Дип-склероз
Шрифт:
Впрочем, убогостью здесь и не пахнет. Хрустальная люстра, например, настоящее произведение искусства, да и стены обитые мореным дубом – это вам не ширпотреб из стандартного набора «Майкрософт-Дизайна».
Покинув прихожую и миновав небольшой коридорчик, раздвигаем тяжелые шторы темно-красного бархата и… предстаем перед всей честной хакерской кампанией.
Следует немая сцена «а-ля „Ревизор“. Воспользовавшись заминкой, беззастенчиво разглядываю собравшихся…
Ого. Куда это я попал?
После „души прекрасных порывов“, думал встретить, если не Северное или Южное, то хотя б какое-нибудь „Северо-Западное общество“.
Однако.
Длинный стол с остатками отнюдь не аскетичной трапезы. Во главе стола – седовласый здоровяк с грубыми чертами лица. Направленный на меня взгляд – внимательный и ничего доброго не предвещающий.
Впрочем и остальные физиономии – будто срисованы со стенда „Их разыскивает милиция“. Неужели это и есть благородные „декабристы“, поклявшиеся свергнуть „узурпатора“ Билла? Не хотел бы встретиться с ними в темном переулке… Фу-ты, о чем я думаю! Уже встретился.
Бр-р-р… По-моему кто-то смотрит на меня заинтересованно. И даже слишком. Двухметровый, весь покрытый татуировками громила в углу подмигивает и как-то таинственно улыбается.
Ну Маньяк, ну удружил! Если это – цвет хакерского общества, уж лучше иметь дело с Гейтсом! У того хоть ориентация стандартная!
Глубина-глубина… Спокойно, дайвер, спокойно…
Незаметно, бочком подвигаюсь ближе к выходу. На всякий случай. А то и считалочку свою не успеешь договорить.
Шурка не замечает моих терзаний и озаряет комнату улыбкой:
– Всем привет!
Седой здоровяк кивает, маскируя холодный взгляд ласковым прищуром:
– Ага, здравствуй. Давно не виделись.
Голос у него – низкий и чуть глуховатый, с хрипотцой:
– Заходите… В ногах правды нет. Покалякаем о делах наших скорбных.
Пододвигает Маньяку стул и я замечаю, что у седовласого горб. Тьфу ты, есть тут хоть один нормальный человек!
Садимся.
– Это – Леонид, – представляет меня Шурка, – Он – дайвер.
Кто-то хихикает. Хакеры переглядываются. На физиономиях у них расплываются издевательские ухмылки.
Маньяк недоуменно хмурится, но продолжает:
– Все уже слыхали про „Pampers and Snicers“?
– Это про то, как тебе интерфейс начистили? – уточняет упитанный мордоворот, щедро намазывая бутерброд икрой, – Как же, наслышаны…
– А тебе это кажется забавным, Жирдяй? – злится Шурка.
– Не-а, не очень. Подумаешь, спьяну мордой в клавиатуру упал. Со всяким бывает.
Маньяк не выдерживает и швыряет в обидчика тарелку с мелко нарезанными маринованными огурчиками. Тот пригибается, тарелка пролетает мимо. Жирдяй в свою очередь готовится запустить в Маньяка блюдцем с икрой.
– Ну-ну, успокойтесь, горячие финские парни, – машет рукой седовласый.
– Это просто какая-то обструкция, – возмущается Шурка.
– Чего-чего?
– Говорю, хренотень какая-то выходит. Серьезные дела творятся, угроза для всей глубины! А этой обожравшейся скотине – все хиханьки, да хаханьки! Честное слово, Дос – пора его форматировать!
– Ну-ну, – грозит кулаком Жирдяй, – Я тебя сам так отформатирую, что родной БИОС не узнает!
– Хватит! – грохает кулаком по столу седовласый, – Поцапались, как два сопливых юзера. Тут надо не криком… Обмозговать надо…
– Кого ты слушаешь, Дос, – увещевающе бормочет Жирдяй, вновь принимаясь за икру, – Забыл, что ли, как он пиво в глубине „мышкой“ закусывал? Он же её за тарань принял и наполовину сжевал. Вместе с проводом!
– Подлая клевета! – искренне возмущается Шурка.
– Да ты сам показывал, что от неё осталось, – хихикает Жирдяй и в физиономию ему летит котлета.
Из всей этой дискуссии я извлекаю единственную полезную информацию. Выходит, седой горбун – это и есть прославленный шуркин Дос. Честно говоря, я представлял его совсем другим. Скорее уж похожим на самого Шурку. А этот… Этот…
Будто уловив мои мысли, седовласый поворачивается ко мне и широко улыбается:
– Давайте дадим слово гостю. А то он уже заскучал. С чем к нам пожаловал, дайвер Леонид?
Бр-р… От этой его „ласковой“ улыбки – мороз по коже! У любого. Но не у меня конечно. Я в глубине всякое повидал. Меня на такие дешевые трюки не возьмешь.
Смотрю этому Досу прямо в глаза и спокойно излагаю свой план. Ну разве что, чуть заикаюсь. А еще по-моему, колено у меня дрожит… Но это ничего, это мелочи…
Дос сидит с каменным лицом. Остальные, в ходе моего выступления, качают головами и начинают перешептываться.
– Это всё? – спрашивает горбун, когда я замолкаю.
– Да.
Целую минуту длится кладбищенская тишина. Потом откуда-то из угла, из-за пианино доносится возмущенный женский голос:
– Да, что вы его слушаете! Он же подосланный! Штаб квартиру Дибенко брать – нашел идиотов!
– Он знает, что говорит! – заступается за меня Шурка, – Он – дайвер!
– Ха! Дайвер! – ухмыляется бдительная женщина, – Какой там из него дайвер! У него же „Виндоус-2000“ на лбу написано!
– Но-но!… – возмущается растерянный Маньяк, – Я…
– Успокойся, Шурик, сядь, – твердо говорит Дос. Поворачивается ко мне и качает головой:
– Бабу не проведешь. Баба – она сердцем чует…
На лице его снова расплывается та самая, убийственно ласковая ухмылка:
– Обмануть нас хотел… Дури-илка „экстишная“!
Укоризненно цокает языком:
– Думал мы не знаем дайверов? У вас что в „Майкрософте“ – одни придурки? Или мы на придурков похожи?
– Да, нет, что вы, – торопливо заверяю, – Абсолютно никакого сходства!