Чтение онлайн

— Мой кот Титан предан мне и ничего не требует взамен.

— Не требует? — хмыкнула журналистка. — А мягкие подушки во всех комнатах? А кусочки свежего лосося на обед?

— Мужчины требуют гораздо большего. Коту и в голову не придет делать меня «более женственной». Но сейчас он явно обижен: пришлось запереть его в офисе, чтобы не поранил лапы о битое стекло. — Она нахмурилась. — О чем мы говорим? Я знаю, ты счастлива с Реем, и я рада за вас. А меня устраивает моя жизнь.

— Как знаешь, — не стала спорить подруга. — Пойду поговорю с полицейским. Нужно кое-что выяснить для заметки, а коллега пока что сделает твое фото с выражением отчаяния на лице. Билл согласился, что ты будешь лучше смотреться в газете, чем он. И не спорь, — замахала она рукой, — мне, как профессионалу, видней! Скоро вернусь и помогу с уборкой. Рей обещал, что тоже подтянется.

— Спасибо. Я твоя должница, — благодарно улыбнулась Дейзи.

— Ничего подобного. Для чего же еще нужны друзья? Ты, кстати, уже известила семью?

— Нет. — Девушка упрямо подняла подбородок.

Она прекрасно справится сама без суеты и шума — ей не раз приходилось доказывать это на деле. Ведь для членов семьи она все еще маленькая девочка, которая нуждается в поддержке. Дейзи приходила от этого в ярость. Почему ее братья считают, что карьера и высокая зарплата важнее чувства удовлетворения от работы? Они, конечно, придут на помощь, если Дейзи попросит, но только ради того, чтобы лишний раз убедиться в ее беспомощности.

— Билл, Нэнси и я обойдемся своими силами.

— Иногда мне кажется, что ты слишком гордая, — неодобрительно заметила Анна.

— Позволь с тобой не согласиться. Ты знаешь, обычно мы прекрасно ладим, но на сей раз мне бы хотелось избежать обычных комментариев типа «Мы же говорили, мы тебя предупреждали». И вообще, не хочу втягивать их в это дело.

— Как знаешь, только будет лучше, если ты сама скажешь семье, пока они не узнали все из прессы.

Дейзи понимала, что подруга права.

— Хорошо, вечером позвоню, обещаю. Но не раньше, чем мы наведем хоть какой-то порядок.

Утро понедельника принесло плохие новости: страховая компания отказалась возмещать ущерб.

— Они сказали, что аттракционы и кафетерий не застрахованы от вандализма. Порекомендовали стекольщика, но мы сами должны будем оплатить его услуги, — объяснила Биллу Дейзи.

— Это же целое состояние! Где взять столько денег? — Билл тихо выругался. — У нас нет таких средств, но окна все равно придется вставить.

Дейзи тяжело вздохнула:

— Если бы я не уговорила тебя купить старинные качели, взяли бы из резервного фонда.

— Сделка была выгодной. Милая моя девочка, мы бы не простили себе, если б упустили такой шанс. Дело не в этом. — Билл вздохнул. — Я бы продал свои акции, но сейчас они почти ничего не стоят. Да и музей едва сводит концы с концами, так что банк не даст ссуду под залог. Они просто засмеют нас.

— Можно заложить мой дом, — предложила Дейзи. Небольшой двухэтажный особняк достался ей в наследство от деда.

— Не дадут ни копейки, когда узнают, какую зарплату ты здесь получаешь, — покачал головой Билл. — Да и я не позволю тебе влезть в долги.

— Парк ведь и мое наследство, — упрямо заявила девушка. Дядя часто повторял, что Дейзи заменила ему и Нэнси дочь, поскольку своих детей у них не было.

Дейзи вспомнила вчерашние слова Анны. Может быть, ей не стоило извещать семью о происшествии поздно вечером коротким сообщением, оставленным на автоответчике. Тем более что потом она отключила телефон, чтобы не выслушивать соболезнований. На сей раз ей придется проглотить гордость и попросить помощи, ведь речь идет о столь дорогом ей музее аттракционов.

— Давай обратимся к моей семье. Отец, Бен, Эд и Мики не откажутся помочь — это ведь и их наследство.

— Нет. У Мики молодая семья, Эд и Бен выплачивают кредиты за свои дома, а твой отец выходит на пенсию. Его инвестиции в таком же бедственном положении, как и мои.

Дейзи подумала, что семья всегда относилась к музею как к капризу Билла.

— У нас нет выхода, кроме как искать партнера на стороне, — мрачно подвел итог дядя.

— Кто же захочет вкладывать деньги в паровые двигатели старых аттракционов в период рецессии?

— Цены на паровые двигатели ползут вверх, извини за сравнение. — Билл кивнул в сторону портрета Стивенсона Рокета, изобретателя паровой машины, на стене кабинета. — Инвесторам выгоднее вкладывать средства в реальные проекты, чем в акции.

— Инвесторы предъявляют свои условия, — покачала головой Дейзи. — Они стремятся получать большие прибыли — вряд ли они согласятся просто сохранять историческое наследие. Сначала нас заставят повысить входную плату, потом открыть магазин. А что, если им придет в голову выйти из игры? Где мы возьмем денег, чтобы выкупить их долю?

— Не знаю, милая. — Билл выглядел растерянным. — Придется продать паровоз.

Паровоз стоил целое состояние, но это был последний двигатель, сделанный прапрадедом Беллом. Дейзи потратила четыре года на его восстановление.

— Только через мой труп! Должен быть другой путь.

— Например, выиграть большую сумму в лотерею или попросить добрую фею, — усмехнулся Билл. — Выхода нет — надо искать партнера.

— Или спонсора, — вздохнула Дейзи. — Сейчас поставлю чайник, а потом решим, что мы можем предложить спонсору. Надо составить список местных предпринимателей и начать обзванивать. — Она обняла дядю за плечи. — Ничего, что-нибудь придумаем.

Феликс поднял трубку телефона, не отрывая взгляда от таблицы на экране компьютера:

— Гисборн слушает.

— Хорошо, что я застала тебя дома, Феликс.

«Поделом мне, — подумал молодой человек, уныло вздохнув, — надо было посмотреть на дисплей и узнать, кто звонит, прежде чем отвечать». Теперь сестра будет долго выговаривать ему, вместо того чтобы оставить короткое сообщение на автоответчике, которое он стер бы не читая.

— Доброе утро, Антония.

— Мама сказала, что ты опять пропустишь вечеринку. — Антония, как всегда, перешла прямо к делу.