Дикий кот
Шрифт:
Мне лишь осталось двинуть молнию вниз и запустить руку ему в трусы.
Горячий, большой член лег в мою ладонь, задрожал от прикосновений.
О-о-о… Какой.
Я сглотнула слюну, прогнав наваждение.
– Поласкай его как следует, приручи зверя… Получится? – уточнил взбудораженным голосом.
– Тебе нравится?
Я провела кончиками заостренных ногтей по члену. Он отозвался, призывно пульсируя, дергаясь.
– Хватит меня дразнить, Даря… Давай… Обопрись на колени на кровать, остальное я сделаю сам. Войду в твою сочную дырочку и растяну, как следует. Тебе понравится быть растянутой и оттраханной.
В голове творилось черт знает что. Еще и из соседней спальни, которая была гостевой, начали доносить охи и стоны, шлепки сочных тел. По повизгивающим крикам я узнала одну из приглашенных на вечер. Скорбящая, очень скорбящая вдова… До сих пор утешается молодыми мальчиками из своей охраны, видимо, и сейчас ее пялил тот короткостриженый накачанный парень. Не любила эту дамочку Илону… Бесстыжая особа, но сорила деньгами и обладала связями.
– Ты погляди, нам еще и подыгрывают, можешь не стесняться и постонать, – предложил Котов, поглаживая мой зад и стягивая трусики.
Еще немного.
Пытка какая-то… Стоять вот так и сходить с ума…
Не выдавать своих намерений, а потом…
– Кх… У-у-у… Бля… Сука-сука, убери. Убери… – заматерился Котов, дернувшись.
– Ты сейчас совсем без яиц останешься, – прошипела я, вонзив ноготки.
Мягкая кожу, большие, горячие яички…
Беззащитные.
– Повредишь, тварь…
– Напиши на меня заявление! – царапнула еще.
И, только когда Котов полностью убрал руки с моего тела, отпустила.
– Ты расцарапала мои яйца… – произнес он потрясенно.
Несколько лет назад я дико ржал над своим другом – Савелием Волковым, когда его свидание обернулось несколькими швами на травмированном заде.
Видимо, Волк реально изменился и все свои грешки замолил, иначе бы карма не сыграла на его стороне и не вернула мои же шутки вот таким садистским способом.
Я ржал над задницей Волкова, но сам едва спас собственные яйца из когтей хищницы. О, блять, как, сука, больно… Что она, блять, такое… Реально, стерва! Теперь я понимаю тех, кто опасался перейти Дарине Евгеньевне дорогу. Если она так же цепко за дела хваталась, мужчины уходили не просто с поцарапанными яйцами. Боюсь, она под самый корень мошонки к херам срезала и давила их острыми шпильками.
Еба-а-ать… Теперь и с другой телкой не трахнешься!
Я с трудом заправил хозяйство в трусы. Боль еще полосовала меня, Дарина же отошла, успела набросить на тело шелковый халат и завязывала пояс, смотря на меня.
Глаза блестели, ноздри трепетали.
Она завелась от моих слов. Схватка только подстегнула это…
– Завелась? – уточнил я хрипло. – Не говори «нет». Давай честно.
– Какая разница? Твоему члену это не достанется…
Так, значит, у нас война.
Никто белый флаг не выбросит. Держись, фурия…
– У нас ужин.
– Завтра, – подтвердила.
– Уже?
– Да. Потому что до завтра твои расцарапанные яйца не заживут и ты не сможешь ко мне подкатывать.
За стеной началась долбежка. Баба уже не покрикивала, а просто стонала, кровать билась об стену. О нет, я бы Фурию так в первый раз не долбил. Я бы заставил ее течь, изнемогая от желания, и просто заливал ее тело спермой, а она бы ерзала и подставлялась, умоляя…
– Значит, до завтра.
– До завтра.
– Один поцелуй.
– Что?
– Один поцелуй. Меняю долгий белый танец на один поцелуй.
– Всего один. Короткий поцелуй. И после ужина ты больше не будешь меня доставать.
– Согласен.
– Целуй! – разрешила царственным кивком.
Я подошел к ней, расцарапанные яйца ныли. Дарина была настороже, но, когда я потянулся к ее губам своими, немного вниз опустила ресницы. В глазах сверкнуло торжество. Она решила, что битва осталась за ней.
И я… Я позволил ей так думать, а потом сделал то, что она никак не ожидала…
Глава 7
«Поцелует меня и уползет зализывать раны!» – подумала я.
Ибо с расцарапанными яйцами даже ходить сложно, не то чтобы танцевать!
И Котов действительно отправился зализывать.
Но только не свои раны, а… меня.
Я и ахнуть не успела, как он пропал из моего поля зрения. Просто вжух – и его нахального лица нет на уровне моих глаз.
Его лицо напротив низа моего живота, а руки нахально раздвинули халатик. Котов прижался ртом к моей плоти и куснул, всосав, прямо через тонкие трусики.
Я ойкнула и дернулась. Напряженный бугорок плоти импульсивно отозвался на такие дерзкие прикосновения.
– Что ты творишь? Уйди! Немедленно! – зашипела я.
Пыталась держать себя так, чтобы тело не вело.
Потому что завелась и от мыслей, и от фантазий, и от перепалки.
Давно не было хорошего, толкового противостояния, а они меня всегда заводили. После очередной сложной победы я могла сутки не вылезать из постели, доводя до изнеможения своего мужчину.
И теперь этот Котов.
Его большой рот, сочные губы, острые, белые зубы, покусывающие плоть игриво, будто котик грыз меня немного.
«Котик хочет кушать киску», – пронеслось пошленькое в моей голове, а этот… не котик, но здоровущий, наглый Кот, которого даже поврежденные яйца не остановили от посягательств, пригрозил мне:
– Укушу, блять, – сомкнул зубы на клиторе, прямо через ткань.
А-а-а…
То ли а-а-ай, то ли а-а-ах…
Я еще не определилась. Только ощущала, как взмокла спина под халатом, а ноги предательски дрожали в коленях.