Шрифт:
«Люди не хотят жить вечно. Люди просто не хотят умирать»
Cтанислав Лем
ПРОБУЖДЕНИЕ
Чёрные, словно недавно обгоревшие деревья окружали меня. Пронизывая собой густой туман, их стволы возносились к ярко-багровому небу, словно упираясь в него. Едва различимые облака напоминали тонкие сосуды, переплетающиеся между собой и распадающиеся на множество ответвлений. Солнца не было видно, лишь тусклые проблески его окружности выглядывали из-за собирающихся туч. Под ногами хлюпает грязь, впитавшая в себя опавшие с деревьев листья. Я хожу кругами, в надежде найти хоть что-то напоминающее видом тропинку. Кругом царит тишина – лишь изредка издалека доносятся звуки, напоминающие уханье сов. Вскинув голову вверх, я заметил, что небо налилось кроваво-алым оттенком, казалось, что оно медленно опускается вниз. Облака, напоминающие сосуды, начали пульсировать в такт моему учащающемуся сердцебиению. Раздался громкий звук, напоминающий хруст костей. Он пронёсся эхом, оглушив меня. Вслед за ним раздался ещё один хлопок – где-то вдалеке рухнуло одно из гигантских деревьев. Я оглянулся – туман начал сгущаться, растягиваясь и поднимаясь вверх, стремясь на встречу к кровавому небу. Диск солнца полностью скрылся за тучами, плавно подступавшим к едва заметным кронам деревьев.
Раздалось несколько оглушительных ударов – видимо в этот раз рухнуло не одно дерево. От испуга моё дыхание перехватило, я попытался определить источник шума, но безуспешно. Он словно шёл ото всюду – снизу, сверху, со всех сторон. На секунду вновь наступила гробовая тишина. Я сделал ещё один круг по устланной грязью и копотью поляне. Туман поднимался всё выше и выше, сливаясь с оттенком неба и теперь напоминал собой густую кровь. Вновь серия ударов, в этот раз невыносимых. Схватившись за голову, я зажмурил глаза и упал на колени. Шум продолжал усиливаться, звуки падающих деревьев приближались со всех сторон.
Я открыл глаза и оглянулся – стволы деревьев напоминали изувеченные и обугленные человеческие тела. Грязь под ногами исчезла – теперь я стоял на переломанных костях вперемежку с древесной корой. Тонкие кости впились в ноги, проткнув подошву. Я застонал от боли и схватился за ногу обеими руками. Пытаясь стащить обувь, я почувствовал, как кинжальные осколки костей всё глубже впивались в ногу. С каждой попыткой выбраться из костлявых объятий боль становилась сильнее. Собравшись с постепенно улетучивающимися силами, я резким рывком всё-таки смог освободиться. Из глотки вырвался истошный крик боли, заглушающий собой приближающиеся удары от падающих деревьев. Я взглянул вниз – икры были порваны, на их месте болтались лоскуты ткани и окровавленных мышц, стопы были похожи на решето, с них сочилась тёплая кровь. Я забился в истерике, обхватывая стопы руками в бессмысленной надежде остановить кровотечение. Всё тело наполнилось невыносимым жаром, от изнеможения и боли я упал на спину. Небо полыхало ярким огнём, раскидывая языки пламени на деревья, напоминающие искореженные человеческие тела.
Сконцентрировавшись на пылающих небесах и обжигающей боли, я и не заметил, как громкие звуки падающих деревьев прекратились. Мнимая тишина заглушалась отзвуками пульса в ушах, перемежаясь с неразборчивым шёпотом и едва различимыми стонами. Я из последних сил поднял голову – стволы деревьев теперь отчётливо напоминали человеческие фигуры. Из каждого дерева тянулись несколько худых рук, пытающихся ухватиться за воздух. У оснований стволов виднелись человеческие лица с широко раскрытым ртом, заполненным огнём. Каждое из деревьев теперь билось, словно в конвульсиях. Шёпот в голове усиливался, двоя нарастающим стонам и крикам. Я начал отползать назад и уткнулся спиной в одно из деревьев. Несколько худощавых рук обвили меня, прижав к стволу и заткнув рот. Чёрные и покрытые корой, похожие на тонкие иглы пальцы медленно проникали под рёбра. Забившись в безнадёжных попытках вырваться из смертельных объятий, я пытался закричать. Обугленные руки с большей силой сдавили мой рот, впустив худые пальцы в щёки. Я ощутил, как по ним начала стекать тёплая кровь, тонкой струей затекая в рот, перемешиваясь со слезами боли. Силы окончательно покинули меня, и я сдался, закрыв глаза.
Оглушительный шум падающих деревьев раздался вновь, в этот раз подхватываемый истошным воем, исходившим от изуродованных деревьев.
Лёгкий разряд тока пробежал по всему телу. Меня тряхнуло.
– Мистер Мартин! – донеслось откуда-то издалека. Меня начало трясти и затягивать куда-то вниз.
Вновь удар током, на этот раз более сильный. Тело сжало в судороге.
– Мистер Мартин! – вновь раздалось где-то вдалеке. Перед взором наступила тьма, резко сменившаяся ослепительным светом. Медленно перекатываясь, я свалился с кровати вниз, ударившись головой об пол.
– Извиняюсь за столь резкое пробуждение, но это были крайние меры, – проговорил парящий рядом со мной робот прямоугольной формы с двумя стеклянными шарами, напоминавшими глаза.
– Да-да Юпитер, я помню свой приказ, – почёсывая затылок, проговорил я, – если не слышу первые три будильника – бить меня током.
– Разрешите уточнить, – пропиликал робот, – вы тогда выразились не бить, а хреначить. Это имеет более импульсивный посыл.
Я уставился на него тупым взглядом, явно не ожидая подобных уточнений от летающего прямоугольника.
– Знаешь, порой я жалею, что собрал тебя.
Последовал очередной разряд тока, от которого я подскочил и уселся на кровать. Замахнувшись рукой, я толкнул робота, ворча себе под нос:
– Проваливай.
Юпитер лишь пропиликал что-то не внятное и плавно двинулся в сторону двери со словами:
– Буду ожидать вашу месть на борту челнока.
Я глубоко вздохнул и протёр глаза. Я подскочил с кровати от испуга. Напротив меня, на стуле, сидел мужчина, перебрасывающий какой-то фрукт из руки в руку:
– Опять ты не услышал сигнал подъёма, – ловко поймав и откусив кусок, проговорил он, – даже этой консерве еле удалось разбудить тебя.
Я рухнул на кровать плашмя, уставившись в потолок. Перед глазами мелькали отрывки из недавнего кошмара, переливаясь в отчётливые образы и силуэты: человекоподобные деревья, охваченные пламенем, чьи худощавые руки пытаются задушить меня в смертельных объятиях. Я почувствовал, как по лбу стекает пот, дыхание плавно начало восстанавливаться.
– И дай угадаю, вновь кошмар? – с толикой иронии произнёс мужчина, жадно чавкая.
До меня вопрос дошёл не сразу. Спустя несколько секунд я похлопал себя по щекам и проморгавшись, протянул руку человеку, пробудившему меня:
– Ага, Соул, он самый, – сквозь глубокий зевок промямлил я, – но уж лучше он, чем слушать твоё чавканье.
Соул толкнул меня в плечо, попятившись назад:
– Давай уже вставай, работа ждать не будет.
– Что правда то правда. Ребята все в сборе? – я поднялся с кровати и потянулся. В спине что-то хрустнуло, отдавая лёгкой болью.
– Ночная смена только что закончила, все остальные уже у перекидной в шлюзе, ждут прибытия челнока.
Я махнул рукой Соулу, прогоняя его.
– Пара минут на чашку кофе, и я весь ваш, – выдержав небольшую паузу, я усмехнулся, – всё равно без координатора в лице главного инженера вы никуда не денетесь.
– Как и ты без своего старпома, – издевательски бросил Соул, покидая мою каюту.
Я громко щёлкнул языком и несколько раз постучал по вискам:
– Аманда, униформа.
В каюте раздался приятный электронный женский голос бортового ассистента:
– Инженер-оператор сейчас прибудет, главный инженер Мартин. Доброе утро и удачного рабочего дня.