Дитя человеческое
Шрифт:
– А теперь оставьте нас, – сказал он и, нагнувшись, помог женщинам подняться на ноги. Они вышли так же тихо, как и вошли.
Джулиан взглянула на него и впервые заметила кольцо.
– Оно было сделано не для твоего пальца, – заметила она.
На мгновение, лишь на одно мгновение, он почувствовал что-то близкое к раздражению. Зачем она это сказала? Ему самому решать, когда снять кольцо.
– В настоящий момент оно мне необходимо. Но придет время, и я его сниму.
Джулиан успокоилась, но Тео почудилось, что в глазах ее промелькнула тень. Потом она улыбнулась и попросила:
– Окрести моего ребенка. Пожалуйста, сделай это сейчас, пока мы одни. Этого хотел бы Льюк. Этого хочу и я.
– Как ты собираешься его назвать?
– Назови его в честь отца и в честь себя.
– Сначала я устрою тебя поудобнее.
Полотенце между ее ног было все в пятнах. Тео вынул его без отвращения, почти не задумываясь, и, свернув чистое, положил на его место. В бутылке оставалось совсем мало воды, но едва ли она была нужна Тео. На лоб ребенку текли его слезы. Из далекой памяти детства он вызвал обряд крещения. Кажется, должна литься вода, должны произноситься какие-то слова. Но именно смоченным его собственными слезами и испачканным ее кровью большим пальцем руки он начертал на лбу ребенка знак креста.