Девятый легион
Шрифт:
Внутри БМП сидели нахохлившиеся срочники, экипированные по самое не могу – из-за спин даже рукояти пехотных лопаток торчали. Вид у них у всех был слегка ошалевший, но далеко не испуганный – хрен ли, не новобранцы, весь год уже почти отслужили, так что ко многому привычны…
– Чего скажешь, разведка? – как только бронемашина вновь тронулась с места, проорал со своего места командир БМП. – С кем деремся? Японцы, американцы?
– Римляне!
– Ты «Астерикса и Обеликса», что ли, вспомнил? – хохотнул танкист. – Ладно, хрен с ними – пусть будут РИМЛЯНЕ!
– Хорош ржать, Гасан. Патронов лучше подкинь – мы почти все расстреляли.
– Серьезно? – танкист прекратил дурачиться. – Ясно… Так, десант, значит быстро скинулись по магазину разведчикам. Но чтоб магазины мне потом вернули!
– Ты обалдел? – ухмыльнулся Вяземский. – Война, батенька! Сейчас под нее что угодно можно списать будет.
– Твоя правда, разведка!..
Снаружи вновь послышались раскаты танковых выстрелов, БМП чувствительно тряхнуло раз, другой, а затем уже трясло не переставая.
– Гасан, что за хрень? – крикнул Сергей, перекрывая рев двигателя бронемашины. – Не дрова везешь!
– Но по дровам едем! Входим в лес! Танки проложат путь, а мы следом!
Лесопарк этот старлей знал неплохо – деревья тут и правда были молодые, тонкие, что тяжелым «Т-72» сносятся не тяжелее, чем кустарник. Но все-таки ночью? Лезть бронетехникой в лес? Разве что против того врага, у кого ничего страшнее стрел и копий в арсенале нет…
Но что насчет вражеских колдунов? Есть ли у них в арсенале что-то действительно мощное, способное пробить пару сантиметров брони?..
С завыванием провернулась башня БМП, загрохотала автоматическая пушка. Эхом откликнулись курсовые пулеметы.
– Вперед! Давай вперед! – азартно орал танкист. – Уроды! Уроды вокруг! Десант, к бойницам! Бить по любой тени!
Солдаты с руганью начали доставать оружие, торопливо запихивая автоматные стволы в специальные бойницы, снимая оружие с предохранителя и передергивая затворы. В следующий момент внутренности БМП наполнились грохотом выстрелов и пороховым дымом.
Учитывая, что разведчики были «бонусным десантом», бойницы им, естественно, не досталось, но затем старлей вспомнил о резервной – самой неудобной бойнице в одном из кормовых люков.
Сергей нырнул в узкий проход, кое-как с шипением и руганью прополз, на ощупь в темноте ища бойницу…
Что хорошо в «трешке» – амбразуры в ней самые удобные, что только встречались на российской бронетехнике. Вместо крошечного окошка бронестекла для прицеливания и наблюдения, через которое обычно нельзя разглядеть ни хрена, – удобная штуковина с прицельной меткой. Немного приноровиться и…
БМП тряхнуло так, что Вяземский едва не прикусил язык и недобрым словом помянул управляющего машиной механика-вредителя. На мгновение у Сергея возникло ощущение, будто бы он проваливается куда-то вниз, но в следующий миг наваждение исчезло.
Бронемашина закрутилась на месте, по ее броне что-то застучало. Где-то поблизости послышался то ли выстрел, то ли взрыв… Громыхнуло главное орудие «трешки», выплевывая 100-миллиметровый осколочно-фугасный снаряд в невидимого старлею врага.
В прицельной панораме замелькали какие-то смутные силуэты, едва различимые в царящей вокруг темноте, но стрелять Сергей не стал. Патронов было не так уж много, чтобы тратить их зазря…
Неожиданно через корпус БМП его уже знакомо приложило током.
– Какого?.. – донесся матерно-недоуменный вопль командира «трешки», ожесточенно пытаясь повернуть башню электроприводом. – Твою же!.. Что с ПНВ? [9] Ни хрена не вижу!
– Гасан, нас молнией приложили! – крикнул Вяземский со своего места. – С нами так же было! Переходи на запасные цепи, пневматику… ручками крути в конце концов!
– Понял тебя! Тогда бери моих и прикрой снаружи!
Находиться в ослепшей бронемашине – себе дороже. Если не будет поддержки башенного оружия, можно и влипнуть по-крупному…
9
Прибор ночного видения.
– Олег, Карташов – останьтесь и помогите. Остальные – наружу и занять оборону!
Сергей на ощупь нашел ручки, закрывающие верхний люк выхода из десантного отсека, повернул их и с натугой поднял тяжелую бронеплиту. Выпрямился, поднимаясь на ноги и используя люк в качестве прикрытия.
– Пошли, пошли!..
В нос ударил запах пороховой гари, выхлопа двигателя, металла и… Неожиданно – свежего воздуха с какими-то странными запахами. Не было того удушающего пекла раскаленного неожиданно жарким июнем города.
Вокруг была темнота, освещенная багровым светом горящих невдалеке костров. Почему-то вокруг не было видно ни одного дерева – лишь ровная площадка, лишенная даже кустарников… И огороженная высоким деревянным частоколом, проходящим метрах в ста впереди.
Чуть правее с рычанием, будто озлобленный зверь, из глубокой ямы выползал танк, хищно поводя длинным хоботом пушки.
Сергей огляделся по сторонам, чтобы увидеть спешно и в беспорядке отступающих легионеров, которые сейчас петляли между заграждений из вкопанных в землю заостренных кольев и явно направлялись к воротам в стене частокола. А за ним уже вовсю шло непонятное шевеление – мелькали многочисленные факелы, блестящие в их свете шлемы и наконечники копий…
Солдаты один за другим выскакивали из БМП, падая прямо на землю и ощетиниваясь во все стороны оружием.
Одна из наблюдательных вышек за частоколом неожиданно окуталась голубоватым сиянием, а затем воздух пробила длинная ветвящаяся молния, ударившая в землю около бронемашины. Громыхнул несильный взрыв, и во все стороны полетели комья земли и грязь.
Башня «трешки» зашевелилась и начала поворачиваться в сторону обозначившего себя противника… Но первым громыхнул выстрел танка, который с потрясающей легкостью разнес в щепки и сторожевую вышку, и несколько метров частокола вокруг нее.