Чтение онлайн

— Сэр страж, простите! Ну недоглядел! — умоляюще произнес Арисат. — Сам не пойму, как он мог пробраться к вам. Кругом ведь люди. Эй! Там! На стене! Почему не заметили чужого?!

— Так он плащ напялил с капюшоном, и попробуй сверху пойми, свой это или черт с копытами! Я видел, как он от причала появился и в сарай зашел, но ведь там многие ходили, и почти все в похожих плащах! Дождь ведь только унялся!

— Ты у меня не оправдывайся! Тебя поставили, чтобы такие вот гады к нам не забредали!

Прервав процесс перевода стрелок на подчиненного, я уже спокойно обратился к Арисату:

— Люка найди и разберитесь, кто он и откуда появился.

— Ага, — кивнул Арисат и приказал ближайшему воину: — Найди Люка и бегом тащи его сюда.

Повернувшись к задержанному, Арисат обратился по-военному прямо:

— Ты кто?

Криво усмехнувшись, тот разинул окровавленный рот и прогундосил:

— Муж я твой. Неужто не узнал?

Арисат, видимо, не узнал — еще раз угостил пойманного кулаком, на этот раз в глаз, и почти сразу же в живот. Тот повис на руках воинов, разинул рот, будто собираясь что-то сказать, но, покосившись на тяжелую руку бакайца, тут же его захлопнул — передумал почему-то.

— Молчишь? Да? Больше на шутки не тянет?! В темницу его, в колодки. Пусть посидит, понюхает, каково там после покойничков, а там и поговорим. Вы не возражаете, сэр страж? — Проводив взглядом уводимого коротышку, Арисат предположил: — Наверное, его Альрик послал — вас убить.

— Если так, то у него это почти получилось. Ты попугая не видел?

— Вашего?

— Арисат! Здесь что — есть другие попугаи?!

— Простите за глупость — озадачился я сильно. Видел я вашу птицу: он в погребе винном под потолком сидит. Там сухо и бревнышко удобное — любит там дремать. Опять же — к вину у него душа расположена, и взгляда от бочек не отводит.

— Вот когда этот паразит нужен, его никогда нет! Будь он рядом, шум бы поднял, а так… Я только встал, как сразу удавка на шею.

— Вот мерзавец! Ничего — сейчас железо накалим, и…

— Повремени с этим немного.

— Это почему же?

— Если его послал Альрик, то не надо его людей калечить, пока Альра не вернется. Если окажется, что она договорилась о мире и дружбе, будет неприятно отдавать им то, что останется к тому времени от коротышки.

— Да плевать на Альру — он вас хотел убить, а такое нельзя прощать.

— Спорить со мной вздумал? Не много ли на себя брать стал?

— Простите, сэр страж!

— Шкуру ему прижечь всегда успеем — пусть пока посидит в колодках без еды и питья. Для начала…

— А… ну это дело. Не понял вас сразу. Верно, пусть посидит среди крыс. Жаль, стемнело. Хорошее средство, когда муравьев жменю колоднику под рубаху запускают. Если рыжие, что в трухе древесной живут, так боль дикая от укусов, и чешется потом все тело нестерпимо. А почесать-то не почешешь. Иногда и без всякого железа субчики начинают рассказывать все, что ни спросишь.

Из калитки вышел Люк. Тоже, когда не нужен, ходит за мной тенью, а теперь ждать его пришлось. Как сговорились с попугаем…

Видимо прочитав в моих глазах недовольство и догадавшись о его причине, парень поспешно начал оправдываться:

— Живот скрутило, в нужник уже раз десять бегать пришлось. Даже не знаю почему. Может, от вишен? Так не один я их ел…

— Люк, жалобы на оторвавшееся дно — к лекарю, а не ко мне! Меня только что чуть не убил коротышка какой-то.

— Да понял уже — видел, как в башню его тащили.

— Он забрался в сарай, где я спал. Возможно, именно меня искал, хотя, скорее всего, просто думал там спрятаться, и я случайно подвернулся под руку. Стражник на стене сказал, что он вроде бы от причала пришел. Может, следы посмотришь?

— Сэр страж! Да помилуйте! Какие следы могут быть на дорожке, камнем мощенной?! И вообще после такого дождя… Эх… ну схожу, гляну — может, что и найду.

Проводив Люка взглядом, Арисат как ни в чем не бывало предложил:

— Ужин стынет — пойдемте ложками поработаем.

Вот ведь люди — их без трех лет графа едва не убили только что, а им лишь бы пожрать…

Каменный мешок Межгорья с тучами поступал просто и жадно-потребительски — не выпускал из объятий гор, гоняя их туда-сюда, пока не выльют весь груз. Вот и сейчас дождь, едва прекратившись, принялся накрапывать вновь, а потом полилось всерьез. Небо затянуло беспросветно — не верилось, что еще минуту назад можно было наблюдать отблески заката.

Доедать пришлось в полной темноте, под парусиновым навесом, волнующимся от ветра и потоков воды. Нацедив кружку отвара, с удовольствием сделал большой глоток — после сухой пищи то, что надо. Тук, доскребывая котел, заикнулся было о вине, но отклика у меня не нашел. Кому как, а моя впечатлительная натура выбита из колеи попыткой покушения — не до веселья сейчас. Хорошо, попугай в уговорах не участвовал — утренней «спиртной награды» ему показалось мало, и он в отместку теперь меня игнорировал, укрывшись в винном погребе. Небось пытается в самой большой бочке взглядом дыру просверлить…

Из мрака, скудно подсвечиваемого чахлыми от дождя кострами, материализовался Люк. Кутаясь в мокрый плащ, присел рядом, устало доложил:

— Осмотрел я причал.

— В темноте зря лазил — что там теперь увидишь…

— Не зря, да и факел был. Можно отвару кружечку? Продрог.

— Налей ему, Тук. Нашел что?

— Под бревенчатой частью причала следы нашел. Песок там и камни мелкие — вода, конечно, через щели натекла, но все размыть не успела. Этот коротышка сидел там, похоже, еще с ночи — долго прятался. А потом вылез и в сарай забрался.

— Странно… Почему он так долго там торчал?

— Я думаю, он оттуда слушал, о чем кто говорит. А может, и подсматривал. Там, с боку одного, щит жердевой стоит — за ним можно незаметно притаиться, и видно всех, кто возле калитки маячит. И стену видно почти всю, ту, что со стороны озера. Думаю, он выведал, что вы в сарае один остались, и тогда рискнул выбраться. Шанс хороший был: ведь ночь вы укрывшись за стеной проводите. А туда непросто лазутчику пробраться: за калиткой стража чужого не пропустит, а через стену даже этим ловким камнелюдам не перелезть незаметно — там наши дозорные вечно торчат.