Чтение онлайн

— Удивляюсь я твоей смелости, как всегда удивлялся твоей силе. Я часто рассказывал о тебе моей матери.

— У вас еще жива мать? — доверительно спросила Бара.

— Да, мама старенькая, мы с нею живем высоко на холме в лесу, около часу ходьбы отсюда, в охотничьем домике. Сам я охотник. Матери моей хочется, чтобы рядом с нею дочка была, мечтает видеть меня счастливым. Не нашлось милой сердцу моему, пока не встретил тебя. Бара, я не привык много говорить. Я люблю тебя с той минуты, как увидел. Я научился понимать тебя, хотя никогда с тобой не разговаривал, и, если до сих пор ни о чем тебе не говорил, лишь потому, что боялся получить отказ. Теперь ты знаешь все. Вот и скажи, нравлюсь ли я тебе и хочешь ли ты стать моей женой. Оставаться в Вестце ты больше не можешь, поэтому забери с собой все, что у тебя есть, и вместе с отцом сейчас же идемте ко мне в лес, там люди тебя не обидят.

Бара стояла словно статуя и не могла ни шелохнуться, ни слова вымолвить.

Охотник не понял, как ему это истолковать, но, желая знать правду, какой бы горькой она ни была, еще раз спросил Бару, хочет ли она стать его женой. Тут девушка расплакалась и воскликнула:

— Боже, неужели это правда, что вы меня любите?

В подтверждение охотник поцеловал ее и подал ей руку. И тут только она призналась ему в том, что давно скрывает свою любовь к нему.

После такого объяснения они вышли из часовни, встали перед Якубом на колени, и охотник обратился к нему:

— Вы знаете меня, отец, знаете, что я уже давно мог бы жениться, но ни одна девушка мне не нравилась, пока я не встретил вашу дочь. Я полюбил ее. Только что мы пришли к согласию и теперь просим вашего благословения. Неважно, что это происходит на кладбище, повсюду земля божья, всюду есть бог!

Якуб ни о чем их не стал спрашивать, главное, что Бара была довольна. Он благословил их, и они договорились об остальном.

Церковный служка очень удивился, придя после того как отзвонили к заутрене за Барой и увидев ее не одну, а с отцом и женихом, как представил себя охотник.

Еще больше этому удивились в доме священника и в деревне. Все думали, что после такого унижения Бара станет кроткой, а она возвращается невестой, да еще такого человека!

Никто не предполагал, что «дикую» Бару может кто-нибудь полюбить, а вот полюбили же!

— Ей чертовски повезло! — говорили девушки.

От души, искренне обрадовалась Элшка, когда Бара привела к ней своего жениха.

— Вот видишь, господь бог воздал тебе за службу, которую ты мне сослужила и столько из-за этого натерпелась. Я знала, что встретишь человека и он тебя полюбит. Всем сердцем любите ее, она этого заслуживает, — сказала добрая девушка охотнику, подала ему руку, и молодой человек пожал ее с искренней благодарностью.

Охотник рад был бы забрать Бару с собой тотчас же, но не получалось, как хотелось бы того. Да и панна Пепинка не могла допустить, чтобы Бара покинула их еще до свадьбы. И Якубу тоже нельзя было сразу оставить свое пастушеское хозяйство.

Больше всего Бара жалела Элшку. Но на следующий день пану священнику пришло письмо из Праги, в котором тетя писала, что все свое состояние она отдает Элшке только при условии, что та выйдет замуж за молодого врача, который ее вылечил. Пусть пан священник спросит Элшку: согласна она или нет? К письму была приложена записка для Элшки, исполненная самых радостных надежд на скорую встречу. Большего Бара и желать не могла.

Перед свадьбой с нею помирилась вся деревня, даже жена церковного служки, которая пожелала ей счастья и передала письмо от Йозефека. Элшка прочла его Баре, и лишь теперь ей стало известно то, что Элшка давно знала: Йозефек любит Бару, из-за нее и священником не хотел быть, но поскольку она выходит замуж, то он с радостью выполнит волю родителей.

Неделю спустя панна Пепинка справила Баре свадьбу. Старенькая мать охотника была на ней, а после свадьбы увела с собою в лес долгожданную дочку. Якуб ушел с ними.

Когда охотник, показывая молодой жене свое хозяйство, привел ее в комнатку, где стояла его кровать, со стены он снял висевший на ней уже засохший веночек.

— Узнаешь его? — спросил он Бару.

Это был тот самый веночек, что повис на вербе ранним утром в праздник Яна Крестителя.

Бара улыбнулась.

— А о ком ты думала, когда его в речку бросала? — спросил охотник, прижимая ее к сердцу.

Бара не ответила, только обняла его и с нежной улыбкой подняла на него свои, прозванные волоокими глаза, для охотника самые красивые на свете.