Чтение онлайн

Перед самым ужином ему принесли телеграмму от Брента.

Наступившую тишину нарушил вахтер, принесший телеграмму:

— Она с оплаченным ответом, сэр. Вы будете отвечать?

— Что? Нет, нет… не сейчас. Потом.

Грант стал размышлять над сведениями, переданными ему с истинно американской экстравагантностью. Он снова перечитал телеграмму.

— Кройленд… — протянул он в задумчивости. Почему это название встревожило его? Оно ему еще не встречалось. Кэррэдайн упоминал просто о какой-то монастырской хронике.

В своей профессиональной деятельности Грант слишком часто натыкался на факты, которые противоречили созданным до того гипотезам, чтобы так легко почувствовать себя обескураженным. На новую информацию он отреагировал так, как сделал бы это при проведении настоящего следствия. Он принялся рассматривать противоречивый факт со всех сторон. Спокойно. Беспристрастно. Не впадая в отчаяние, как бедняга Кэррэдайн.

— Кройленд, — повторил он вслух. Кройленд находится где-то в Кембриджшире. Или в Норфолке? Где-то там, на границе, среди болот.

В палату вошла Лилипутка и поставила широкий поднос с ужином на грудь Гранта, но тот ничего не замечал.

— Вам так удобно? — спросила сестра. Не услышав ответа, она повторила вопрос.

— Или! [10] — закричал Грант на девушку.

— Что?

— Или, — прошептал он, уставившись в потолок.

— Мистер Грант, вам нехорошо?

Инспектор увидел озабоченное лицо Лилипутки, заслонившее знакомые разводья трещин на потолке.

— Нет, напротив! Мне замечательно! Погодите минутку, сделайте одолжение, отправьте телеграмму. Дайте-ка блокнот. Из-за этого пудинга я не могу до него дотянуться.

Сестра подала ему блокнот и карандаш, и Грант написал:

Затем с аппетитом съел ужин и приготовился насладиться глубоким сном. Грант уже почти заснул, когда вдруг почувствовал, что кто-то склонился над ним. Приподняв веки, он увидел прямо над собой встревоженные глаза Амазонки. Сестра держала в руке желтый конверт.

— Я не знала, что делать, — стала объяснять девушка. — Не хотела тревожить вас, но подумала, вдруг что-нибудь важное. Телеграмма, сами понимаете… Надеюсь, я вас не разбудила?

Грант заверил сестру, что она поступила правильно, и та с облегчением вздохнула, едва не сдув на пол портрет Ричарда. Пока инспектор читал телеграмму, девушка стояла рядом, готовая поддержать его на случай дурных вестей, — для нее телеграммы всегда означали неприятности.

Телеграмма была от Кэррэдайна.

Грант тут же настрочил ответ: «Да. Желательно во Франции», — и попросил Амазонку отправить поскорее.

— А теперь, пожалуй, свет можно выключить совсем. Я отлично посплю до самого утра.

Он заснул, думая о том, каковы шансы обнаружить теперь столь желанное второе упоминание о виновности Ричарда.

Кэррэдайн появился на следующий день, видом своим отнюдь не напоминая самоубийцу. Наоборот, он как-то посветлел, и даже его пальто стало больше похоже на нормальную верхнюю одежду.

— Мистер Грант, вы просто чудо! Неужели у вас в Скотленд-Ярде все такие? Или это вы такой особенный?

Грант смотрел на него, едва веря удаче:

— Неужели вы все-таки откопали французские сплетни?

— Разве вы сами этого не хотели?

— Еще как хотел! Но не надеялся. Шансы были мизерные. Так какую же форму слухи приняли во Франции? Хроника? Письмо?

— Нет. Нечто более удивительное. Собственно говоря, более серьезное. Похоже, что канцлер Франции упомянул об этом в речи перед Генеральными штатами в Туре. И был весьма красноречив. Пожалуй, его краснобайство меня и утешило.

— Почему?

— Ну, на мой слух его речь звучит совсем как выступление американского сенатора, охаивающего во всю мочь перед своими избирателями внесенный коллегой законопроект, который им явно не нравится. В общем, хочу сказать, похоже на политиканов в Штатах.

— Вам бы работать в Скотленд-Ярде, Брент. И что же заявил досточтимый канцлер?

— Это, к сожалению, по-французски, а я в нем не слишком силен. Так что вам лучше прочесть самому.

Он протянул Гранту листок, исписанный детским почерком.

Грант прочитал:

— «В этой стране», — повторил вслух Грант. — Значит, уже тогда он отнюдь не симпатизировал англичанам. Он даже предполагает, что мальчики были «зверски убиты» с согласия народа. Так что нас почитают за нацию варваров.

— Точно. Именно это я и имел в виду. Точь-в-точь как конгрессмен, пытающийся доказать свою правоту во что бы то ни стало. А на самом деле французы в том же году, приблизительно через шесть месяцев, отправили к Ричарду послов, видимо, выяснив, что слухи не соответствовали действительности. Ричард сам подписал посольству охранную грамоту. Вряд ли он поступил бы так, если французы все еще продолжали бы славить его как злодея и убийцу.

— Резонно. У вас есть даты появления слухов в Англии и во Франции?