Чтение онлайн

…Когда Гуров уже садился в «Субару», зазвонил его сотовый.

– Лева, ты куда свалил? – возмущенно спросил Стас. – На хату вернулся – тебя нет. Куда уехал – никто не знает. Что за секретность?

– Да никакой секретности! – голос Льва звучал невозмутимо. – Просто понадобилась дополнительная консультация по атимтаре. Вдруг столкнемся с этим пауком во время поисков идола? Ладно, скоро буду!

Он сознательно не стал говорить ни слова о задуманной операции, поскольку не был уверен в том, что ушлые янки (тем более близкие к спецслужбам!) не организуют прослушку его телефона.

Прибыв в посольство, Гуров первым делом разыскал Еринцова. Тот куда-то спешил, но, увидев его, обрадовано сказал:

– Лев Иванович! Пришло письмо по электронке. В общем, вы правы – в некоторых квартирах нашего дома имеются тайники. Их еще лет тридцать назад, во времена «холодной войны», на всякий пожарный оборудовали. Ну, типа, случись провокация, чтобы можно было срочно спрятать секретные дипломатические материалы и так далее. Они оборудованы в полу. Вот только как их открывать – он подзабыл. Что поделаешь, годы! Помнит только, что надо щелкнуть одновременно двумя выключателями. А какими и сколько раз – уже не знает. Вы бы обратились к Леониду Константиновичу. Вдруг у него где-то указано в документации? У меня в журналах ничего похожего нет…

После обеда Лев зашел к коменданту и поинтересовался, когда они могут войти в квартиру Горбылина. К Турманову он решил пока не обращаться – у того и своих дел с избытком. Еринцов, особо подчеркнув, что «товарищу полковнику» всецело доверяет, предложил ему самому обследовать квартиру. Главное, чтобы Лев Иванович, когда свои дела в ней закончит, уходя, защелкнул дверь на замок. Он и сам бы рад поприсутствовать, но должен куда-то срочно отбыть по делам. Догадываясь, что Виталий Валентинович просто не хочет входить в квартиру врио атташе и потому выдумал повод улизнуть, Гуров сделал вид, что ему поверил. По пути на третий этаж он заглянул в свою комнату и, увидев Стаса перед телевизором, негромко окликнул:

– Але! Ты со мной или как?

Оглянувшись, после секундной паузы Крячко вскочил на ноги.

– Иду, иду! – ответил он, стараясь придать голосу бодрость и уверенность, хотя в нем ощущалась и напряженность, и тревога.

Попросив Стаса найти в шкафах несколько старых газет и метровый кусок шпагата, Лев поспешил следом за Еринцовым. Тот уже достал ключи и деловито отпирал замок.

– Все! – объявил комендант, распахивая дверь. – Прошу! Кстати, Лев Иванович, покойников я не боюсь, но здесь… Не знаю, как вы, а у меня при виде одной только этой двери мандраж начинается. Как будто эта дверь в кладбищенский склеп. Что за чертовщина?! Ладно, побежал я…

Гуров вошел в квартиру, внутренне не испытывая особого дискомфорта, и огляделся. Почти сразу же следом появился Стас. Он нес в руке газеты, свернутые в трубочку и обмотанные шпагатом. Взглянув на него, Лев не смог сдержать смеха.

– Чего ты? – насупился Крячко.

– У вас с Виталием Валентиновичем лицо – один в один, – пояснил Гуров, поспешив придать себе серьезный вид. – Просто он сейчас признался, что для него эта квартира – как декорации для съемок фильма ужасов. Ну-у… У тебя тоже напряги, я смотрю, серьезные. Волнуешься?

– Ну, ты артист! – разматывая газеты, фыркнул Стас. – Где-то тут под ногами может шастать паучара, от яда которого кирдык гарантированный, а он в героя играет! Да, Лева! Мне проще на нож и пистолет пойти, чем с такой тварью встретиться!

– Про нож и пистолет – это ты насчет вчерашнего?

Лев поспешил отвернуться и пошел вдоль стен, высматривая электрические выключатели, но чуткое ухо Станислава все же уловило в голосе друга оттенок иронии.

– И про вчерашнее тоже! А что? – с вызовом спросил он.

– Ну, просто у нас разные фобии. Тебя страшат пауки, а меня – зомбированно неадекватные нудистки, устраивающие ночные ритуалы чернокнижного свойства. Ты хоть догадываешься, чем вчера нас с тобой собирались напоить?

– Отчасти… – наблюдая за Гуровым, который и так, и эдак щелкал то одним, то другим выключателем, поморщился Стас.

– Это интернациональное средство бытовой женской магии, которым, кстати, пользуются и в наших краях. – Лев еще раз прошелся по помещению, изучая электропроводку. – Берется вино или та же текила, настаивается на специальных травах. В этот настой добавляется несколько капель крови… Догадываешься, какой именно? Вот! Читается заговор, и – приворот готов. Остальное и так понятно…

Он остановился перед спаренным выключателем ванной и туалета.

– Сдается мне, если управление крышкой тайника и выведено на выключатели, то лучшего места, чем это, и не придумать. Как считаешь? – спросил он, оглянувшись в сторону Стаса.

Тот в ответ лишь пожал плечами. В этот момент он ощущал примерно то же самое, что и пациент зубного врача, которому клещами собираются выдрать коренной зуб. К тому же здоровый и без обезболивания.

– Может быть… – сказал Крячко. – А тебе газеты и шпагат для чего?

– А-а, хорошо, напомнил! – Гуров вскинул палец и покачал головой – склероз! – Сделай-ка петлю типа удавки, а газеты расстели на полу в несколько слоев. Суть дела такова. Чтобы не нарваться на приключения, этого идола надо будет достать не руками, а петлей, после чего, не прикасаясь к нему, замотать в газеты. И все! Дело сделано…

– Угу! – откликнулся Стас, манипулируя со шпагатом. – Готово! – объявил он, показывая готовую петлю.

Гуров тем временем, перепробовав несколько вариантов включения-выключения обеих клавиш, вдруг услышал позади себя тихий щелчок. Оглянувшись, увидел, как целая плита паркета поднялась и открыла квадратную полость, облицованную деревом. Лев подошел к тайнику. В нем лежало хорошо отшлифованное изваяние божка из непроницаемо-черного камня. Сработанный древним мастером Аттальтунтикан лежал вверх лицом, которое несло на себе черты, характерные для ацтекской скульптуры. Руки идола были выставлены вперед, в одной из них лежало крохотное сердце, а в другой – столь же миниатюрный человеческий череп.

Крячко, подойдя поближе и тоже заглянув внутрь тайника, удивленно воскликнул:

– Ух ты-ы!..

Взяв у него петлю, Лев аккуратно накинул ее на правую руку идола и, легким рывком затянув удавку, осторожно начал поднимать изваяние. Наблюдая за этим процессом, Стас замер в напряжении, пристально вглядываясь в тайник. Он ежесекундно ожидал появления смертельно опасного шестиногого существа. Лев тоже замер, удерживая изваяние на весу. Прошла секунда, другая… Однако никакого паука ни на изваянии, ни в опустевшем тайнике ими замечено не было. Облегченно вздохнув, Лев быстро поднял идола вверх, и почти сразу же крышка сама собой опустилась на место. Щелчок! – и она вновь слилась с общим рисунком паркета, никак не выдавая присутствия здесь тайника.