила голову, даже не пытаясь скрыть отвращение. – Ями-сама. Преподаватель по борьбе со злонамеренными проявлениями Культа Синигами 9 .

– Леонард, – коротко ответил парень, почесав переносицу и поёжившись от холода. – Ученик кузнеца.

Ями обернулась на директрису, а её выражение лица говорило: «И перед кем я распиналась?», но Бьякко кивком велела продолжать. Шакко в это время стояла на месте, не двигаясь, но её хвост ходил ходуном, больше напоминая веник особо усердного уборщика: несмотря на то, что лисица была ошарашена произошедшим, любопытство просто сжигало её изнутри, а сам факт того, что унылая затея матери оказалась перечёркнута необычным происшествием, приводил Шакко в восторг.

– Как ты попал сюда? – сквозь зубы процедила Ями, теряя терпение с каждой секундой.

– У вас следует спросить, как мне кажется, – пожав плечами, Лео перевёл взгляд на белоснежную лису. Несмотря на грозность его немногословной собеседницы, было легко определить, кто на самом деле в доме хозяин.

– Р-р-р. Человек… Знаешь, мне почему-то кажется, что ты не человек. Подлый юрэй 10 , который каким-то образом осквернил древнее таинство. Лучше тебя сразу же уничтожить! – расплывшись в злобной усмешке, Ями подняла руку, но схлопотала бумажным веером промеж ушек.

– Ями-тян. Таинство Инари-сама неприкосновенно, я могу счесть за непочтение твои слова, – ледяным тоном сказала Бьякко. – Мы здесь, чтобы в кратчайшие сроки разобраться с произошедшим, а не обвинять юношу в том, что он – неупокоенная душа.

– Не знать, как выглядят юрэй… М-да, скатились, – тихо протянула Шакко, и тоже получила удар веером промеж ушек.

– Я вам это припомню на экзамене, Шакко-сан, – процедила Ями и, шумно выдохнув, жестом призвала мико спрятать клинки. – Что ты запомнил последним, Леонард-сан?

– Как вас ударили по голове веером.

Тявкнув, Ями заскрежетала зубами, а её шикарный фиолетовый хвост распушился, став больше раза в два.

– Ты…

– Я сражался с нуси, но внезапно оказался здесь, – сообщил парень, расценив, что излишняя скрытность явно не поможет разобраться.

По внешнему виду Лео и так было понятно, что он не из местных, но известие о том, что он сражался с нуси, немало удивило даже Бьякко. Настолько, что она сама напрямую обратилась:

– Скажи, юный человек, откуда же ты? Из каких земель?