Динка
Шрифт:
Крепко прижимая к груди обернутые газетной бумагой красные сапожки, Ленька широко улыбался и на всякий случай кивал головой...
Расстояние между пристанью и пароходом быстро уменьшалось... Матросы, размахнувшись, с силой бросили грузчикам свернутые змеей толстые канаты с петлями на концах:
– Лови!
– Есть! – бойко откликнулись грузчики и, поймав на лету канаты, накинули петли на чугунные стойки.
Пароход легко закачался у пристани. Ленька первый вскочил на сходни и, юркнув в толпу грузчиков, громко окликнул:
– Макака!
Грузчики засмеялись, но им было не до Леньки... На сходнях показался капитан...
Ленька обежал всю пристань и, не найдя подруги, заспешил на утес... Новые ботинки его проваливались в песок, бумага на сапожках обтрепалась, и на высунувшихся стальных подковках запрыгали веселые солнечные зайчики.
– Эй, Лень, Лень! – донеслись откуда-то издалека хриплые мальчишеские голоса.
Ленька обернулся... Минька и Трошка, стоя около пристани, отчаянно махали руками и, перебивая друг друга, что-то кричали ему вслед. Но Ленька не остановился. Он спешил на утес.
«Положу там сапожки и побегу на дачу за Макакой... «Пойдем, скажу, я тебе одну чудовинку привез...» Сядем, скипячу чай... – Ленька ощупал в кармане слипшийся комок засахаренных орехов. – А тогда выну сапожки... «Вот, скажу, носи, Макака...»
Ленька представил себе, как обрадуется девочка, как всплеснет руками и засмеется. Потом наденет сапожки и вскочит на камушек, а подковки будут гореть как жар, и нарядные кисточки запрыгают на мягкой сафьяновой коже...
Ленька вскарабкался на обрыв и, увидев перекинутую на утес доску, затрепетал от страха... И то, что Макаки не было на пристани, вдруг показалось ему недобрым знаком... С сильно бьющимся сердцем он подошел к доске, потрогал, крепко ли держится она, с ужасом заглянул в глубокую щель. Далеко внизу бились о камни волны...
Не помня себя, мальчик бросился на утес и, обойдя вокруг белый камень, остановился как вкопанный. На камне большими печатными буквами, неровные и красные, как маки, алели выведенные Динкой слова: «Найди меня, Ленька!»
Мальчик, не веря своим глазам, читал и перечитывал эту горькую надпись, тихо шевеля побледневшими губами... Перед ним вставало заплаканное лицо Макаки, маленькая дрожащая рука, выписывающая эти жалобные, умоляющие слова... Ленька не мог понять, что случилось, но сердце его уже чувствовало, что Макаки нет. Нет и, может быть, никогда не будет... Что значат эти слова: «Найди меня, Ленька!»?
Мальчик бросил на землю сапожки и не помня себя помчался на знакомую дачу.
«Макака... Макака...» – повторял он в тяжелом предчувствии неожиданного несчастья... Задыхаясь от быстрого бега, он миновал крутую тропинку, бросился к забору и заглянул в сад. В саду было тихо и пусто. Сквозь поредевшие кусты и деревья виднелись заколоченные окна дачи... Ленька отодвинул в заборе доску и пошел к дому. Силы покинули его. Медленно шевеля ногами сухие листья, прошел он мимо забитой нежилой кухни; не сводя глаз с заколоченных досками окон, приблизился к террасе...
Уехали... Уехали в город! Надежда вдруг острой радостью кольнула его в сердце. Макака уехала в город! Ну что ж, он поедет к ней туда, он хорошо помнит ее дом и улицу... Ленька глубоко вздохнул и, бросив последний взгляд на опустевшую дачу, пошел назад...
Но с крыльца террасы вдруг сбежала девочка и, остановившись в нескольких шагах от него, робко спросила:
– Ты Леня?
Мальчик оглянулся и узнал Анюту. Он часто видел ее вместе с Алиной и, обрадовавшись ей, как старой знакомой, подошел к крыльцу.
– Я – Леня... Они уехали? В город? На ту же квартиру? – быстро спросил он.
– Нет-нет, не в город... Они уехали насовсем... На Украину... – взволнованно забормотала Анюта и, всхлипнув, достала из-за пазухи письмо. – Вот тебе... Они все ждали...
Ленька взял письмо, но в глазах его чужие строчки заплывали красными, огненными словами: «Найди меня, Ленька!»
А Анюта уже дергала его за рукав и со слезами повторяла:
– Беги же... Может, еще застанешь... В шесть часов уходит их поезд... Беги скорей! Что ты стоишь?
Ленька сунул в карман письмо и, не простившись с Анютой, бросился бежать. Из слов девочки он понял, что Динка уезжает далеко, но что ее можно еще застать на городской квартире. Заглянув на утес, он схватил брошенные около камня сапожки, еще раз прочитал Динкину надпись и пошел на пристань. Радостный, счастливый мир вдруг опустел... Леньке казалось, что и небо, и земля стали серыми, пустыми, а жизнь его никому не нужной. Как будет он жить без Макаки?.. Кто скажет ему смешные неожиданные слова, кто улыбнется ему так, как улыбалась Макака, кому скажет он все, что лежит у него на душе?..
Ленька поднял голову и громко сказал:
– Найду! На край света заеду, а найду! Слышь, Макака? Где ты, там и я!
А на пристани, держа в руках письмо Марины, капитан строго наказывал собравшимся вокруг него мальчишкам:
– Найти, немедленно найти Леньку! Летите вихрем во все стороны, скажите, что его ждет мать, сестры! Что я велел ему сейчас же бежать на пристань!
Мальчишки вместе с Трошкой и Минькой, как стая галок, разлетелись по дачам...
Но Ленька пришел сам.
– Капитан... – сказал он дрожащим голосом. – Спасибо вам за все... Только я уже не матрос. У меня теперь другая судьба... Я уезжаю...
Капитан положил руку на его плечо.
– Я не знаю семьи, которая хочет усыновить тебя... Но в каждой строчке этого письма... бьется живое сердце! – Капитан протянул Леньке полученное им письмо: – На, и прочти его по дороге. Вот тут тебе оставлены и деньги. С пристани возьмешь извозчика... Спеши, у тебя мало времени...
Он протянул Леньке руку; мальчик благодарно пожал ее.