Чтение онлайн

Когда после четырехчасового гоночного марафона фары машины высветили раскрашенный «зеброй» пограничный шлагбаум белорусско-российской границы, я в очередной раз попытался дозвониться до Пярну. Но, как и во время десяти предыдущих попыток, мой слух уловил только отчетливо доносящиеся с того конца линии длинные заунывные гудки, очень напоминавшие погребальный звон колоколов… И, честное слово, в тот момент я был готов отдать все на свете, остаться совершенно голым и нищим, лишь бы хоть на секунду услышать нежный и ласковый голос самого дорогого для меня на свете человека!

– Останови здесь, дружище, – я положил свою тяжелую руку на плечо сидящего впереди таксиста. – Спасибо тебе, выручил. Ты даже не представляешь, какое большое дело помог сделать.

– Да ладно! – Мужик поскреб давно небритый подбородок и покачал головой. – Вы более чем достаточно заплатили, чтобы я работал как слон и был нем как рыба. Счастливо вам разобраться со своими большими делами. Пинкертоны…

Мы с доком вышли из машины и направились в сторону КПП, где нас уже поджидала целая делегация, состоящая из сотрудников ФСБ с каменными подбородками в сопровождении нескольких бойцов ОМОНа. Таксист развернулся на «пятачке», посигналил напоследок и рванул обратно в Брест. За несколько часов езды по трассе он отработал свою двухмесячную норму и, вероятно, был счастлив. До нашего же счастья было еще очень далеко.

Когда мы проходили шлагбаум белорусского пограничного пункта, нас даже никто не окликнул. Дежурные пограничники молча стояли возле своей будки, на крыше которой развевался государственный флаг, провожали цепким и внимательным взглядом неторопливо шагающих мимо них мужчин в черных костюмах. В руке одного из них плавно покачивался небольшой кожаный саквояж. Оба они выглядели усталыми и измученными, хотя держались достаточно уверенно.

Возле открытого шлагбаума КПП России уже выстроился целый кордон. Впереди стояли двое крепких, плечистых мужчин, одетых, как и мы, в деловые костюмы. Чуть позади, с автоматами наперевес, несколько омоновцев в зеленом камуфляже и черных беретах. Не менее пятнадцати пар глаз сейчас наблюдали за нашим неторопливым приближением.

– А не закурить ли нам сигаретку, док? – предложил я, хлопнув парня по спине и облегченно улыбнувшись. – Заслужили, как думаешь?

– Почему нет? – Рома пожал плечами, открыл саквояж, не спеша достал оттуда пачку «Мальборо», где оставалось ровно две сигареты, и одну протянул мне. Вторую взял сам. Когда же док вытащил из кармана сверкнувший в предрассветных лучах солнца пистолет-зажигалку, руки омоновцев машинально сжали автоматы. Я мысленно улыбнулся и, наклонившись к голубому пламени, жадно затянулся ароматным американским табаком.

– Да поставь ты чемоданчик на землю! Постоим, покурим спокойно… – Док ничего не ответил на мое предложение, сделал, как я сказал, и, с трудом сдерживая смех, искоса посмотрел в сторону столпившихся в десяти метрах от нас и искренне недоумевающих сотрудников секретного ведомства и милиционеров в бронежилетах: «Почему эти двое вдруг решили остановиться прямо посередине нейтральной полосы и демонстративно устроить перекур?!» Вероятно, так они и думали. Но молча стояли и ждали целых три минуты, пока мы с доком не соизволили выкинуть и растоптать каблуками «бычки», а затем направиться в их сторону. Когда я поравнялся с двумя сотрудниками ФСБ, один из них тихо кашлянул и холодным металлическим голосом задал первый вопрос:

– Валерий Николаевич Бобров? – Маленькие, чуть прищуренные глазки-пуговицы внимательно изучали мое лицо, словно сравнивая с лежащей во внутреннем кармане пиджака фотографией пятилетней давности.

– Да, это я.

– А ваша фамилия? – заговорил второй «спец», адресовав свой вопрос доку и косясь на зажатый в его руке саквояж.

– Роман Марков. Старший лейтенант медицинской службы. Теперь, вероятно, уже бывший.

– Разберемся, – снова заговорил первый, которого я про себя окрестил подполковником. Потом оказалось – ошибся. Это и был тот самый знакомый Саши Саблина, генерал-майор ФСБ Шестаков, по совместительству приходящийся моему другу тестем. – Оружие имеется?

Мы молча отдали оба «стечкина».

– Поедете с нами, – буркнул, разворачиваясь, второй и жестом приказал омоновцам приступать к выполнению своих обязанностей. Нас быстро обыскали, у дока забрали саквояж с лекарствами, у меня – спутниковый телефон «Нокиа» и приклеенную к груди компактную видеокассету. Деньги и кредитные карточки «голд-виза» оставили. Это был хороший знак, и я несколько приободрился, Значит, не посадят в камеру «для выяснения формальностей», а – как и предупреждал Саблин – сразу отведут к Самому. Только вот кто он, этот Сам?

– Когда мы будем в Москве? – спросил я, ощутив прикоснувшуюся к запястьям холодную сталь и услышав за спиной щелчок закрывающегося замка наручников. «Подполковник» обернулся, внимательно посмотрел мне в лицо, мысленно взвешивая, стоит ли отвечать на вопрос, а потом довольно небрежно сказал:

– Через пять часов. В одиннадцать тридцать вас ждет заместитель директора СБ. Подумайте, о чем будете ему говорить.

Рядом с будкой пограничников стояли две черные «Волги», милицейский «уазик» и бежевый микроавтобус «Латвия». Нас с доком посадили на задние сиденья легковушек, подперли с боков – вероятно, чтобы мы не упали по дороге – двумя плечистыми парнями в черных беретах, и кортеж тронулся в путь. В одной машине со мной ехал генерал Шестаков. Сначала он молча смотрел вперед, на проносящиеся вдоль дороги деревья и выкошенные поля, а потом все-таки не выдержал и обернулся.

– Значит, это вы тогда сбежали из «Золотого ручья» на вертолете, вместе с генералом Крамским? – Глаза Шестакова блестели, словно он только что «засадил» сотку-другую.

– Не сбежал, а выполнял приказание старшего по званию, – мне не очень хотелось отвечать на так бестактно поставленный вопрос, но в душе я уже приготовился к тому, что именно таким образом, а не иначе, со мной и будут обращаться в ближайшие дни. – Я знал, что спасаю секретную информацию, хранящуюся на дискете.

– Которая на поверку оказалась «липовой», так? – Уголки губ генерала несколько растянулись. – Знаю, знаю… И про похороны с посмертным присвоением звания подполковника, и про дом в Юрмале, и еще про кое-что!..

Вероятно, я действительно выглядел удивленным, потому что сидящий напротив меня вполоборота седоволосый сотрудник ФСБ несколько раз медленно кивнул головой, как бы в подтверждение без труда читающегося на лице собеседника немого вопроса.

– Думаете, в бирюльки играем? Не нужно так думать. Мы работаем! Правда, – генерал несколько сморщился, – не всегда так, как хотелось бы. Информации – море, а вот реализовать количество в качество… С этим проблема, – Шестаков вздохнул и отвернулся.