Чтение онлайн

Когда наступила среда — день встречи с Расселом, — я уже чувствовала себя преотлично. Я готовила Форду полезную еду и вообще делала то, ради чего он меня, собственно говоря, и нанял, — помогала ему писать.

С другой стороны, я думала, что Форду, когда он выберется из своей берлоги, не вредно будет узнать, что за мной ухаживает божественно красивый мужчина. Поэтому-то я и пригласила Ноубла и Тудлса познакомиться с Расселом Данном, однако их знакомство обернулось катастрофой. Ну, наполовину катастрофой.

Часть меня пришла в бешенство от того, как Ноубл и Тудлс обходились с Расселом. Другой части это польстило. Неужели они настолько уверены, будто мы с Фордом пара, что не могут вынести даже мысли, что рядом со мной будет другой мужчина? Может, поэтому они так грубо его игнорировали?

Наверное, я все-таки перегнула палку, когда назло им обвила шею Рассела руками и поцеловала его с таким энтузиазмом, — но мне правда очень хотелось показать, что я не принадлежу никому.

В точности, как я и думала — ну ладно, надеялась, — едва Рассел ушел, Ноубл и Тудлс помчались в кабинет Форда. Я же отправилась на кухню и занялась нарезкой овощей к ужину. Я хотела, чтобы Форд, спустившись, увидел, что я занята делом. Я развлекалась тем, что репетировала удивление: что такое. Форд? Неужели ты так расстроился из-за того, что я встречаюсь с другим мужчиной? Быть такого не может!

Но время шло, а Форд все не спускался. По сути дела, никто не спускался. И что теперь? Мне что, придется тащить наверх три подноса с сдой?

Я нарезала овощей на четырнадцать человек (Ноубл сбавлял обороты производства постепенно; на следующей неделе он попробует готовить на семерых) и поставила их в холодильник. Подошла к лестнице, постояла, послушала — ни звука.

Я побаловалась с дракончиком, наблюдая, как вспыхивает и гаснет извергаемое им пламя. Интересно, показал ли Тудлсу кто-нибудь эту штуку? Ему наверняка понравилось бы. Может, позвать его? Или подняться в кабинет Форда и спросить, не проголодались ли они?

Но в следующее мгновение мою голову пронзила боль, и я рухнула как подкошенная на ковер у лестницы. Внезапно мое сознание слилось с сознанием Ребекки Кутшоу. Понятия не имею, откуда я это узнала, но факт остается фактом. Я видела интерьер ее дома и ощущала ее мутные от выпивки, тяжелые мысли.

Но ярче всего я чувствовала гнев. Ее гнев. Она пила, чтобы усмирить его. Затрудняюсь сказать, что именно вызывало эту дикую ярость, но она была настолько сильна, что я чувствовала себя так, словно меня привязали к столбу и языки пламени облизывают мое тело.

Я никогда не понимала алкоголиков, а теперь вдруг поняла. Если б меня сжигал заживо такой же гнев, как у Ребекки, а алкоголь мог хоть на время его затушить, я бы заливала в себя все, до чего только могла дотянуться.

Я пробыла в ее сознании лишь несколько секунд — слава Богу, больше я не вынесла бы, — но успела увидеть, что она задумала. По неизвестным мне причинам ее ярость направлена была на город Коул-Крик. Она искренне верила в то, что есть лишь один способ избавиться от этого гнева навсегда: спалить город дотла. Я увидела в ее голове такие яркие и подробные картины пожара, что мне стало ясно: она планирует это уже очень давно. Хуже того, ее не заботило, выживет ли она сама во время пожара или погибнет в огне. Она просто твердо считала, что обязана стереть Коул-Крик с лица земли. Было там еще кое-что, чего я не понимала: она знала, что некоторые люди не смогут выбраться из горящего города — и люди, которые не смогут в него прорваться. Пожарные, например. Тушить огонь будет некому.

Очнувшись после видения, я шатаясь добрела до стула в прихожей. Через несколько секунд примчался Форд. Как всегда, он был рядом, когда я отчаянно в нем нуждалась.

Он отнес меня в гостиную и попросил рассказать о видении. Я едва замечала других людей в комнате. Мне казалось, что мы с Фордом там вдвоем.

В процесс вмешался Ноубл. Потом — Тудлс и Тесса. Они принялись твердить какую-то чушь: что Рассела Данна не существует и что я разговаривала с призраком. Они уверяли меня, что он дьявол. Тот самый, который почти так же силен, как Бог. Сатана.

Как глупо! Я имею в виду, что если они хотели поссорить меня с Расселом, то неужели нельзя было придумать что-нибудь менее трагичное? Они могли бы сказать, что он гей. Или что у него криминальное прошлое — кому, как не Ньюкомбам, знать о таких делах? Но нет же! Им надо было пойти до конца и заявить, что я встречаюсь с дьяволом.

Ну да, конечно. Только, скажите на милость, зачем существу настолько могущественному тратить время на секретаршу-дробь-повариху-дробь-фотографа-любителя? Ему что, нечем больше заняться? Разве ему не надо следить за всем, что происходит в огромном мире?

Мне все это казалось слишком абсурдным, и я сбежала. Не думаю, что мне на самом деле хотелось уехать навсегда, но мне нужно было какое-то время побыть наедине с собой, вдали от всяких там Ньюкомбов — включая Тессу и ее историю про то-что-дьявол-ненавидит-Коул-Крик.

С другой стороны, я уверена, что в глубине души мной двигало желание узнать правду. Уже несколько недель мы с Фордом вынашивали мысль о том, что я каким-то образом причастна к тому, что случилось с той женщиной много лет назад. Но доказательствами мы не располагали. По молчаливому соглашению мы с Фордом «забыли» о первоначальной причине, приведшей нас в Коул-Крик. А почему бы и нет? Он снова начал писать, я же пребывала на седьмом небе от счастья, занимаясь своей фотостудией. Зачем нам ворошить историю, которая отчуждает нас от жителей города?

Единственная проблема заключалась в Расселе Данне. И лимите пятидесяти миль. Насколько это абсурдно?

Когда я хваталась за ключи от машины, я еще не осознавала этого в полной мере, но, наверное, мне хотелось доказать им, что слова Тессы — всего лишь детская выдумка. Забравшись в машину, я нажала нужную кнопку, и счетчик начал отсчитывать мили. Я мчала на юг на маленьком быстром «БМВ» Форда, и так волновалась, что срезала некоторые углы. Дважды мне пришлось сбрасывать скорость, дабы не врезаться во встречный автомобиль. Если я убьюсь, они точно скажут, что это дело рук дьявола.

Я следила за счетчиком: сорок восемь, сорок девять... Сейчас будет пятьдесят. Я улыбнулась.

Идиоты! Ну кому, как не идиотам, могла прийти в голову подобная история? Кому...

Счетчик показал «50». Двигатель заглох. Почти полный бак бензина. Никаких предупреждений на панели управления этой маленькой дорогой машины. Она просто встала. И сколько бы я ни поворачивала ключ зажигания, завести ее мне не удавалось.

Совпадение, сказала я себе и вылезла из машины. Здорово, что мне хватило ума захватить вместе с ключами сотовый...