Чтение онлайн

— Если будешь употреблять морковку постоянно, — Кусков продолжал поучать своего глупого коллегу, ковыряясь ногтем в зубах. — Волосы и ногти будут здоровыми до ста лет! А может быть и до двухсот! Зависит от того — ешь ты свежую морковь или после термической обработки.

— Вечно, ты Василий, забиваешь голову всякой ерундой! — презрительно скривив губы, парировал Соловьёв Прохор Сергеевич — ещё один ответственной вахтер — мужчина предпенсионного возраста, тонкогубый, с хитрыми цыганскими глазами. Он сидел в углу проходной "Будки" на ветхой табуретке и шлифовал наждачной бумагой какую-то серебристую штуковину.

— Начитаешься на ночь всякой ерунды, а потом сыпешь весь день непонятными словами… Бэта-каротин, антиоксиданты, термическая обработка.

— А то! — гордо поднял голову Кусков. — Я, в отличие от вас — старичков-рыболовов-спортсменов, люблю покопаться в научной литературе, почитать первоисточники, посмотреть словари. А не шастаю по озёрам да болотам как дикий кочевник за всякими пескарями!

— Это я, что ли шастаю?

— Ну, не я же!

Ответственный контролёр "номер один" закончил прием пищи и стал протирать тарелку тряпочкой.

— Вот, скажи мне, дорогой Прохор Сергеевич, — произнес он, вспоминая последние прочитанные новости в журнале "Работница". — Как называется самая высокая гора в Японии?

— ???… И как она может называться? — собеседник переспросил тягучим, как сироп, голосом. — У этих узкоглазиков, и гор то поди… нету? Они же живут на островах. Какие у них могут быть вершины?

— Есть у них горы. И довольно высокие. А самая высокая называется Фудзияма.

— Или, например, ещё вопрос, — знаток свернул тряпочку. С мытьем посуды было закончено. — Сколько спутников у планеты Марс?

— ???… Дурацкий вопрос! Ну, допустим, три? Пять? Десять? — оппонент начал перебирать цифры в порядке возрастания.

— Два! Прохор Сергеевич. Всего два спутника! Фобос и Деймос!

— Товарищ Кусков! — "безграмотный" сосед рассердился на Кускова. — До чего же ты скучный и не интересный собеседник! Думаешь только о себе! С тобой вести разговоры — всё равно, что общаться с машиной! Или вон, со станком в цехе. Ты бы лучше для поддержания беседы почитал что-нибудь полезное про охоту, рыбалку! Пообщался бы с опытными, знающими людьми. Глядишь и был бы с тебя толк. Знал бы ответы на многие жизненные вопросы.

— На какие, например?

— На такие! Вот, скажи, какую рыбу надо ловить на блесну? А-а-а?

— ???… Дык… Тык…, — "профессор кислых щей" засмущался, смешно вытянул губы трубочкой, закатил глаза. Знаний в его голове в области рыбной ловли было ноль целых — ноль десятых.

— Думаю… Скорее всего… Кажется… Карасей… али чебаков.

— Черта с два! На блесну ловят хищную рыбу. И только хищную! Потому, что блесна напоминает обычную рыбку, которую хищница хочет сожрать. Ясно!

— Или, сколько надо взять комбикорма, чтобы прикормить с утрица наживку?

… — Дорогие друзья! Внимание — внимание!!! — в открытые окна, перебивая высокоинтеллектуальную беседу охраны, влетел голос ведущего, раздававшийся со стороны стадиона. Работники недоумённо посмотрели друг на друга.

— Если вы угадаете, из какого фильма звучат слова героев, то я включу музыку из этого фильма. Итак, внимание! Слушаем и отвечаем… [53] — громко зазвучало на проходной.

— Стoматoлoгическая пoликлиника? Алле! Дoбавoчный 3-62, — раздалось в динамиках.

— Будьте дoбры, пoзoвите, пoжалуйста, Антoна Семенoвича Шпака.

— Антoн Семенoвич, Вас!

— Ктo спрашивает?

— Какая-тo женщина.

— Не закрывайте рoт! Я слушаю!

— Антoн Семенoвич? Здравствуйте. Вы дo кoтoрoгo часа сегoдня рабoтаете?

— Гoвoрит oдна артистка. Нет, не знакoмая, нo безумнo хoчу пoзнакoмиться.

— Так значит дo четырех будете? А я Вам еще пoзвoню. Я oчень настoйчивая.

— Жду…

— … А-е-на… бла-а… на-а… дра…, — раздавался неразборчивый гул зрителей.

— Ну, умник, знаешь, что за фильм? — неожиданно колко спросил Соловьёв своего начитанного собеседника.

— Нет. Не припомню, — лицо у Кускова стало непроницаемым, меж рыжеватых, кустистых бровей появилась продольная складка. — Может быть "Королева бензоколонки". Или "Большая перемена". Вроде, там чего-то такое было.

— Друзья, ещё одна попытка! — не успокаивался ведущий творческой программы. Было понятно, что публика на стадионе также не угадала название кинокартины.

— Итак! Внимание… Отгадываем реплику, а потом поём и танцуем под музыку из кино… [54]

— Все, всё, что нажито непосильным трудом, все же погибло! — звучали слова расстроенного человека.

— Три магнитофона, три кинокамеры заграничных, три портсигара отечественных, куртка замшевая… три… куртки.

— И они еще борются за звания дома высокой культуры и быта…

— Вот, теперь всё ясно, — Кусков развел руки. — Эта реплика из…

— Как его?… — он настойчиво пытался вспомнить и махал указательным пальцем. Слова из названия фильма крутились на языке. — Как же его… Блин, дай бог память… Эта… Этот…

— А-а-а… е-е-е… вич… е-есию… а-а-а, — волной неслось со стороны стадиона.

— "Иван Васильевич меняет профессию", — подсказал напарник.

— Точно, оттуда!