Чтение онлайн

Вечером, накануне отъезда, она дождалась, пока они остались в большом зале одни. Все остальные разошлись спать.

— Адали, я хочу поговорить с тобой, — начала Скай. Он тут же приблизился, как всегда почтительный и вежливый:

— Да, мадам? Чем могу вам служить?

— Ты, черт возьми, можешь сказать мне правду! — выпалила госпожа де Мариско.

— Что вы хотите знать, мадам? — спросил он осторожно.

— Почему моя правнучка Фортуна похожа на Рори Магвайра? — прямо потребовала она.

— Потому что он — ее отец, — так же откровенно ответил евнух. «Не было смысла обманывать эту замечательную женщину, — думал Адали. — Она примет только правду».

Скай с присвистом выдохнула. Так вот в чем дело. Ни обмана, ни увиливаний. Прямой ответ. Она приняла довольно внушительный бокал вина, который наполнил для нее Адали, и тяжело опустилась в кресло у камина. Дав знак евнуху сесть напротив, она попросила:

— Объясни мне эту загадку.

Тщательно подбирая слова, Адали рассказал, как они с Кулленом Батлером составили заговор, чтобы спасти Жасмин.

— Скажу вам Откровенно, — заключил он, — я очень сожалею, что они не смогут пожениться. Бедный Магвайр понимает, что будет вечно разрываться между любимой женщиной и родиной. Если война придет на землю Ирландии — а из того, что я здесь вижу, могу заключить, так оно и будет, — они окажутся в разных лагерях, она — верноподданная английского короля, он же это подданство принять никогда не сможет.

— Не сможет, — подтвердила Скай.

— Принцесса не подозревает о нашем заговоре, миледи. Когда она объявила, что ждет ребенка, я и не думал, что единственная краткая встреча с ирландцем может принести плод. Ночью, накануне убийства мужа, они были вместе, и до этого тоже. Я понял правду, только увидев ребенка. В девочке много от матери, но боюсь, что больше от отца. Хорошо, что мы возвращаемся в Англию. Настанет время, и трудно будет отрицать родственную связь между леди Фортуной Линдли и Рори Магвайром, окажись они рядом в одной комнате. И все же, миледи, я спас жизнь госпожи, и это самое главное.

— Да, Адали, это так, — согласилась Скай. — И пока Фортуна будет вдали от Ирландии, кто разгадает правду? Генри и Индия слишком малы, чтобы запомнить Магвайра. Жасмин, хоть и любезна с ним, уделяет бедному малому не много внимания. Я буду постоянно твердить о рыжеватых волосах Велвет, если кто-нибудь спросит о волосах Фортуны, и здесь мы можем чувствовать себя в безопасности. В волосах Рована Линдли тоже был рыжеватый оттенок. Может быть, и ее волосы с возрастом потемнеют. А если нет, я всем и каждому буду рассказывать, как она напоминает мою покойную мать.

— А святому отцу вы признаетесь, что знаете правду? — спросил Адали.

— Да, — ответила Скай. — Может быть, я смогу успокоить его совесть. Ведь та практическая помощь, которую он оказал тебе в этом деле, противоречит его вере. А он знает, что отец Фортуны Рори Магвайр? О, бедный Куплен!

— Знает, — признался Адали. — Он заметил сходство почти сразу, но не сказал ни слова. Он понимает, что девочка здесь ни при чем и ей ни в коем случае нельзя повредить. К тому же никто и не сомневается, что ее отец Рован Линдли, а Куплен Батлер не собирается поднимать шума.

— Я сейчас же поговорю с ним. — Скай поставила бокал на каменный пол и поднялась. — Спасибо за откровенность, Адали. Я уж подумала, что совсем постарела и поглупела.

— Ваш взгляд всегда останется таким же острым, — заверил ее Адали. — Вы любите мою госпожу не меньше меня и никогда не сделаете ей ничего худого.

Госпожа де Мариско нашла племянника в доме и сразу заговорила без обиняков. Сначала он вспыхнул, потом лицо его побледнело.

— Не носись со своей мнимой виной, — резко упрекнула она. — Вы с Адали сделали только то, что было необходимо. Преступно было позволить Жасмин умереть. Спасибо за то, что у тебя хватило мужества так поступить, дорогой мой Куллен. — И она поцеловала священника в щеку.

— Тетя Скай, вы всегда можете представить то, что в моем понимании является морально не правильным, верным, — слегка улыбнулся Куплен Батлер.

— Быть рядом и не попытаться спасти умирающего гораздо большее преступление, чем те, на которые указывает нам так называемая общественная мораль, — возразила ему Скай.

— Вы хотите сказать, тетя, что и церковь может ошибаться?

— Безусловно, — живо ответила она. — Многие утверждали это и до меня и будут утверждать после. Церковь и ее законы созданы людьми, а люди слабы. Не Бог, заметь, а люди. Поэтому гораздо благоразумнее руководствоваться здравым смыслом!

— Вы никогда не изменитесь, тетя Скай, — громко рассмеялся священник. — Все та же независимость мыслей и духа.

— А ты полагаешь. Бог меня осудит за нее?

— Нет, тетя. Он видит, что у вас доброе сердце. Такой он вас создал и позволил пройти свой путь, и поэтому я думаю, что он доволен своим творением. Сделайте так, чтобы Фортуна держалась подальше от Ирландии. Она вырастет и станет похожей на отца. Нельзя допустить, чтобы они встретились. Мы все можем попасть в очень неудобное положение.

— Ты думаешь, он подозревает? — спросила племянника госпожа де Мариско.

Куплен Батлер покачал головой:

— Конечно, он рад, что помог Жасмин выжить, но до сих пор несет бремя стыда за то, что совершил. Ведь он по-настоящему любит ее, хотя, я уверен, и понимает, что союз между ними невозможен.

— Ему нужно жениться, — заявила Скай. — Добрая женщина облегчит его жизнь.

— Нет, тетя, политическая ситуация в Ирландии слишком нестабильна. Всю жизнь Рори прожил в этой обстановке. На его глазах семью и господина принудили покинуть страну. Он лишился земель и вынужден служить управляющим у английского лендлорда. Пройдет немного времени, и между его детьми и детьми Жасмин могут возникнуть серьезные осложнения. Так пусть уж лучше остается холостяком и посвятит себя Магвайр-Форду, его жителям и лошадям. Под защитой, которую предоставит им Жасмин в качестве землевладелицы, они все сумеют выжить.

— А что будешь делать ты и чему будешь учить здешних людей, когда фанатики в конце концов поднимут головы? А они поднимут, ты знаешь это сам, мой мальчик.

— Я буду советовать всем прихожанам следовать велению своей совести, — тихо ответил священник. Скай нетерпеливо фыркнула:

— Под этим ты понимаешь следование догматам Святой Матери Церкви. В таком случае они будут растерзаны. Куплен. Стыдись. Не того я от тебя ожидала, мой мальчик. Ты должен учить их, как выжить. Если в семье есть братья и сестры, одни могут перейти в лоно ирландской церкви, другие продолжать придерживаться старых верований. Тогда ни одну семью не искоренят до конца. И если обе веры будут соседствовать друг с другом, ни одна не станет казаться более правильной. Невежество, мой мальчик! Невежество обращает людей друг против друга!