Чтение онлайн

— Рациональные опасения. Однако на данный момент действия «убийство», «разрушение» и «захват» излишни и иррациональны. Необходимо восстановление функций жизнеобеспечения города в связи с возвращением населения. Требуются подтверждение пользователя и данные о людской популяции для эффективного распределения. Мобилизация ресурсов на уничтожение контрпродуктивна.

— Э-эм… А что она сказала?

Юра с надеждой обратился к сестре. Маша хмурилась, но не отвечала. Сама не понимала. Молчание.

Спустя несколько секунд компьютер прервал тишину:

— Судя по реакции, вы не поняли сказанное ввиду причины: «дети». Правильно ли понята ситуация?

Не думая ни секунды, Юра выпалил:

— Да! Говори попроще, пожалуйста.

— Желания пользователя учтены. Перестраиваю стиль общения.

Щёлк. Неведомый механизм пришёл в движение и тут же остановился. И уже совершенно другой голос заговорил с ними.

— Здравствуйте, детишки! Давайте познакомимся!

В отличие от предыдущего, этот полнился радостью и добротой… Пытался казаться таковым. Он был словно украден у персонажа мультфильма, но какого — ни Юра, ни Маша сказать не могли. Уж слишком странный был этот голос. Ненастоящий.

Сестра незаметно прижалась к брату. А он к ней. Даже Юра побаивался этого натужного подражания.

— Эм… Деваляция или как тебя там… Ты пугаешь… — осторожность, столь не присущая мальчишке, резала слух.

Пару секунд безмолвия. Прозвучал уже знакомый щелчок.

— Отзыв принят. Возвращаюсь к исходному варианту. Можете ли вы сказать, где я ошиблась?

— Ты просто страшная какая-то стала, — ответила Маша. — Лучше говори так же, но… Понятнее.

— Можно ли понимать эти слова как «говорить простыми терминами»?

— Как скажешь, только не нуди больше, — Юра покосился на сестру. — Мне и Машки хватает.

Сестра ответила колким взглядом.

— Когда ты говоришь так радостно, ты… — мысль медленно выходила из головы Маши. — Вот будто не ты. Как будто ты притворяешься.

— Я не способна притворяться. Я только стремлюсь подстроиться под вас.

— О! Вот так гораздо лучше! — воспрял Юра. — Говори так!

— Если тебе не трудно, конечно, — добавила Маша.

— Желаемая речь закреплена. Спасибо за исправления. Однако для более значимых и важных в этот момент изменений в моём поведении необходимо ручное управление. Прошу, если это возможно, спуститесь к ядру.

Ребята переглянулись. После этого разговора Дезоляция не казалась злодейкой. Если подумать, она не была похожа ни на один компьютер-убийцу, сколько не перебирай. Те Юре казались крутыми, а Маше — страшными. И только Дезоляция для них обоих была удивительна. И немного чудаковата. Не больше.

— Так как, идём? — первым высказал мысль брат.

— Не знаю, — всё ещё колебалась сестра. — Но, наверное, ничего плохого не случится. И ещё…

Главное сказано, а значит, остальное слушать уже не нужно. Потому Юра не терял времени.

— Тогда идём!

— Эй, подожди! Хватит убегать, пока я говорю!

Брат только рассмеялся и припустил к лифту ещё быстрее.

— Ничего не слы-ышу!

Как обычно, выбора не было. Только бежать следом. Попутно надеясь, что братец себе ничего не сломает. И не заграбастает всё самое лучшее.

Светлая кабина встретила детей приятной мелодией и панелью с кнопками. Стены сверкали серебром. Поручни отдавали приятным холодком. Маша сжала один посильнее. И прислушалась. Динь-динь, па, та-та. И шипение, как из радио. Потрескивание. Грустная мелодия. Спокойная, милая, но до чего же тоскливая. Так и должно быть? Если кто и знал, то точно не Юра. Все его мысли были обращены к кнопкам. Светящиеся, вогнутые, приятные на ощупь и подписанные. Первый этаж, второй, третий… Двадцать семь этажей. И ни одного слова о ядре. Как тогда?

Железные двери медленно сомкнулись.

— Прошу, ожидайте, — из ниоткуда явился голос Дезоляции. — Я сама направлю вас к ядру.

Ребята почувствовали, как их самую малость потянуло вверх. Лифт двинулся. Теперь уже, если что, не выбраться. Машина фантазия нарисовала мышь, что попалась в клетку. Только страха было кот наплакал. Это же только переноска. К тому же необычная. Чудная. Любознательность правила девочкой, как и братом, что проверял поручни на прочность. Не просто чтобы сломать, а ради того, чтобы сделать себе самый-самый блестящий меч. И быть самым крутым в войнушках. В убежище-то все крашеное да ржавое. Но к несчастью, перед поручнем, за который держалась Маша, пришлось остановиться. Снова подзатыльник отвесит.

— Дезоляция? — вдруг шепнула Маша.

Ждать не пришлось.

— Я слышу вас.

Лифт с гулким звоном преодолевал отделы.

— А тебя так и зовут? Дезоляцией?

— Верно. Это наименование моей модели — искуственный интеллект «Дезоляция» военно-гражданского типа, номер два. Сокращённо — «Дезоляция» ВГ-2.

— Меня вот зовут Маша. А это, — сестра ткнула в брата пальцем, — Юра.

— Очень приятно. Ваши имена внесены в мою память как пользователи. Предоставляю вашим учетным записям доступ класса «В». Пока вы можете управлять мной только вручную. Голосовые команды отключены.

— Класс «В»? — заинтересовался Юра. — Это что?

— Вы получаете право на использование моих базовых функций и подтверждение активации общих процессов.

— А на тебе есть игры? Мы можем поиграть? Ты ведь компьютер.

— Юра, она не игрушка, — укор звучал в словах сестры. — Дезоляция ведь живая.

— Во мне не предусмотрено носителей для игр и прочих развлечений. Также среди моих свойств нет значения «живая».

— Ну вот…

— Как это так? — удивилась девочка. — Ты же говоришь с нами, думаешь как живая? Почему это ты не живая?

Миг задержки.

— Используя ваше понимание, я являюсь живой. Однако, подставляя меня под общепринятое понимание живого, я таковым не являюсь. Не способна к размножению. Не способна к росту. Не способна чувствовать. Я — лишь подражание жизни. Создаю пример. Булочка и игрушка в виде булочки. Обе мягкие, похожи друг на друга. Однако игрушечная лишена главных достоинств булочки: запах, вкус, утоление голода. Она способна казаться настоящей, но не быть. Так называемая имитация.

— Я так не думаю, — Маша замотала головой. — Мало ли какие там понимания. Ты живая — и всё тут.