Длинные тени
Шрифт:
— Прости, я малость не поняла — при чем тут яблоки?
— Так осень ведь была! Их младшие высочества вычитали, что осенью эльфы устраивали игрища в честь урожая, вот и попробовали!
— А, — догадалась Далия. — И наверняка затеяли сбивать из лука выстроенные в ряд яблоки! И кто ж по любимому дядюшке промахнулся — Анна, Дафна или малыш Арден?
— Ее величество, собственноручно. Она говорила, что меткость у нее в крови. И, чтоб доказать это, сказала Роскару поставить яблоко на голову, прицелилась и попала ему точнехонько под ключицу, — ответила Камюэль. Помолчала, бросила тревожный взгляд на собеседницу — та с глубокомысленным видом потягивала вино. — Э-э… ваше магичество… А у вас тут капканы откуда-то взялись…
— Готовлюсь сопровождать королевское семейство на охоту. Тренируюсь.
— А не могли бы вы… э-э… оно открывается?
— Вряд ли. Предполагается, что жертва сидит рядом с ловушкой, пока не умрет от голода и жажды, — рассеянно ответила Далия. Зябко передернула плечами, закуталась в шаль и отставила вино. — Так что можешь начинать, голодай себе на здоровье. А я, пожалуй, пойду спать. Завтра вставать на рассвете…
— Но… но… вы ведь выпустите меня, правда? Вы ж шутите, вы же несерьезно!
— Конечно, серьезно! Зачем мне тебя отпускать? Оставайся, станешь призраком. Появятся воры — будешь отпугивать их бренчанием костей…
— Костями стучат скелеты. А призраки издают потусторонние звуки! Мэтресса, пожалуйста! Выпустите меня, я ж не хотела ничего дурного!
— Прекрасно. Значит, ты будешь добрым призраком.
— Ну пожалуйста! Я не хотела… я не собиралась… Я ж не Фотис, чтоб пытаться вас обмануть!.. Я все-все объясню, только, пожалуйста, выпустите меня! — причитающая Камюэль попробовала броситься на колени. Попытка вышла не слишком удачной — длины капкана не хватило; и тогда девушка принялась взахлеб объяснять, какие злые силы толкнули ее на отчаянный шаг. — Я не хотела ничего дурного, я совершенно ничего не хотела! Мне герцог Тирандье заплатил, а вы же знаете, как тяжело живут начинающие профессионалы! За учебники плати, за шпаргалки — плати, новое платье, туфельки, зеркало, чтоб видеть себя в полный рост…
— Тщеславие всегда дорого обходится, — изрекла алхимичка. Девчонке стоило ограничиться жалобами на дороговизну книг; а так… Жалости к ней Далия не испытывала. — И что герцог подрядил тебя сделать? Я, в принципе, догадываюсь, но мне хочется проверить, насколько ты откровенна.
— Он попросил… — тут Камюэль спохватилась, огляделась по сторонам и продолжила шепотом. — Он просил приворотное зелье!
— И кто счастливица, удостоившаяся внимания его сиятельства?
— Не счастливица, а счастливчик. Принц Роскар.
— Ух ты, — восторгу Далии не было предела. А еще говорят, что время любви — весна. Осень, господа, глухая осень, и темные вечера начинающейся зимы. Такой взрыв гормонов, что в страшном сне не приснится!
— Старый герцог хотел, чтоб Роскар влюбился в его дочурку.
— Ах, вот оно что… — с некоторым разочарованием протянула алхимичка.
— Я, конечно, долго сопротивлялась, ведь понимаю, что соблазнение и приворот — дело тонкое; а принцесса Ангелика прознает — мало не покажется… Но когда Тирандье предложил заплатить втрое… то есть, когда он принялся мне угрожать, что его дочка вышвырнет меня из Дворца, я пообещала, что сделаю! А рецепт не помню! Вот и пришла — я не собиралась ничего воровать, я хотела только справочник прочитать! Простите меня, ваша учёность! Я больше не буу-дууу… — захныкала начинающая ведьма.
— Хватит сырость разводить. Дальше рассказывай.
— Но я ведь всё рассказала! Всё, что знала! Мне герцог рыжий волос Мелорианы принес, я собиралась…
— Про тебя я всё поняла. Рассказывай, что Фотису у мэтра Фледеграна понадобилось. И не надо его оправдывать — то, что я не захотела раздувать скандал, еще ничего не значит. Может быть, я рассчитывала, что он умрет от царапин моего котика.
— Так тот кадавр [24] , который исполосовал Фотиса — ваш? — с ужасом и восторгом спросила Камюэль. — Каким ядом вы его пропитали — царапины до сих пор не заживают?!
24
Кадавр — созданное с помощью магии существо. В случае использования Магии Смерти существо изначально мертвое, но оживлено с помощью чар. Иногда кадавры создаются иначе — в частности, Черно-Белый Кот был выращен магическим способом.
Вместо ответа алхимичка ограничилась тонкой загадочной улыбкой.
— Вообще-то, поделом ему, — сдаваясь, признала Камюэль. — Он действительно хотел стащить у мэтра… вернее, уже у вас, пару артефактов. Понимаете, это не потому, что Фотис жадный, просто он решил вам магические штуки без надобности, вы ими даже не сможете пользоваться. Вот он и подумал, что они зря будут пылью покрываться… Простите меня, мэтресса! Я не хотела, я его даже отговаривала — но он меня не послушал. Я его убедю! То есть, убежу, чтоб он вернул всё до последней мелочи! Отпустите меня, мэтресса! Пожалуйста!
«Весёленькое место, этот Королевский Дворец,» — решила алхимичка.
Ресторация «Алая роза», плюс-минус полночь
Весь вечер Напа занималась подготовкой к реализации Великого Плана.
Вообще-то, Великих Планов в голове достойнейшей дочери клана Кордсдейл всегда было немало. Один-два — как минимум, но в хорошие дни Напу Леоне осеняло полдюжины грандиозных идей, которые требовали практического воплощения. Однако — есть планы, а есть Планы; есть просто хорошие идеи — а есть Великие, Способные Перевернуть Жизнь.
Последний раз подобной мощи идея забиралась в голову гномки летом и завершилась путешествием по Эль-Джаладу, «прогулками» по подземельям, встречей с огромной трехголовой змеей, подкопами, магическим водопадом и прочими радостями [25] .
С практической точки зрения идея раскопать гробницу царя Тиглатпалассара принесла Напе Леоне весьма скромный доход. А именно — большую стеклянную бусину из некрополя гиджа-пентийских владык, медный кувшин с узорами в эльджаладском стиле, да пару кусков мрамора, которые сейчас оформляли вход в ресторацию.
25
См. «Алхимик в Пустыне»
Но Напе-то хотелось большего…
Да, она оставила свое имя в археологии; да, благодаря ее рассказу о некрополе мэтр Люмус написал монографию, а мэтр Филипп — четыре статьи; но гномы — странные люди, славы мирской им мало… Всегда было мало. Они — существа прагматичные, они испокон веку предпочитают наличность.
Как-то так получилось, что добывать золото в Талерине у Напы Леоне не получалось. Ресторация приносила стабильный доход, который так же стабильно расходовался на благотворительность и ремонтные работы. И если первое как-то подлежало проверке и учету — Далия, а теперь еще и Ньюфун, драконами стояли на страже интересов Напы и более пятнадцати поэтов прикармливать ей не позволяли, то второе, увы, было бесконечно, как океан.