Чтение онлайн

— Как ты думаешь, сколько их там может быть?

— Кто же знает. Одно могу сказать наверняка, что больше двух.

— Пойду седлать, — вмешался Хилтон. Охотник поднял руку.

— Мы ценим ваше предложение, шериф. Но Свифт и я поведем эту битву по обычаям команчей. Белый человек только все испортит.

Хилтон выпятил грудь.

— Я неплохо стреляю, чтобы вы знали. А вы в меньшинстве. Не говоря уже о том, что я представляю закон в Селении Вульфа. А эти ребята теперь в розыске за убийство.

Свифт все смотрел на Охотника. Воспоминания об их прошлой борьбе прошли перед ним, и он вдруг почувствовал прилив надежды. Если они с Охотником прибегнут к военной стратегии команчей, они смогут перестрелять команчерос по очереди, не ввязываясь в затяжную перестрелку.

— Мы постараемся действовать, как когда-то, — сказал Свифт шерифу, — и тогда недолго будем оставаться в меньшинстве. — Он встретил взгляд Хилтона. — Но если вы поедете с нами и будете держаться сзади, поддерживая нас огнем, я буду вам признателен.

Охотник кивнул, соглашаясь, и пошел к задней двери. Свифт последовал за ним. Хилтон взглянул на Лоретту.

— Куда это они направились? Конюшня ведь в другой стороне.

Лоретта прижала дрожащую руку к груди.

— Им надо приготовиться к сражению.

Через несколько минут Охотник и Свифт вернулись в дом. Хилтон бросил взгляд на их лица и разразился смехом. Смех его замер, когда Свифт подошел к нему с красками в руках. Не прошло и нескольких секунд, как щеки шерифа были разукрашены разноцветными полосами, на подбородке появилась красная полоса, веки и зубы стали черными.

— Ну как, сойдет? — спросил Свифт Охотника. Охотник, торопливо проверявший свои стрелы и томагавк, кинул взгляд на Хилтона.

— Остались еще руки и лоб.

Свифт принялся разукрашивать их. Хилтон беспомощно хлопал глазами.

— Это что, одно из снадобий команчей?

— Можно сказать и так, — ответил Свифт.

— Так вас будет трудно заметить в темноте, а значит, меньше шансов, что вы станете для них хорошей мишенью.

Хилтон пожал плечами и наклонил голову, чтобы Свифту было удобнее заниматься его лбом.

— Что же, такое снадобье пойдет и для меня.

— Нам оно всегда годилось, — ответил Охотник. Он повесил томагавк на пояс и подошел, чтобы обнять на прощание свою семью. Заключив в объятия Лоретту, он сказал: — Молись за меня, малышка. — Он повернулся к Чейзу и потрепал его за подбородок. — И ты молись, хорошо? Говори, пусть все идет к черту, лишь бы я вернулся домой целым и невредимым.

Охотник нагнулся, чтобы поцеловать свою дочь, потом потер ей щеку, и на ней остались следы краски Свифт, которому не терпелось поскорее тронуться в путь, уже ждал у двери. Лоретта вышла из дома следом за мужчинами. Остановившись на пороге, она помахала им на прощание.

Когда Свифт направился в конюшню, она крикнула:

— Постарайся не трогать свои револьверы без крайней нужды. От этого может зависеть твое будущее.

Насколько понимал Свифт, ему не надо будет беспокоиться о своем будущем, если что-нибудь случится с Эми.

Первое, что почувствовала Эми, очнувшись, была боль в затылке. Она нахмурилась и попыталась дотянуться до больного места, но выяснилось, что руки у нее связаны за спиной. Сознание постепенно возвращалось к ней, и первым делом она обнаружила, что лежит лицом вниз на холодном деревянном полу. Едва поняв это, она услышала грохот сапог и звон шпор. Уголком глаза она увидела какого-то мужчину, сидящего рядом с ней на деревянном ящике. Эми разлепила глаза и повернула голову в его сторону.

В дымном свете очага блеснула мексиканская шпора. Потихоньку поднимая глаза, она увидела затянутую в кожу ногу, потом серебряный фестон на шве брюк и. наконец шестизарядный револьвер на бедре. Она взглянула на смуглое лицо, прятавшееся в тени широкополой шляпы, потемневшей по краям от пота. Стив Лаудри.

К ней постепенно возвращалась память — вот она стоит у входа в муниципальный зал, из темноты появляется человек, хватает ее за руку, нож, приставленный к горлу. Она пыталась бороться, и что-то ударило ее по голове. И после этого темнота.

Она быстро оглядела грязную, слабо освещенную комнату, затянутую паутиной. Заброшенная надшахтная постройка? В полумраке в другом углу комнаты она увидела еще двух человек: один стоял у окна, другой сидел на полу, привалившись спиной к стене. До нее донесся запах их немытых тел. Команчеро.

На Эми навалился такой леденящий душу ужас, что в первые секунды у нее буквально остановилось сердце. Она перестала дышать. Тело ее объял проникающий до костей холод.

Сердце у нее вновь забилось и болью отдалось в груди. Она судорожно вздохнула, но воздух застрял где-то на полпути, и ее губы затрепетали, как у выброшенной на берег рыбы. Тяжелая, тянущая боль свела ей живот.

— Ну-ка, ну-ка. Гляньте, кто очнулся!

Лаудри поднял сапог и толчком в бок перевернул ее на спину. Руки, натянувшись под весом ее тела, нестерпимо заныли. Эми закрыла глаза. Ничего не видеть было единственным способом вернуться к сознательному состоянию. Если она посмотрит в лицо Стива Лаудри, она может потерять все свое самообладание.

Она услышала какое-то движение. На живот ей легла тяжелая рука.

— Эй, ты что, притворяешься дохлой, медовая моя? А не плохое имечко для нее, как ты считаешь, Поук? — Рука ухватила ее за волосы. — Кудряшки, как мед. Что у тебя еще как мед, медовая моя?

Один из мужчин в другом углу комнаты рассмеялся.

— Лопес не полюбил бы ее за одни красивые глазки. Может быть, стоит поискать, что в ней такого особенного?

Лаудри ухмыльнулся.

— Что ты скажешь на это, крошка? Третий голос, грубый и хриплый, проговорил:

— Ты знаешь, что имеют в виду, когда девку называют медовой? — Он загоготал. — Что ее легко раскатать.

Рука выпустила волосы Эми. В следующее мгновение ее ухватили за ногу и поволокли через комнату. Грубый пол царапал ее связанные руки, занозы впивались даже через рукава, платье задралось. Она стиснула зубы. Тело ее обдал жар от очага. Даже через закрытые веки она чувствовала золотистый свет огня. Лаудри выпустил ее ногу.