Чтение онлайн

Переполох начался, когда Саревок, уже объявленный новым Герцогом Врат Балдура, поднялся, чтобы в свою очередь произнести речь. Краем глаза заметив, как начал меняться облик одного из гостей, Коран мгновенно вонзил меч ему в живот. Под пронзительные крики окружающих на пол упал уже не человек, а жуткое бесформенное чудовище. Началось паническое бегство. Нарядные дамы и кавалеры в ужасе метались по дворцу, наталкиваясь на стражников, спешивших к месту происшествия. Еще пятеро гостей оказались оборотнями, но эффект неожиданности был уже испорчен, и ни одному из монстров не удалось даже близко подобраться к Герцогам. В какой-то момент в гуще схватки Канни обернулась и встретилась взглядом со своим братом, неподвижно стоявшим в стороне от сражения. Глаза Саревока пылали ярким золотым светом за забралом рогатого шлема.

— Какая удача, что столь доблестные воины посетили церемонию! — обратился Белт к друзьям, когда все стихло и стражники поволокли вон туши доппльгангеров. — Чем я могу вознаградить вас?

— Прочтите это письмо, сир. — учтиво поклонился Аджантис, подавая Герцогу пергамент. — Саревок Анчев — организатор этого покушения. По его приказу был отравлен Герцог Эльтан и умерщвлен Энтар Силвершилд.

Потрясенный Белт взял письмо и отступил назад. Понимая, что все потеряно, Саревок зарычал и выхватил меч. Канни и ее компаньоны немедленно обступили Белта и Лию, держа оружие наготове, но выпада так и не последовало. Вместо этого Саревок вдруг исчез с яркой вспышкой света. Белт медленно опустил пергамент и повернулся к друзьям.

— Кровь Риэлтара Анчева и его компаньонов также не на наших руках. — тихо проговорила головорез, и Герцог согласно кивнул.

— Я отдам приказ городской страже отыскать негодяя. — решительно заявил он. — Если же вы узнаете его местонахождение… убейте его.

— Разве недостаточно уже было смертей?! — с болью в голосе спросила Канни, прекрасно осознавая правоту Герцога.

— Тогда он убьет вас. — возразил Белт. — Вы разрушили заговор, который эти люди готовили годами. Они не успокоятся, пока не уничтожат последнего из вашей группы.

Канни, понурив голову, вышла из дворца и остановилась в глубоких раздумьях.

— Ты чего-то недоговариваешь. — в этот момент Гаррик справедливо считал себя единственным, кто был вправе вдаваться в расспросы. — Ты знаешь, куда он бежал?

— Нет. — мрачно ответила Канни. — Просто я не хочу его разыскивать и, тем более, убивать. Дело даже не в слове, данном Тамоко…

— Тогда в чем? — с некоторым недоумением осведомился бард.

— Я понимаю, как это звучит, применительно к Саревоку, но все же… — криво улыбнулась девушка. — Он же мой брат! Я должна убить своего брата!

Аджантис отшатнулся, словно оглушенный таким признанием. Остальные молчали, избегая смотреть на Канни.

— Ты, как и Тамоко, веришь, что Саревока еще можно излечить от одержимости, которая им завладела? — мягко спросил Гаррик, и Канни неуверенно кивнула.

— Тогда нам лучше найти его раньше, чем это сделают наемники Пылающего Кулака или рыцари Ордена. — спокойно предложил Коран. — Но где начинать поиски?

— У меня есть догадка. — подал голос Ксан, и все разом обернулись в его сторону.

— Утром я нашел время прочесть все, что только смог найти о культе Баала. — продолжал маг. — Далеко Саревок уйти не мог. Его цитадель заброшена, а во Вратах Балдура не осталось ни одного храма ныне мертвого божества. Однако в катакомбах под старым городом должен был сохраниться древний храм Баала. Авантюристы упоминали о нем в своих заметках как о рассаднике нежити прямо под ногами добрых горожан.

— Значит, проверим этот рассадник. — проворчал Киван. — За неимением других идей. Как туда попасть?

— Один вход в катакомбы есть через подвал магической лавки недалеко от городского порта. — поведал Ксан, и все вздохнули с некоторым облегчением.

— Слава богам, не в канализации. — шепнул Гаррик, и Канни невольно улыбнулась.

Это подземелье не походило ни на что, когда-либо ими виденное прежде. Тусклая серая равнина, усыпанная прахом и обломками когда-то находившихся здесь строений, простиралась вдаль, докуда хватало взгляда. Сюда не проникал солнечный свет, но и сводов исполинской пещеры было не разглядеть, они терялись в душном сумраке где-то высоко над головой. Стояла пронзительная, звенящая тишина. Казалось, они идут уже несколько часов, словно даже время остановилось в этой ужасной могиле. Наконец сумрак немного поредел, и друзья остановились перед огромной аркой, украшенной на самой верхней точке барельефом в виде оскаленного черепа с длинными рогами.

— Приветствую, Канни. — тихо произнесла Тамоко, выходя из арки им навстречу.

— Тамоко! — воскликнула головорез с искренней радостью. — Ты жива!

— Пока да. — голос воительницы был монотонным и безжизненным. — Боюсь, время для разговоров уже прошло. Мне придется выступить против вас.

— Что?! Нет! Постой! — Канни отшатнулась, подняв руки. — Саревок ведь жив? И я пришла сюда с той же надеждой, что была и у тебя! Я не ищу мести!

— Он не послушает никого из нас. — печально покачала головой Тамоко. — Ты сделала все, что смогла. Как и я. Но он проклял меня и оставил здесь, между ним и тобой. Если я одолею тебя, он вернется к своим ужасным планам, и я снова его потеряю. Если победишь ты, то продолжишь свой путь, который закончится его смертью. У меня нет выбора.

— Выбор есть всегда! — в отчаянии заговорила Канни. — Ты бросаешь свою жизнь на ветер. Я не стану с тобой биться!

— Ты должна! — гневно выкрикнула воительница, надвигаясь на Канни, в то время как та пятилась, сжимая посох. — Я стою на вашем пути! Вы будете сражаться!

— Если для тебя жизнь ничего не стоит, то ты уже и так мертва. — сурово проговорил Аджантис, опуская оружие.

— Хаос идет за ними по пятам. — процитировала Тамоко, поднимая тяжелую булаву.

— Магический Сон! — устав от этого представления, резко скомандовал Гаррик.

Мгновенно лишившись сознания, Тамоко полетела на землю и замерла в неподвижности.

Немного поколебавшись, Канни прошла под аркой и с трудом отворила окованные железом двери. Друзья оказались в большом зале древнего храма Баала. Вдоль стен помещения стройными рядами стояли огромные угрюмые статуи, в самом центре мозаичного пола был выложен зловещий символ Баала, а в противоположном конце зала виднелся потускневший от времени золотой алтарь, у которого они заметили какое-то движение. Помещение тускло освещали чадящие масляные лампы, свешивавшиеся с потолка на ржавых цепях. Углы зала тонули во мраке, и бесчисленные летучие мыши с шелестом сновали под высокими сводами. Друзья осторожно следовали за Канни, высматривавшей ловушки на пути. Они медленно дошли до середины зала и замерли, рассмотрев тех, кто поджидал их у золотого алтаря.