Чтение онлайн

Распечатка была сделана с сайта одного американского университета. Очевидно, тамошний исторический факультет возглавляли поклонники Франклина. Они поместили на сайте полные списки экипажей «Эребуса» и «Террора».

Неспешно шагая по периметру храма, Джо не заметила, как миновала памятник Франклину. Она развернулась и пошла обратно. Только тогда она увидела в нише стены мраморный бюст начальника экспедиции. Ниже в мраморе были высечены «Эребус» и «Террор»: такелаж гнется под тяжестью льда, над палубой нависли айсберги. Джо прочитала эпитафию:

Ниже было приписано:

Джейн Франклин ждала своего мужа тридцать лет.

У основания памятника была другая мемориальная табличка.

— Мак-Клинток, — записала Джо на листке со списком членов экипажей. Сколько имен!

Грэм Гор… Гарри Гудсэр… Фрэнсис Крозье…

И с ними были еще два мальчика. Боже, они взяли с собой детей в лютый холод! И ради чего? Теперь ни одно судно не ходит к северу от Канады — ни с запада на восток, ни с востока на запад. Там все сковано льдами. Куда было справиться с ними двум парусникам? Даже те немногие российские ледоколы, которым удается пробиваться через арктические льды, оснащены ядерными реакторами.

Огастусу Питерману в 1845 году исполнилось двенадцать. Он стоял на причале в Гринхите и поеживался. Но не потому, что ему было холодно. Майский день выдался теплым. Дрожь вызывал огромный парусник — «Террор». Он возвышался над его головой — мощный, величественный, прекрасный.

— Большой корабль? — спросил у него кто-то.

— Да, сэр.

К нему обращался офицер. Огастус видел только его брюки, не смея посмотреть ему в лицо.

— Носовую часть видел? — спросил офицер.

— Нет, сэр.

Твердая рука легла мальчику на плечо и подтолкнула его вперед. Огастус обратил внимание на броню «Террора».

— Знаешь, что под ней?

— Нет, сэр.

— Восемь сантиметров дуба, два слоя тикового дерева и вяз. Вот из чего строят английские корабли!

Огастус разволновался. Мама, наверно, будет искать его. Но он не мог сказать об этом офицеру. Какой же он тогда мужчина?

— Как тебя зовут?

Огастус назвался.

— Посмотри-ка на меня, парень.

Он послушно поднял глаза и увидел круглое, чисто выбритое лицо. Песочные волосы. Голубые глаза.

— Твой отец был отличным моряком.

Гас промолчал. Его отец погиб четыре года назад в Девисовом проливе, когда раненый кит разбил шлюпку китобоев.

Офицер вдруг опустился на корточки перед Гасом и заглянул ему в лицо.

— Меня зовут Фрэнсис Крозье, — представился он.

Гас утратил дар речи: он знал, кто такой Фрэнсис Крозье. Крозье был первым помощником начальника экспедиции и капитаном «Террора». А каждый мальчишка мечтал ходить на «Терроре», и каждый мальчишка мечтал стать таким же отважным исследователем, как Крозье. Крозье десять зим провел в ледяных морях. Он был правой рукой Джеймса Кларка Росса и под его началом ближе всех подобрался к Южному полюсу. До этого он путешествовал с Уильямом Эдуардом Парри и достиг таких высоких широт, каких не достигал еще ни один человек. Он стал моряком в тринадцать лет и уже тридцать шесть лет бороздил моря и океаны.

— Я очень признателен тебе, Огастус, за то, что ты идешь с нами в плавание.

Гас попытался сказать что-то, но сумел выдавить, заикаясь, лишь несколько нечленораздельных звуков. Крозье зашагал прочь, а он, открыв рот, смотрел ему в спину.

На нижнюю палубу «Террора» Гаса привели в одиннадцатом часу утра. Там собралась пока только часть команды, но уже было скученно. Кубрик размещался в носовой части судна. Прямо в центре закоптелого полутемного помещения находился камбуз с дымной плитой. Над головой Гаса покачивались подвешенные на блоках столики; когда наступал час приема пищи, их опускали. За камбузом был устроен корабельный лазарет, в настоящий момент забитый коробками с провиантом.

Мужчину, который привел Гаса на корабль, звали Джон Торрингтон.

— Принимайте новичка, — сказал он.

Моряк, находившийся к ним ближе других, окинул обоих взглядом:

— Как раз под стать тебе, Торрингтон.

Торрингтон улыбнулся Огастусу:

— Я работал на каботажных судах. У паровой машины стоял, но с парусами дела не имел.

— Ну, а ты, парень? — обратился к нему моряк. — Ты чем занимался?

— Ходил на китобойцах, — ответил Гас.

Моряк подошел к нему.

— Это о тебе, значит, говорил капитан. Он сам тебя выбрал.

— Да, сэр, — подтвердил Гас.

— Зови меня мистер Смит, — сказал моряк. — Я кочегар, ясно? А он, — Смит кивнул на Торрингтона, — старший кочегар. Хотя и моложе меня на восемь лет. И с полярными широтами не знаком. И под командованием Крозье не служил. — Он пристально посмотрел на Торрингтона; тот смутился. — И тем не менее он старший кочегар. А я просто кочегар.

— Выбери себе койку, — сказал Гасу Торрингтон.

Гас положил свой парусиновый сверток на сложенные в углу картонные коробки с маркировкой: «СУПЫ И ТУШЕНКА — ПАТЕНТОВАННЫЕ КОНСЕРВЫ ГОЛДНЕРА — ЛОНДОН, ХАУНДСДИЧ, 137».