Чтение онлайн

Парень кивнул и сделал несколько пометок в блокноте.

— А больше нигде кофе не выращивают? — спросил он.

— Почему? Много где. В Индии, к примеру, но там кофе другой и цена у него кусается. Его аристократы мелкими партиями закупают. Вообще кофе много где растет, просто основные поставщики в нашу страну — это Бразилия и Африка. Как-то так.

— Понял, — кивнул парень и закрыл блокнот. — Спасибо за совет. Не знал, что ты…

— Это мы с тобой только про сорта кофе поговорили, — оборвал его отец. — А теперь давай-ка за его приготовление.

Парень нахмурился и открыл блокнот.

— Турка, фильтр, эспрессо, капучино, латте, различные рафы… Записал?

— Эм-м-м… — протянул парень и взглянул на отца. — Про турку и эспрессо я слышал.

— О, поверь, это только основное. Итак. Начнем с того, что не все кофе подходит для любого способа приготовления. Начнем с турки…

Лекция отца перед парнем, у которого с каждой минутой расширялись глаза от объема информации, продолжалась около часа. Михаил Сергеевич не лез в дебри и шел только по верхам, но и этого хватило, чтобы отпрыск через час сидел с пришибленным видом, а медсестра, зашедшая проверить температуру залипла с градусником у входа.

— … Это только основное. Думаю на первое время тебе этого хватит, — закончил отец и взглянул на медсестру.

— Простите, уж очень увлеченно вы рассказывали, — смущенно ответила молодая девушка и быстро удалилась из палаты.

— Пап, ты ведь… всю жизнь водил машины. Откуда ты столько знаешь?

— Ну, я не всегда был… простым водителем.

— Ты работал в кофейне?

— Нет… не совсем, — усмехнулся мужчина. — Помнишь, я тебе говорил, что в моей жизни были… темные пятна? Те самые, что могли поставить крест на моей карьере в роду Орловых.

— Да.

— Так, вот я водил машины с кофе через границу. В обход таможенных пунктов.

— А… — растерялся парень.

— Да. Тяжело, зачастую по бездорожью, но я этим занимался. Но просто взять машину и провести товар в те времена было мало. Надо было еще товар найти, проверить что тебе подсунули, и уже потом его тащить к нам. К людям, готовым этот товар купить. Ну, и не попасться таможне. А там еще и Шолоховы, что тогда полностью контролировали импорт кофе… Веселые времена были. Прибыльные, но очень опасные.

— Тогда ты и научился разбираться в кофе?

— Да. Пришлось. С некоторыми сортами есть определенные сложности. Мне приходилось не просто нюхать, а заваривать кофе, беря пробу из партии, которую вез. И, хочу тебе сказать, не зря. Бывали случаи, когда пытались подсунуть второсортное дерьмо под видом элитных сортов.

Михаил Сергеевич тяжело вздохнул и едва заметно улыбнулся.

— Настоящим экспертом я, конечно, не стал. До твоего родного отца мне еще далеко, но все же кое-чему научился. Сорта я отличаю точно. Тут можно и по запаху определить. А вот с местом произрастания уже сложнее. Приходится уже заваривать, но получается не всегда. — Тут мужчина взглянул на парня, у которого округлились глаза. — Нет, Африку от Бразилии я отличу. А вот провинция или склон — это уже не ко мне.

Фирс же хлопнул глазами, растерянно оглянулся и спросил:

— В смысле «До моего родного отца»?

Слыша приглушенный голос отца, ощущение было, словно я нахожусь под водой, а он пытается докричаться до меня с поверхности.

— Ты не мой отец? — спросил я, глядя на человека, рядом с которым прожил всю свою жизнь.

Я не был готов к такой информации. То, что он мне сообщил, просто выбило меня из колеи и заставило погрузиться в свои мысли. Смотрю на него, он рот открывает, что-то говорит, а у меня картина мира рушится перед глазами. Как он меня водить учил, как мы с ним в гараже на его работе ковырялись. Я-то, понятное дело, просто ключи подавал, когда у него срочный ремонт был, но все же.

Как это, ты не мой отец? Это шутка такая?

Не смешно ни разу.

Что-то внутри пусто… пусто как-то.

Сердце колотится, в груди стало тесно, а на душе пусто. Захотелось открыть окно для свежего воздуха, но я не был уверен, что вообще смогу до него дойти. В ногах слабость. В голове ветер. В ушах вода. Хорошо, хоть изначально я уже сидел на стуле…

Чувствую, что со мной не так что-то. Отец руку протянул к плечу, тряхнул меня, и я вздрогнул от ощущения, что меня ударило током.

— Кто мой отец? — спрашиваю.

Отец снова что-то говорит. Я его губы вижу — шевелятся. Взгляд прячет, а слов не слышу. И главное ни волнения, ни страха. Словно так и надо.

Сердце колотит так, что я жилку на шее чувствую. В груди тесно, а внутри словно пусто.

— Почему… он нас бросил? Чем я ему не угодил? — спрашиваю, словно пытаюсь понять, что произошло. В голове мысли мечутся — мол, слабый. Дара нет. Поэтому?

Отец… Мужчина, что был всю мою сознательную жизнь отцом, опять что-то отвечает с виноватым видом, а я ничего понять не могу. Вода в ушах вроде бы отступает, и я слышу его голос, но разобрать ничего не могу.

— Ты его знал? — спрашиваю.

В ответ опять бубнеж из под воды, среди которого выцепляю осознанно:

— … она устроила просмотр моих навыков.

— Почему… мама не хочет мне об этом говорить? Почему она не сказала раньше?

Вода еще немного отступает, и я уже более менее разборчиво слышу голос отца:

— … тебя оставили в живых, есть еще и юридическая сторона. Твоя мать подписала кучу бумаг… — тут мой… отчим вздохнул и произнес: — … потом почитаешь, но суть сводится к тому, что ты не имеешь прав на имущество и статус рода Вешкиных.…ты для них никто. Чужой человек… для них не значит ничего.

Обрывками, но я понял основную мысль отца. Вода из ушей начала отступать, ветер в голове утих, и я просил:

— То есть… от меня… отреклись?

— Да. Отреклись и оставили в живых, — устало произнес отец. — И последнее, что они хотят слышать — это то, что их кровь гуляет среди простолюдинов. Это тоже прописано в договоре. Ты не имеешь право распространять эту информацию.

Я растерянно кивнул и поднялся. Ноги вроде бы отошли. От растерянности, я не знал, что сказать отчиму. Поэтому я просто еще раз кивнул и ушел.