Для прессы
Шрифт:
когда он поднял руки над головой, и она могла рассмотреть каждый кубик на его животе,
когда вода стекала вниз по его телу. Ощущение его раннего поддразнивания вернулось к
ней в полной мере, и она почувствовало, как ее тело начало разгораться, просто глядя на
него.
— Я подумал, тебе это понравится, — произнес он, ложась рядом с ней.
Лиз потерлась о его грудь и провела рукой по скользкой поверхности.
— На счет того, что ты закончишь начатое, — хрипло прошептала она.
Хайден глубоко засмеялся.
— Так вот о чем ты думаешь? — Его рука прошлась по всей длине ее тела.
— А ты об этом не думаешь?
— О, я думаю, — произнес он, переворачиваясь на нее, прижимая спиной к земле.
Когда он прижался всем телом к ней, через тонкую ткань его плавок, она
почувствовала его напряжение. Его рот накрыл ее, без следа нерешительности, которая
обычно у него была. Они были одни в своем собственном мире, и взволнованность от
того, что они находились в таком открытом месте, еще сильнее подпитывала их страсть.
93
Его пальцы намотали ее волосы, и она выгнула свою шею к его губам. Ее руки
нашли резинку его плавок, и ей потребовалась вся выдержка, чтобы просто не сорвать их
прочь. Она держалась за нее, как за свою жизни, пока он опустошал ее шею, вниз до
ключиц, пока не нашел лямки ее бикини.
— Хайден, — простонала она, — Я хочу тебя.
Не имея больше силы воли, Лиз начала дергать его плавки, стаскивая их вниз по
бедрам. Хайден сел, и стянул их, пока она с легкостью сняла с себя бикини, обнажая себя
перед ним.
— Боже, ты прекрасна, — сказал он, ложась на нее.
Их губы с жадностью встретились, пока он вошел внутри нее. Ее глаза трепетали,
закрываясь, и она застонала, ощущая, как он заполняет ее. Прошел только день, а казалось
вечность. Она почувствовала себя ненасытной, она не могла понять, почему изначально
так долго ждала, и теперь, когда она попробовала его, она не могла им насытиться. Ей
хотелось исследовать каждый дюйм его кожи. Ей хотелось, чтобы он очертил каждый ее
изгиб.
Ее сердце переполнялось, пока Хайден медленно отстранялся, а затем быстро
погружался в нее. Она подхватывала его ритм, всегда нуждаясь в большем, желая
большего. И он давал это ей, снова и снова. Она почувствовала, как ее тело сдавалось
перед интенсивностью и эйфорией этого момента.
Она даже не думала о камнях, которые врезались в ее спину, или о траве,
царапавшей ее руки и ноги. Значение имело только это чувство, прямо здесь. Понимание
того, что Хайден сделал это все для нее, и что он собирался продолжать так делать и
дальше. Понимание, что они сами создавали свои воспоминания, они контролировали
свое будущее, а не прошлое, и что они буду это делать вместе. Понимание, что в любви
самой сильной эмоцией была связь…которая изо дня в день доказывая кому-то, что это
было то, что они заслужили, и они не разменивались на что-то меньшее. Это было все, что
давал ей Хайден.
Спина Лиз поднялась от твердой земли, когда он двигался вперед достаточно
сильно, чтобы повалить ее назад. Все отговорки, чтобы брать ее медленно ушли, и он
требовал ее всю. И она отвечала ему.
Ее тело сжалось от оргазма, когда он еще раз толкнулся в нее. Он вошел в нее еще
пару раз, прежде чем с хрипов кончить вместе с ней.
— Черт, Лизи, — пробормотал он ей в шею.
— Это было потрясающе.
Слова были похожи на дымку, и она вдруг почувствовала, как будто плывет в
облаках.
Хайден рухнул на землю рядом с ней, и она уткнулась лицом в его грудь. Их
дыхание начало замедляться, пока они лежали там, восстанавливаясь от интенсивности
того, что сейчас произошло. Лиз попыталась обдумать то, что она сейчас чувствовала.
Она отдала сейчас Хайдену все, что накопилось в течение месяца. Она знала, месяц
– это не так уж и долго, но она была рада, что по крайне мере она это осознала. Она
потратила слишком много времени, переживая о том, чего никогда не произойдет, о том,
что все будет не так, как ей этого хотелось. Когда то, чего ей хотелось на протяжении двух
лет, человек, который ей отдавал все в течение нескольких месяцев, был прямо перед ней.
И если быть честной, прошлый месяц был лучше, чем все предыдущие дни вместе взятые.
Она почувствовала, что они выросли и повзрослели друг с другом в их отношениях…в
здравом и разумном смысле.
И она знала, что означало это чувство, которое кипело внутри нее. Она уже знала
это некоторое время, но это никогда не было настолько ясно, как сейчас, когда она лежала
в уединенном месте на Гавайях, в окружении природы, слушая биение сердца Хайдена и
звуки брызг водопада.
94
— Хайден, — выдохнула она, садясь, отперевшись на локти и глядя в его карие
глаза.
На солнце они были почти золотыми, и она вздрогнула от этого вида.
— Что, красотка? — спросил он, убирая волосы с ее лица.
— Ты же знаешь, что я тебя люблю, да?
Он улыбнулся ей своей блестящей улыбкой и кивнул.
— Да, знаю. Я рад, что ты наконец-то это поняла.
Глава 14
Редактор