Чтение онлайн

– Время может стать союзником, если узнать его получше. Оно твой враг лишь первую тысячу лет, а потом...

Был ли этот голос слышен или это только почудилось Дэну? Волк исчез во тьме универ-ситета, но Дэн ещё долго сидел у огня, заново переживая события странного дня и вечера.

– Ну всё, хватит с меня знакомств на сегодня.

Дэн встал, забаррикадировал остатками хвороста проём вглубь университета и рухнул на постель из мха, предоставив остатки огня собственной участи и мечтая только об отды-хе. А ночью ему приснился Сон.

Огонь погас и лунные тени робко проникли сквозь щели вглубь комнаты, озаряя всё не-верным сиянием. Лун в этом мире было несколько и их свет менялся, создавая причудли-вые узоры и посыпая всё серебром бледного, чуть робкого сияния. Дымка тумана повисла в воздухе, играя частицами пыли, наполняя их жизнью, их движение - танцем, их тела - све-том, и казалось, бесконечные хороводы каких-то крохотных существ пируют на развали-нах древних строений. Движение танца было стремительным, всё ускоряющимся - каза-лось, что воздух сейчас взметнется, закрутится смерчем и ураган обрушится на спящего человека. Но воздух оставался спокоен - даже слишком. Он был подобен воде, покоящейся многофутовой массой на дне моря и не замечающей игры стаи рыб в ее струях. Он отвергал движение, хотя состоял из него и не колыхнулся даже тогда, когда тени, выйдя из углов не освещённых луной, сгустились и образовали фигуру человека. Черты лица, скрытые тьмой, больше оставляли воображению, чем реально показывали. Волосы, словно, присыпанные пылью в серебре - седины? Лунного сияния? И плащ - из шкуры огромного волка, полный какой-то внутренней силы - он жил своей жизнью, отбрасывая от себя лунный свет, но и не смешиваясь с тьмой.

Он начинался из теней и уходил в тени, скрадывая фигуру обладателя. И уже было не-понятно - есть ли человек, или это только мираж сна, сидящий неподвижно у потухшего костра и рассматривающий Дэна.

– Когда река возвращается к истокам - она превращается в море. Это может дать начало чему-то новому, но и может означать конец всего старого. И это уже не зависит от воли от-дельной струи - это стихия, которая вольна сотворить с миром то, что близко её природе. И никто не может помешать, но многие захотят помочь. Захотят сами того не подозревая - из любопытства, из расположения, просто по обязанности. Впрочем, чтобы не говорили, пер-вый шаг смерти - это рождение. Хотя обратное тоже может быть верным.

Человек откинулся назад в тень, черты лица его странно заострились, напоминая морду волка? Пустой плащ упал на землю, послышался шорох - и вновь настала тишина.

Потревоженные падением серебреные пылинки взметнулись было, но быстро успокои-лись и продолжили свои бесконечные хороводы. И Дэн ощутил, как стало холодно. Костёр давно остыл - его тепло улетучилось в хороводах серебряных снежинок, исчезло, дав жизнь странным танцам лунного света - и холод начал студить кровь. Он отгонял покой, хватал за руки, забирался под рубашку, студил тело. Дэн встал - легко, как во сне, но чувствуя ток ускоряющейся крови в руках - взял лежащую у остывшего костра шкуру и набросил себе на плечи. Шкура была толстой. От неё сразу же начало расходиться тепло, создавая уют - и ощущение спокойствия и надёжности.

Дэн лёгко оказался на своей постели - и уже проваливаясь в крепкий сон без сновидений ощутил, как шкура приспосабливается под его тело, стараясь охватить его всего, создать максимум тепла и защиты...

Утром Дэн проснулся удивительно бодрый, отдохнувший. Он отлично помнил вчераш-ний день, вечер, волка, зашедшего на огонёк и - странный сон! Плаща никакого не было - значит, сон? Впрочем, в этом мире многое было непонятным, но от этого не менее интерес-ным.

Университет встретил Дэна пустотой огромных залов, гулким эхом и - прохладой. Было что-то бодрящее, надёжное в толстых плитах здания. Казалось, что каждый побывавший здесь оставил свой след на этих каменных глыбах или это они оставили свой след в душах учеников? Дэн шёл длинными гулкими коридорами и утренний свет, проникающий сквозь многочисленные окна, бросал ему под ноги золотистый ковёр весёлых солнечных пятен. Незаметно ушли куда-то вдаль все тревоги прошлого дня, исчезли страхи и даже пустой желудок затих. Дэн замедлил шаги, оглядываясь по сторонам и насвистывая себе под нос.

– Интересно, где же все ученики ? В деревне их было множество. А комната 117? Здесь одни залы в которых хорошо, наверное, давать балы, но непривычно заниматься. Пожалуй, я так буду долго идти... Дэн оглядывал огромные комнаты с потолками, теряющимися где-то под крышей, и в каждой комнате видел золотой номер - 7, 13. 21... Интересные были числа. Они шли не по порядку, вразнобой и каждое, казалось, обозначало что-то своё.

– Похоже, магия чисел им известна. Не все номера комнат счастливые, но все - значи-мые. А что значит 117? 7 - счастливое число, а - 117?

Занятый раздумьями, Дэн едва не прошёл мимо предназначенного ему кабинета. Его ок-ликнул Граф.

– Дэн, давай быстрее, мы ждём.

Кабинет был тот же самый, в котором Дэн проходил собеседование. Так же стоял рек-тор, так же топорщил крылья Граф и, казалось, не прошло и мгновенья с тех пор, как Дэн вышел из кабинета. Над столом ректора парил больной светящийся шар, отливающий пер-ломутро-матовым светом. И он не был пустым. Внутри него Дэн увидел себя, заходящего в кабинет. Все события предыдущего дня промелькнули перед ним - унижение эльфов, об-морок у гномов, грязевую ванну в деревне. Дэн вспыхнул. Всё это время за ним наблюда-ли! Спокойно, отчуждённо, оценивая его поступки, слова... сны? Он высоко поднял голову и шагнул вперёд.

Ректор поднял руку:

– Спокойно, юноша. Вы не привыкли к наблюдению, но поверьте, это в ваших интере-сах. Не изучив Вас, ваш характер, привычки и психологическую направленность, мы не сможем дать вам именно те магические знания, которые вы смогли бы воспринять. И по-верьте - вы справились очень неплохо. И дали нам ряд любопытных наблюдений, которые будут положены в ваш магопрофиль. Но сейчас покажите, пожалуйста, подарок гномов.

Дэн молча отстегнул от пояса топорик и протянул ректору. Разум говорил ему, что до-воды ректора разумны, но какая-то детская обида продолжала жечь ему душу.

Сейчас топорик был похож на секиру - небольшую, острую и опасную, играющую хо-лодными сполохами серебристого огня. Её не нужно отдавать! Осознание этого было таким сильным, что руки Дэна отдёрнулись сами - за мгновенье до того, как ректор посерел и упал на тёмный пол кабинета. Граф, проявив редкое проворство, подскочил, но не к ректо-ру - а к Дэну и, с силой сжав руки, заставил его оставаться на месте. Граф хоть и непонят-ный, весь в перьях, но гном и разорвать его хватку мало кому под силу из живущих на зем-ле. Дэн это понял отчётливо. Впрочем, это были мелочи по сравнению с тем, что творилось в кабинете. Пол вспучился пузырём, закрывая тело ректора, потёк, утратив всякое сходство с камнем - и опал. Ректора не было. Не осталось и следа. Дэн потрясённо смотрел на пол, и мысли крутились в его голове, сталкиваясь и налетая друг на друга.

– Я... Я его убил?!

– Нет, юноша... Меня убить в стенах университета практически невозможно. Хотя... Вы были к этому близки.

Дэн подпрыгнул и резко развернулся. Позади него спокойно стоял целый и невреди-мый... ректор.

– Но я ничего не сделал!
– Хотя прошло уже достаточно времени, Дэн никак не мог ус-покоиться.
– Если секира уничтожает любую магию, как она могла вообще существовать в этом мире? И почему гномы мне её подарили?

– Когда же ты наконец успокоишься? Или тебя пугает мысль, что ректор - существо, созданное магически?