Чтение онлайн

— Я волнуюсь о тебе, Тери. Это всё чужое. Зачем ты ввязалась в разборки чужих тебе людей? Поехала туда заведомо понимая, что может случиться, если об этом станет известно руководству? Ты ведешь себя как глупая заигравшийся девочка! Посмотри на Эн! Посмотри во что этот мужчина превратил её жизнь! Возвращайся, и не лезь в это дерьмо! Они сами разберутся со всем!

— Просто скажи причину, Джон! Мы не маленькие дети, а я не девочка подросток. Если у тебя были чувства ко мне всё это время, нужно было мне об этом сказать! — холод так и сочился из моего голоса, — Просто, мать его, сказать. Зачем эти дурацкие игры? Ты взрослый мужик, и вместо того, чтобы сказать мне в лицо о своем отношении ко мне, как к женщине, ты мать его, влез в мою жизнь, будучи никем! У тебя язык отсох бы, скажи ты правду почему вел себя так всё это время?

После моих слов воцарилось молчание, и только потом Джон произнес:

— Надеюсь, у тебя хватит ума не раздвигать ноги перед слащавым пацаном! Иначе закончишь, как Эн. От тебя откажутся все.

— Джон! Ты переходишь границы, — я сжала руки в кулаки, но напарник на этом не остановился:

— Нет. Это ты перешла все границы, когда уехала в чужую страну и взялась за расследование дела, которое тебя никак не должно касаться! Это ЕЁ проблемы! Вот и решала бы их сама, а не втягивала в них ещё и других людей. Её никто не заставлял ложиться под своего клиента! Теперь она и тебя решила использовать, как разменную монету. Ты совсем тупая, Тереза? Я тебя этому учил? Быть идиоткой, которую используют? Энджела сама наворотила таких дел в Корее, что теперь и ЦРУ уничтожило любые данные о ней. Она труп для собственного ведомства, Тереза! Ты тоже хочешь стать никем?

— Ты забыл, что мы уже никто, Джон. Наши личности стё… — я буквально рычала, когда замерла и вспомнила слова Веры.

"Они все сдохнут… Это не человек, это программа… Кусок железа!"

— Твою мать! — я выругалась и просто плюнула на то, что говорила с Джоном.

Бросила трубку и, как ненормальная, стала просматривать все кодировки, которые стояли на видеоматериалах, постах, комментариях.

"Теоретически сгенерировать работу бот-сервиса, как вирусное приложение очень просто. Вшиваешь всё нужное в настройки рекламы внутри любого из приложений, и оно работает, как мой червяк. Вот почему он не мог идентифицировать путь и поймать первый "ip". Всё потому что работал против такой же программы. А когда на любом носителе находятся одинаковые программы, они начинают конкурировать одна с другой…"

— Бл***! — я схватила сотовый, которым пользовалась здесь и набрала Эн.

— Где ты? — тут же спросила, когда она взяла трубку.

— В агентстве. Вывозим последние личные вещи.

— Жди меня там! Я скоро буду! Никуда не уезжай, это важно.

— Я выключила систему слежения, Тереза… Всю аппарату вывезли и уничтожили после проверки департамента.

Я уже поднялась и схватила ключи от тачки, когда услышала в голосе Энджи то, что меня остановило.

— Скорее всего Сая возьмут под стражу уже через неделю, Тери. Вероятно это и была цель. Потому, уверена, что искать уже нечего. Этот человек… Он… Добился того, что хотел.

— Эн…

— Это конец, Тереза. Я приеду завтра к тебе и привезу сопроводительные документы, чтобы ты могла спокойно покинуть Корею и не подвергнуть себя риску. Спасибо тебе… Прости, что втянула в это… Просто… Я была в отчаянии. Я и сейчас… Мне…

Я чуть сотовый из рук не выронила, когда услышала, как моя наставница дрожит от слез, как она буквально выдавливает каждое слово сквозь боль.

"Это возможно, вообще? Как можно изменить человека настолько? Это…"

— Я еду! Никуда не уходи! Я… еду, Эн. Дождись меня!

Она ничего не ответила, да мне и не требовалось никаких слов, чтобы понять, в каком она состоянии. Мы не были настолько близки, но сейчас я понимала, что она не спроста связалась именно со мной, и всё это время, вероятно, Энджела держалась из последних сил.

Я затормозила на подземной парковке агентства, которое теперь напоминало здание под снос. Внутри не было ни единой души. После похорон Шина, Сай закрыл агентство, и отсюда вывезли всё. Даже мебель.

В пустых коридорах звучало эхо моих шагов, пока я поднималась на верхние этажи. Единственное место, где она могла быть — рядом с ним.

Поэтому я встала напротив кабинета Ли Шин Сая, и постучалась, следом уверенно войдя внутрь.

"Они здесь…" — прошептала про себя, смотря на то, как Сай стоит у окна, а рядом с ним, опираясь о край маленького столика Энджи.

Они стоят плечом к плечу, а женщина смотрит прямо на меня. Вокруг ничего, кроме того самого столика, который вмонтирован в стену, рядом с окном.

"Они действительно подходят друг другу, как две части одного целого…"

— Думаю опускать руки слишком рано, — я сняла маску с лица, наблюдая за тем, как Сай повернулся от окна.

— Она тоже твердит мне это не переставая, — Шин Сай с грустью кивнул в сторону Эн, которая просто смотрела в одну точку, — Однако реальность, агент Холл, совершенно другая. Рано или поздно, я должен был быть готов к такому исходу. Ведь отчасти то, что сейчас пишет пресса — правда. Я и правда воспользовался своей женой и, засадив своего собственного агента за решетку, прибрал всё к своим рукам.

— Бред! Я читала и просматривала все дела, связанные с вашим агентством. Абсолютно все материалы изучила досконально, и могу сказать только одно — вы не сделали ничего противозаконного. Из того, что я видела здесь за те неполных три недели — вас можно обвинить только в одном — в наличие человечности.

— Вы похожи, Чон Са. Она словно твоя копия, — хохотнул мужчина, а потом холодно отсёк, — Такая же упрямая и не пробиваемая!

— Шин Сай!!! — Энджела не выдержала, а я нахмурилась.

— Я просил тебя больше не втягивать никого в это? Просил! Я говорил тебе, что мы ничего не сможем сделать? Говорил! Я велел тебе смотреть за детьми, и бросить свои шпионские игры! Что сделала ты? Заставила ещё одного человека влезть в это! Тебе мало шести смертей? Хочешь чтобы эта тварь по трупам пошла, в попытке добраться до меня?

Шин Сай не просто говорил это, он словно бросал каждое слово в лицо Энджи. Если бы я сказала, что вот так смотреть на чужую ссору легко, то соврала бы. Это не просто. Появляется чувство, будто ты бесстыже подсматриваешь за чужой жизнью.