Чтение онлайн

Россия не забыла своих великих сыновей. Но на пьедестале славы есть только одно первое место. И по времени церковной канонизации (середина XVI века), и по общей значимости культа Александр Невский явно превосходит московского князя. В то время как Дмитрий одной ногой стоит в истории, а другой — в фольклоре, Александр Невский служит сакральным знаком и ангелом-хранителем Российской империи. Его имя носили три российских императора.

В истории, как и в жизни, действует принцип «каждому — свое». Внук Калиты не стяжал стольких памятных регалий, как его прапрадед. Однако память Дмитрия отличается какой-то московской душевностью, теплотой, интимностью — тогда как от образа Александра Невского веет синодальным петербургским холодком…

Общегосударственному прославлению Дмитрия Донского в Новое и Новейшее время существенно мешает одно обстоятельство. В то время как победы Александра над немцами и шведами сохраняли свою героико-патриотическую актуальность в силу постоянного пребывания последних в качестве потенциальных врагов России, в то время как коварные «латиняне», которых, согласно легенде, так решительно отверг Александр Невский, еще долго продолжали смущать православный народ своими коварными посулами — противники Дмитрия Донского как бы растворились в тумане веков. Последний прямой наследник Золотой Орды по государственной линии, Крымское ханство прекратило свое существование в 1783 году.

Но кто же остался там, на другом конце Куликова поля? Кто ответит за ярость Мамая и свирепость Тохтамыша? «Татары»? Историки давно уже разъяснили, что «татары» тех времен — это не национальность, а гражданство. Так называли на Руси всех степняков, не вникая в подробности их этногенеза. Но невзирая на все их ученые рассуждения, у современного человека имя «татары» вызывает вполне конкретные ассоциации. Мирные казанские татары… Служилые касимовские татары… Трудолюбивые крымские садоводы… Гостеприимные пастухи агинских степей… Никто из них, конечно, не должен восприниматься как душеприказчик Чингисхана и Батыя.

Решить возникшую историко-политическую головоломку, представить Дмитрию Донскому достойного противника и в то же время не спровоцировать этническую рознь призвано было вскормленное историками загадочное и ужасное «татаро-монгольское иго»…

С этим чудовищем и прожила советская историография несколько десятилетий. Однако сегодня «татаро-монгольское иго» уже не устраивает историков: одних — своей военно-патриотической прямолинейностью, других — библейским происхождением, третьих — уязвимостью с точки зрения политкорректности. На смену архаическому (хотя в грозном звучании своем вполне аутентичному) понятию предлагают современную (но слишком эластичную и неопределенную) «зависимость русских земель от Орды». Но дело, конечно, не в звучании, а в конкретном содержании тех или иных исторических терминов. На каждом повороте отечественной истории прошлое становится ареной напряженной идейной борьбы…

…Помимо всех научных и историко-политических вопросов далекая эпоха Дмитрия Донского порождает и еще один вопрос метафизического характера. Он айсбергом всплывает среди мелких льдин. Этот странный вопрос читатель, быть может, задаст себе, перевернув последнюю страницу нашей книги. Да было ли всё это и в самом деле?

Не будучи любителем однозначных ответов, ограничусь лишь советом, польза которого проверена на собственном опыте. Любезный читатель! Будь сам себе историком. Поезжай на Куликово поле.

«Время создается переменой вещей», — говорил блаженный Августин (1, 237). На Куликовом поле вот уже 600 лет ничего не меняется. И потому время здесь как бы остановилось. Невидимые врата в прошлое открыты. Но путь к этим вратам имеет свой ритуал…

По дороге отобедай в хмурой Туле. Пройдись немного по забытой Богом Епифани. Остановись на ночлег в гостинице для паломников, устроенной иждивением музея Куликова поля. Поживи в этой смиренной обители два или три дня, вдыхая тишину полей и разглядывая ангелов на стенах Сергиевской церкви. Исходи вдоль и поперек всё молчаливое поле. Запрокинув голову к распахнутому небу, посмотри, как, подобно полкам небесной рати, скользят по нему легкие тени облаков.

Присев на камень, погляди в темные воды тихого Дона…

И, может быть, однажды ты услышишь в глубокой тишине Куликова поля тот подземный гул, который слушал здесь когда-то князь Дмитрий с верным Боброком.

Вот тогда-то ты убедишься в том, что всё это — и Дмитрий Донской, и Мамай, и битва, и победа — всё это действительно было. И чутко спит в этой горестной Русской земле…

1350, 12 октября — рождение Дмитрия Ивановича.

1353, 11 марта — умер митрополит Феогност.

26 апреля — умер великий князь Семен Иванович Гордый.

6 июня — умер князь Андрей Иванович Серпуховской.

15 июня — родился князь Владимир Андреевич Серпуховской.

1355, 25 марта — взошел на великое княжение Владимирское отец Дмитрия Иван Красный.

1357 — умер хан Джанибек. Начало «великой замятни» в Орде.

1359, 13 ноября — умер великий князь Иван Иванович Красный.

1360, весна — Дмитрий ездил в Орду за ярлыком на великое княжение Владимирское.

1361 — вторично ездил в Орду за ярлыком на великое княжение Владимирское.

1362 — получил от хана Мюрида ярлык на великое княжение Владимирское.

1363 — получил от хана Абдуллаха ярлык на великое княжение Владимирское.

Отказ Дмитрия Суздальского от великого княжения Владимирского.

1364 — умерла княгиня Александра, мать Дмитрия Ивановича. Умер Иван, младший брат Дмитрия Ивановича.

1365 — усобица суздальско-нижегородских князей.

1366, 18 января — Дмитрий женился на Евдокии, дочери Дмитрия Суздальского.

1367 — начал строительство белокаменного Кремля в Москве.

1368 — захват князя Михаила Александровича Тверского в Москве.