Чтение онлайн

И вот тут-то Мэгги и улыбнулась.

– С тобой все в порядке? – спросил он, не слишком доверяя выражению ее лица. Она кивнула.

– Я не сделал тебе больно, правда? Я даже думать забыл про твои синяки: Мэгги покачала головой.

– Я тебя испугал? – Брови сошлись в плотную темную полосу над носом, придавая лицу Ника еще более виноватое выражение.

Мэгги снова покачала головой.

– Черт возьми, Магдалена, скажи же хоть что-нибудь, – взмолился он. – Я чувствую себя последним негодяем, а ты не хочешь мне помочь.

С этими словами Ник откатился в сторону и лег на спину, подложив одну руку под голову и глядя в потолок.

– Извини, – мягко проговорила Мэгги, приподнимаясь на локте, чтобы видеть его. Его глаза снова обратились к ней.

– Ну уж нет. Это мои слова: извини, – отозвался Ник с искренним раскаянием. – Я не хотел, чтобы так произошло.

– Все было хорошо, – С каждой секундой Мэгги чувствовала себя все лучше.

– Ну, спасибо тебе преогромное. – Голос Ника, напротив, прозвучал откровенно сердито. Он снова/ отвел глаза, продолжая изучать потолок.

– Я даже не думала, что это так, – умиротворенно проговорила Мэгги, коротко рассмеявшись. Вот этого, возможно, ей делать не следовало. Судя по выражению его лица, его мужская гордость была уязвлена. Последнее обстоятельство по целому ряду причин показалось Мэгги забавным. – На самом деле все было прекрасно. Просто прекрасно. – Ник в ответ лишь скрипнул зубами, и Мэгги снова не удержалась от смешка.

– Не старайся успокоить меня. – Если лицо Ника и оставалось непроницаемым, то терпение иссякало быстрее, чем скисает вчерашнее молоко. Лучше постараться взять себя в руки и перестать хихикать. Иначе он, чего доброго, оскорбленно двинет отсюда в чем мать родила, не дав ей времени объяснить, что она имеет в виду. Но что же делать, если она вдруг почувствовала себя такой восхитительно молодой и нормальной, что не в силах сдержать радостный смех?

– Правда, великолепно, – мягко повторила Мэгги. Потом, когда он недоверчиво отвел глаза от потолка и взглянул на нее, пояснила: – Я не испугалась. Я даже не вскрикнула. Я просто ни о чем не могла думать, только о тебе. Вот поэтому все было великолепно.

Загнанные вглубь чувства на мгновение отразились в сверкнувших глазах Ника, потом он улыбнулся. Медленно, как бы нехотя, но улыбнулся.

– Ты хочешь сказать, что не почувствовала полного восторга. – Слова прозвучали как обвинение, пусть и не слишком серьезное.

– В другой раз. – Признание было кротким. Шаловливая улыбка снова мелькнула в уголке ее губ, и Мэгги, не удержавшись, подмигнула ему. – В пикапчике все было по-другому.

– Правда? – Он с интересом поднял брови, глядя на нее.

– Да, – кивнула Мэгги и снова улыбнулась.

Ник внезапно резко сел на постели, схватил край футболки, сползшей Мэгги куда-то на бедра, и принялся стаскивать ее. Мэгги помогала ему, подняв руки, а потом тряхнула головой, чтобы привести в порядок взъерошенные волосы. Швырнув на пол ставшую ненужной спальную принадлежность, Ник посмотрел на Мэгги, обнаженную и улыбающуюся.

– Мои женщины всегда получают сполна, – пророкотал он и, положив руки ей на плечи, распластал на постели. – Ты же не захочешь испортить статистику?

Секунду он не отпускал ее, с насмешливо-свирепым выражением рассматривая спутанные волосы, словно вуалью окутавшие ее тело, нежные черты лица, смеющиеся глаза, мягкие очертания губ. Затем взгляд переместился дальше, к белой шее и узким плечам, и еще ниже – к прочим щедрым дарам природы. Будучи худощавой, женскими прелестями Мэгги отнюдь обделена не была, и сейчас, расцветая в согревающем тепле его глаз, она чувствовала, как внутри нее поднимается, разгораясь, горячая волна. Полные, круглые, нежные груди с розовато-коричневыми сосками уже налились, откликаясь, требуя его внимания. Мэгги понимала, что означает его взгляд. И наслаждалась этим.

Внезапно Ник застыл, не двигаясь и, казалось, едва дыша. Лицо его помрачнело.

На мгновение Мэгги растерялась. Затем, опустив глаза, проследила за направлением его взгляда. Синяки на ее груди сияли во всем своем фиолетово-желтом великолепии, особенно подчеркнутые матовой белизной кожи. Так вот что послужило причиной этого странного взгляда! Надо же, а она почти о них забыла.

– Уже не болит, – словно оправдываясь, сказала Мэгги. – Сейчас не болит.

Затем, потянувшись, выключила ночник. Комната немедленно погрузилась в темноту, такую густую и плотную, что Мэгги не видела кончика собственного носа, не говоря уж о Нике.

– Ну-ка, за дело, – скомандовала она, поднимая руки, чтобы обнять его и притянуть к себе. – Подтверди-ка свои достижения. Негоже отставать от собственных рекордов.

– Магдалена… – Ник слегка откинулся назад, голос его звучал почти мрачно.

– Замолчи, глупыш, лучше поцелуй меня, – прошептала она настойчиво, и он подчинился. Мэгги почувствовала, как его большое нагое тело доверчиво прижимается к ее телу.

Его губы, отыскав губы женщины, прикоснулись осторожным любящим поцелуем. Язык уже принялся исследовать сладостные глубины рта, наслаждаясь его влажной темнотой и играя ее языком. Не торопясь, она ответила на поцелуй поцелуем, наслаждаясь сознанием полной и радостной свободы. Руки ее гладили его плечи, продвигаясь вниз. Теплая влага его кожи дразнила и манила одновременно. Ей нравилось прикасаться к нему.

Ник положил руки ей на грудь, любуясь и играя с сосками, и у Мэгги перехватило дыхание. Мягкие холмы набухли, а вершины их затвердели.

Губы, покинув ее губы, словно приняли эстафету из его рук. Он наслаждался, жадно и страстно, сначала одной, затем другой грудью. Прикосновение губ Ника горячей пульсирующей волной отозвалось в святая святых ее тела.

Словно почувствовав это, Ник позволил одной руке начать движение вниз. Мэгги затаила дыхание, наслаждаясь нежным скольжением его пальцев по шелковистой коже живота, затем замерла одновременно с тем, как они достигли чувственного треугольника. Ник продолжал нежно поглаживать ее, играя завитками волос и не отрывая жадных губ от щедрой груди.

Простонав от наслаждения, Мэгги прижала его голову к груди, запуская пальцы в густую шевелюру. Глаза ее закрылись, а ноги задрожали, бесстыдно выдавая нарастающее возбуждение и беспомощно, с надеждой, ожидая его разрешения.

Губы Ника опять перехватили инициативу у его рук. Мэгги почувствовала на животе их теплую влагу: язык Ника слегка задержался там, исследуя пупочную впадинку. Ее пронзила дрожь, но тут же, едва губы его продолжили свой путь, Мэгги замерла. Пальцы, запущенные в его волосы, судорожно сжались, когда Ник зарылся лицом в заветный треугольник и подвел руки вниз, под нее, чтобы, завладев ягодицами, приподнять, притянуть Мэгги к себе навстречу.