Чтение онлайн

Фредрик знал, что при желании может по камешку разнести принятую теорию о пирамиде Хеопса. Но что он предложит вместо нее? Есть ли какой-нибудь разумный ответ?

К отелю подкатила черная машина. «Вольво». Фредрик заметил номерные знаки. CD. Ясно — машина какого-то посольства.

Иеротическое письмо.

Он закрыл глаза и принялся вспоминать, что ему известно об этом письме. В 1963 году Каирский музей посетила группа туарегов, потомков коренного берберского населения северной Африки. Экскурсовод с удивлением заметил, что многие из группы с легкостью читают старые папирусы. Они зналииероглифы! Многие тысячелетия жили тауреги в горах Атласа, не имея собственной письменности. Этнологи до сих пор не знают, откуда вообще появились туареги, где их прародина.

Khufu. Khu.

Девятый принцип. Собственно бессмертная душа человека, которая после его физической смерти отправляется на небеса и которая может по собственному желанию воспроизводить свое тело.

Рассудок Фредрика понемногу затуманивался. Ничего страшного — теперь он на верном пути. Он потратит эти дни в Каире, чтобы как можно лучше изучить покрытые мраком страницы человеческой истории. Они принесут громадную пользу человечеству, если будут правильно прочитаны. Может быть. А может, и тайны никакой там нет.

В кафе остались только он и египтянин.

Фредрик выжидал. Араб был в растерянности и не знал, что делать. Он барабанил пальцами по столу, поправлял узел галстука и нервно поглядывал по сторонам.

Фредрик расплатился. Встал и медленно направился к выходу. До отеля надо было пройти всего пятьдесят метров, но в темноте.

Тут он почувствовал, как его легко похлопали по плечу. Старый египтянин. Умное уставшее лицо, перерезанный глубокими морщинами лоб и живые глаза.

— Мистер Дрюм. Все идет, как надо. Все прекрасно. Но ради Аллаха не приближайтесь к отелю. Уходите. Идите своим путем. Прочитайте эту газету, и вы все поймете. До свидания!

Не успел Фредрик и рта раскрыть, как араб растворился в темноте. Зато в руке Фредрик держал газету. Он покачал головой. Встал под уличным фонарем и развернул ее.

Вечерний выпуск «Cairo Chronicle».

На первой странице красовался Фредрик Дрюм собственной персоной. Большая фотография. Та же самая, что и несколько дней тому назад. Но на этот раз она была увеличена в несколько раз и напечатана во всю страницу. Сверху большими буквами шел заголовок:

Тамбурины заглохли.

Каирской ночи перерезали глотку.

Фредрик даже не заметил, что разрывает газету на мелкие кусочки, мгновенно подхватываемые теплым ветерком с Нила.

Фредрик бросился бежать. Ноги несли его прочь от отеля: куда глаза глядят. А они глядели через мост Гезиры вверх по Таалат Харб. Он проскользнул в тени домов по узким улочкам и вышел на площадь, посреди которой возвышалась громадина Рамзеса II.

Привокзальная площадь. Вокруг мелькали бестелесные тени, но ему не было дела ни до аппетитных запахов кебаба, ни до призывов таксистов, ни до криков продавцов сока сахарного тростника, ни до воплей малолетних газетчиков.

Фредрик уселся на ступени под левой ступней гранитного фараона и смотрел, не видя, на визжавших от восторга подростков, которые гоняли по газону перед входом на вокзал тряпичный мяч.

Вокзальные часы показывали четверть двенадцатого, а ночь еще даже не начиналась.

Вдруг Фредрика стала бить сильная дрожь, он схватился за горло и с яростью отодрал от пореза пластырь. Дотронулся до шва. Зарос и почти совсем рассосался.

«Фредрик», — сказал он. И сам же кивнул в ответ.

«Я здесь, я жив, меня зовут Фредрик», — убеждал он себя.

Это чудовищное недоразумение. Кто-то играл с ним в отвратительные игры, хотел свести с ума, сбить с пути и отправить в клоаку к каирским крысам.

Лицо старого египтянина. Его спокойный голос.

Фотография в газете. Заголовок.

Ноги несли его прочь от отеля. Куда? Почемубы ему было не войти в холл и не закричать «Я жив! Я здесь! Фредрик Дрюм — это я!» Тут бы все и разъяснилось. В честь чего он вдруг отправился бродить по городу, как какой-то зомби?

Старый египтянин был само воплощение мудрости. Фредрик инстинктивно послушался его совета. Ерунда? Может, и так, но он тем не менее ощущал кожей, что поступил правильно. Невероятно!

Газета. Хватит ли у него мужества прочитать эту дьявольскую статью?

Некоторое время Фредрик сидел неподвижно. Затем бросился к киоску на вокзале и купил «Cairo Chronicle». Вернулся к Рамзесу. Глотнул, зажмурился, решительно раскрыл глаза пошире и взглянул на первую страницу.

Жуть.

Его собственный портрет. Заголовок, кричащий о его смерти. Фредрик принялся читать, как погиб в пирамиде Хеопса. О теле в саркофаге фараона. Со сложенными на груди руками лежал Фредрик Дрюм в гробнице с изуродованным до неузнаваемости лицом. Труп обнаружила испанка, вопли которой и породили панику. Чудо, что при спуске по скользкой шахте никто еще не был задавлен.

Но ведь он на самом деле был там! Поднялся до середины Большой галереи! И помог какой-то немке выбраться наружу! А затем отправился в «Mena House» и съел баранью ногу, жареную в розовом масле с мускатом!

Он читал, не зная плакать ему или смеяться:

«Это четвертое убийство, совершенное в пирамиде. На этот раз жертвой стал известный эпиграфик Фредрик Дрюм из Норвегии, который подвергся зверскому нападению на прошлой неделе. Личность убитого была установлена по его документам. Кроме того, для верности полиция пригласила и доктора Эрвинга из английского госпиталя. Доктор лечил мистера Дрюма и опознал его тело на основании незаросшего шва на горле и переломанных ребер. Мотив жестоких убийств в пирамиде установить пока не удалось, между жертвами нет ничего общего. Все они разных национальностей и разных профессий. Убийца действует очень осторожно и не оставляет никаких следов. Полиция допросила всех находившихся в пирамиде людей и тщательно переписала их адреса».