Дикий Космос
Шрифт:
Он медленно кивнул. «Да. Но понимаешь ли ты, что я чувствую, видя как ты плачешь из-за этого? Разве ты не знаешь, что твоя боль это моя боль? Что знание о том, что ты, возможно, подвергаешь себя опасности, убивает меня? Падме, если бы с тобой что-нибудь произошло, я бы сошел с ума!»
Она схватила его руку, которая из плоти и крови, и сжала ее. «Ох, Анакин. Не глупи. Мы состаримся вместе, любовь моя. Ладно...» Она состроила смешную гримасу. «Почти. Так как я на пять лет старше тебя, я вообще-то, намереваюсь состариться первой. Но дело в том, что мы...»
Он прижал свои пальцы, затянутые в черную кожу перчатки, к ее губам. «Нет», — прошептал он. «Дело в том, Падме, что без тебя я ничто. Без тебя Анакина Скайуокера не существует.»
Он смотрел, как ее глаза расширились и заполнились слезами. Видел, как слезы дрожат на ее ресницах, а затем капают, оставляя влажные дорожки на ее бледных щеках. «Не говори этого, Анакин. Никогда этого не говори.»
«Почему нет? Ведь это правда.»
Она закусила губу, пытаясь восстановить самообладание. «Ты останешься на ночь?» Наклонившись вперед, она прижалась своим лбом к его. «Оставайся на ночь,» — прошептала она. «Мы превратимся в одно целое.»
«Я не могу,» — ненавидя сам себя произнес он. «Мне даже на пять минут нельзя остаться. Я должен вернуться в Храм.»
Она отстранилась, и ее глаза сразу стали печальными. «Ты уезжаешь.»
«Да. Ботавуи в опасности из-за Гривуса. Я намерен остановить его. Миссия совершенно секретная – ты ни кому не должна выдавать, что ты знаешь о ней.» Он, несмотря на свою боль, улыбнулся. «Падме, они дали мне боевую группу. Мой собственный крейсер. Решительный.»
«Ясно.» Она встала и сделала несколько шагов, чтобы взглянуть на сверкающую панораму города. Дроиды незаметно удалились. Они были одни. «А Оби-Ван?»
«Он остается здесь. Он был довольно серьезно ранен.»
«Ох».
«Но мне понадобится Ардва.»
«Да», — сказала она. «Конечно.»
Он прижался к ней. Обвил, сзади, ее руками. Она не растаяла перед ним, как это обычно бывало. Вместо этого она ощутила себя хрупкой. «Моя собственная команда, Падме. Шанс, наконец-то показать Совету на что я способен.» Она не ответила. Он сжал свои объятия. «Разве ты не рада за меня? Порадуйся за меня, любовь моя.»
«Мне хочется,» — сказала она тихо. «Но я слишком напугана.»
«Ну и зря,» — пытаясь успокоить сказал он, и развернул ее лицом к себе. «Со мной все будет прекрасно, все будет...»
«Анакин».
Она была права. Он вел себя с ней снисходительно. Успокаивал ее, будто она была ребенком. «Извини.»
«О, мой любимый,» — прошептала она. «Не извиняйся. Будь осторожен. Возвращайся.»
Он взял ее лицо в свои руки. «Всегда. Я никогда не оставлю тебя, Падме.»
Они, тогда, отчаянно целовались... и крепко держали друг друга, пока ему не пришло время уходить.
Решительный был замечательным кораблем.
Стоя рядом с Магистром Йодой, адмиралом Юлареном и покрытым боевыми шрамами капитаном Рексом, Асока наблюдала, как Анакин осматривает аккуратный мостик корабля. Ни подпалин от бластеров. Ни следов сажи от коротких замыканий проводки. Совершенно никаких следов боевых повреждений... но разумеется, это скоро может измениться. Вскоре им предстоит встать на пути Генерала Гривуса и его безжалостной армии боевых дроидов.
Она почувствовала тоненький укол страха. Нет, нет, нет. Не думай об этом. Мы еще даже не покинули орбиту. Есть еще достаточно времени подумать об этом.
Она была взвинчена... наподобие того... что снова идти в бой. Война это было, конечно, плохо. Ни одно разумное существо не хотело этого. Но если уж сражаться приходится, по крайней мере она сражалась на правой стороне. Сражалась против сил тьмы. Сражалась, чтобы защитить все, чем дорожили джедаи – в особенности Республику.
Если мы не готовы за это бороться, то мы заслуживаем потерять это.
Так что, да, их мотивы были справедливы... но это не означало, что сражаясь она не могла умереть. Это не означало, что Анакин не мог умереть. Много джедаев уже погибло. Она вновь ощутила тот укол страха. Послала отчаянную мольбу через Силу.
Не дай ему стать одним из них. Не дай мне стать падаваном, из-за которого погибнет Избранный.
Выражение лица ее Учителя сейчас, когда он забыл о предписанной сдержанности, было нежно, в то время как его пальцы в перчатке скользили по разным блестящим, гладким панелям мостика его флагмана: поста дальнего сканирования, коммов, управления, тактического и атмосферного. Высокая, атлетическая фигура во всем черном, с легчайшей улыбкой, играющей на губах. Забыв о всех присутствующих, о срочности их миссии, он общался в спокойной тишине с только что введенным в строй крейсером. Как будто между ними установилась телепатическая связь. Как будто корабль нашептывал секреты ему на ухо.
Озадаченная, она поражалась глядя на него. Я никогда не пойму Скайгая. Он любит машины так, будто они живые, дышащие существа. Я просто не понимаю этого. Корабль лишь инструмент, и только. Как кто-то может любить инструмент? Это все равно, что сказать, что вы чувствуете привязанность к гидравлическому гаечному ключу.
Возле нее Магистр Йода постучал своей тростью из дерева Гимер по палубе. Она не думала, что он рассержен на ее Учителя, но точно сказать было трудно. Йода был наибольшей загадкой, с какой она когда-либо встречалась. Все, что она знала наверняка, было то, что, хотя он являлся самым опытным из ныне живущих джедаев - он, однако, был не настолько велик, чтобы не ощущать напряжения.
«Анакин», — позвал он.
Ее учитель, продолжая улыбаться, обернулся. «Магистр Йода?»
«Убедился ли ты, что в порядке все?»
«Все идеально, Учитель,» — ответил Анакин и его губы растянулись в широченной улыбке. «Мои поздравления кораблестроителям. Они проделали замечательную работу.»
«Тогда, если удовлетворен ты, покинуть вас должен я,» — произнес Йода. «И в систему Ботанов отправиться надлежит вам.»
Быстро придя в себя, Анакин заложил руки за спину и слегка поклонился. «Да, Учитель.»