Чтение онлайн

Она была невинной девственницей, но, безусловно, представляла, что от нее требовалось. Как всем невестам, ей подарили Ночную книгу. Девственницы у него еще не было. Несколько женщин, которых он содержал в гареме, в совершенстве владели искусством удовлетворения чувственности мужчины, и их ему учить было нечему. Ясаман же неопытна, и ему предстоит преподать ей урок.

Маленькая лодочка слегка ударилась о мраморную пристань его дворца. Лодочник спрыгнул на берег и привязал суденышко, затем незаметно скрылся из виду, оставив их наедине. Принц встал, вышел на берег и обернулся, чтобы помочь Ясаман.

— Мой… наш дом не так хорош, как твой. Разрешаю делать все, что захочешь, чтобы нам жилось в нем приятно и счастливо. Покупай, что хочешь, моя принцесса. После смерти матери слуги, быть может, разленились. Теперь они в твоем распоряжении, как и все остальное, что касается хозяйства. — Мне потребуется несколько дней, чтобы все изучить, узнать, кто из слуг нерадив, а кто просто не знает, что делать, потому что нет никаких указаний, — ответила Ясаман. — Завтра прибудут мои личные служанки Рохана и Торамалли. Адали, старшего управителя, мама Бегум хотела оставить себе, но, может быть, и он мне потребуется.

— Покои приготовлены для тебя, — сообщил ей Ямал-хан. — Я дал распоряжение женщинам гарема — им лучше знать, как устроить женщину. Пойдем, принцесса.

— Минутку, господин, — задержалась Ясаман. — Мне нужно с тобой поговорить, но я не хочу, чтобы нас подслушали.

— В чем дело, невеста? Только скажи, и обещаю, твое драгоценное желание будет исполнено, — романтично поклялся принц.

— Не торопись, выслушай меня, — тихо произнесла девушка.

Он с любопытством посмотрел на нее.

— Говори, — только и вырвалось у него.

— Я твоя законная жена, но мы до сих пор не знаем друг друга. Я слышала, что мужчины сходятся с незнакомыми женщинами, чтобы получить удовольствие. Но я нежно и тонко воспитана и сочту постыдным отдать тебе свое тело в эту ночь или какую-нибудь другую, прежде чем между нами возникнет чувство. Не знаю, поймешь ли ты, но должна тебя об этом просить, потому что мать повелела мне во всем слушаться моего господина. — И она скромно потупила глаза.

— А если я скажу, что сегодня же хочу тебя в своей постели, ты меня послушаешься, принцесса? — спросил Ямал-хан.

— У меня нет выбора, господин. Как послушная жена, я подчинюсь. Но меня сильно опечалит, если вожделение в тебе окажется сильнее желания сделать наши отношения приятными и гармоничными.

Ямал-хан рассмеялся:

— Для своего возраста ты необыкновенно умна, слишком для такого простого кашмирца, как я. Обрати-ка лучше свои таланты на то, чтобы доставить мужу тысячу и одну ночь высшего наслаждения. И все же я склонен выполнить твою просьбу. Несколько дней назад мы еще ничего не знали друг о друге, а сегодня связаны на всю жизнь. Если вожделение одолеет меня, женщины в гареме знают, как его удовлетворить. Со временем и ты этому научишься. А пока будем просто друзьями.

— Мама Бегум сказала, что лучшие браки получаются тогда, когда супруги прежде всего становятся друзьями. А она, господин, никогда мне не лгала, — заметила Ясаман.

— Пойдем, — он снова взял ее за руку, — я покажу тебе твой новый дом. Меня поражает, что слуги не выбежали поприветствовать свою новую госпожу, на террасе не горят фонари, лампы в доме не зажжены.

Он повел ее по ступеням к красивой мраморной террасе, схожей с террасой ее дворца. Но здесь, даже в свете убывающей луны, она сумела разглядеть, как заброшены растения: одни не подстрижены, другие погибают. Ясаман нахмурилась. Все это требовало ее немедленного внимания. Сады для Моголов значили очень много. В этом году уже поздно, но следовало подготовиться к следующему. Сквозь арочную дверь они вошли в здание.

— Вот твои владения, — указал принц. — Но почему же нет света? Я приказал, чтобы твои покои вычистили и провели нас туда.

— Судя по всему, слуги ленивы, господин. Придется сразу же взять их в руки.

— Со дня смерти моей матери порядка здесь нет. Я мужчина и не знаю, что следует делать, — безнадежно ответил он. Ясаман негромко рассмеялась:

— Тебя кормят, стирают одежду, и этим ты доволен. Да, мой господин? Доволен, пока можешь охотиться и пока женщины поют тебе и удовлетворяют другие желания? А как же женщины в твоем гареме? Неужели среди них нет ни одной, которая могла бы руководить слугами?

— Руководить слугами — не их обязанность, — ответил он, слегка смутившись. — У них другие обязанности. Ты о них, конечно, знаешь.

Мать Ясаман говорила, что мужчины, независимо от возраста, словно дети. За свою короткую жизнь девушке не приходилось близко общаться с мужчинами, кроме членов своей семьи. И теперь она начинала понимать, что имела в виду мама Бегум. Пока удовлетворялись его личные потребности и жизнь была удобной, Ямал-хан позволял дворцу разваливаться, слугам дичать, а женщинам проводить время в праздности, словно грибу на дереве. «Все это надо менять», — решительно подумала девушка. Но теперь ей требовался сон. День был утомительным. — Нужно найти кого-нибудь, чтобы зажег лампы, — сказала она мужу самым практичным тоном.

— В гарем ведет эта дверь. — Он указал в полумрак комнаты. — Это женская половина дворца.

Они пересекли комнату рука об руку, и Ямал-хан открыл дверь, впуская жену в гарем. Их встретил теплый золотистый свет. Комната была хорошо обставлена: ярко обитые кушетки, большие напольные подушки, низкие столики из черного дерева и бронзы, изящные коврики на мраморном полу. В гареме находилось пять женщин. Они взглянули на принца и невесту. Выкрикивая приветствия, женщины окружили Ямал-хана, не обращая внимания на Ясаман и грубо оттолкнув ее в сторону.

— Господин, ты вернулся! — заговорила маленькая женщина с золотистой кожей, иссиня-черными волосами и темными глазами. Она обвилась вокруг юноши и с обожанием глядела на него снизу вверх.

— Самира, почему не приготовлены покои принцессы?

Разве я не сказал тебе распорядиться? — Он с усилием освободился от объятий женщины.

— Господин! Я не какой-нибудь управитель и не жена, чтобы распоряжаться слугами и заставлять их прибираться в доме. Меня учили доставлять тебе удовольствие. — На секунду она надулась, но тут же вновь победно улыбнулась. — Хочешь насладиться прямо сейчас, господин? Поэтому ты и пришел к нам? Мы готовы. — Она взглянула на своих компаньонок, глаза опасно сузились.