Чтение онлайн

Фабрицо развлекался, наблюдая за перекрёстным огнем недвусмысленных взглядов над столом. Сестра много ела и отдыхала от детей. Я сидела как королева. Мне было очень хорошо. И вкусно. В итоге мы съели восемь видов пиццы и пасту с трюфелем. И выпили всего три бутылки молодого вина. Вечер удался.

И как вишенка на тортик: я уехала с Але, оставив растерянного Марио с Кьярой. Та-там!

Среда.

Здравствуй, дорогой дневник.

Ну что ж. Вот и в моей жизни наступили африканские страсти.

Я хожу в спортзал, но от услуг Марио отказалась. Он разозлился и начал мстить! Завел интрижку с Кьярой и специально начинает громко рассказывать своим приятелям, какая она классная! Все знают, что мы встречались. Я не реагирую. Но на беговой дорожке специально болтаю с Але по телефону. Мы обсуждаем…книги!

Когда Марио проходил мимо, я выдала Алессандро заранее подготовленную фразу: “Привет, Але! Я не буду спрашивать, что ты ешь, мне интереснее что ты читаешь сейчас?”. Дальше минут сорок я могу не слушать подробный отчет Але из библиотеки и со злорадством наблюдать, как бесится Марио, но в это же время заигрывает со всеми девушками в зале.

Правда, Марио вряд ли понял мой сарказм. Честно, жаль, дневник, что мои особенные шутки пролетают мимо скудного ума Марио. Ну, ничего. Их по достоинству оценивает Але.

По поводу еды. Знаешь дневник, что меня раздражает в итальянцах? Они реально всё время говорят о еде! На пляже, в спортзале, в магазине и на улице я слышу одно слово: манжаре, манжаре! Сколько можно?! И самое обидное, почему они такие стройные?! Ну правда!

Вчера в зале один парень рассказывал, как ездил к своей матери на выходные. И перечислил все двадцать блюд, которые приготовила его матушка! И потом еще раз пять повторил свой отчет вновь приходящим в спортзал! Я постоянно слышу разговоры о еде, футболе и сплетни. Итальянцы – такие сплетники!

Ладно, дорогой дневник. На самом деле я злюсь. Злюсь на себя, а не на Марио. По-моему, я погорячилась, оттолкнув его от себя. И у меня уже нет обратного хода. Он обиделся. Он встречается с Кьярой. И он больше не умаляет возобновить отношения.

Что же мне делать? Але всю неделю в Турине. Он приезжает только с пятницы до воскресенья. У нас еще не было секса и я задумалась. А что если он совсем совсем не “АХ”? А Марио я уже оттолкнула.

Что же мне делать, дорогой дневник?

Четверг. Я в растерянности.

Я позвонила сестре и спросила ее совета.

Она сказала: «Переспи с Алессандро и не парься.».

Вот так. Легко сказать! Але не даёт мне никаких знаков на сближение! Он пишет романтические письма в будни, на выходные мы посетили уже все известные и не известные церквушки в Борго. Мы были в музее Шагала в Ницце, и знаменитой французской деревушке художников Сен–Поль–де–Ванс. Но ни разу Але не сделал мне и намека на близость. Что же мне делать?

Воскресенье.

Знаешь, дневник… Я немного потеряна. Что-то я сделала не так.

В пятницу вечером мы сидели в прекрасном ресторане в Ментоне. Я любовалась как солнце, утомленное любовными играми, с наслаждением падало в объятия моря. Какие драматичные закаты на французской стороне! Просто удивительно! В Санремо я наблюдаю волшебные рассветы, но за закатами надо ехать в Ментон, Кап Ферра и Монако.

Еда была потрясающая. Деликатная, изысканная. Волшебное вино тихой музыкой нежной флейты растекалось по крови, принося с собой негу и желание. Я была особенно обворожительна в тот вечер. И глупо было бы закончить его не в постели. Но!

Господи, дорогой дневник! Я поражаюсь Але! Как можно быть такой чувствительной натурой во всем, что касается музыки и искусства, но абсолютно глухим к желанию женщины, которая тебе нравится! А я нравлюсь ему! Я знаю!

Короче. В пятницу я ночевала одна. В субботу притворилась больной. И Але, как мне показалось, с облегчением услышал об отмене свиданий на выходные.

Я не знаю, что делать.

Вторник.

Я жалею, что разорвала с Марио. Кажется, у него все хорошо. Выглядит он счастливым. И сегодня приперлась Кьяра в спорт зал. Ее неуемная энергия, душная и громкая, мешала мне заниматься. Я ушла раньше. И уже уходя, услышала, как Марио с восторгом делился с другим тренером, что будет готовить Кьяру к соревнованиям “бодибилдинг бикини”! Подумать только! Мне он никогда не предлагал, только критиковал!

Среда.

Надо что-то придумать! Так не может продолжаться! Марио уже совсем на меня не смотрит, он полностью растворен в Кьяре! А Але, по-моему, и не собирается переходить на другой уровень. И сегодня мне пришла мысль, может Але встречается или живет с кем-то в Турине? А может он гей? Как иначе объяснить, что мы знакомы уже месяц и даже не целовались! Да, он нежен со мной, смотрит в глаза, читает стихи, держит за ручку и вздыхает. Но черт возьми! Мы в 21 веке! И ему тридцать, да и я не девочка! Что это всё значит!

Я решила, что в ближайшие выходные обязательно поговорю с Але!

Грустная Среда

Ну что ж, дорогой дневник. Я поговорила с Алессандро.

Лучше бы я этого не делала.

В пятницу мы не встречались. Он остался в Турине и приехал только в субботу вечером. Но он был занят с семьей. Собиралась вся родня у его 98 летней бабушки. Только в воскресенье днем мы встретились на аперитив.

Вот было у меня предчувствие, что нужно отложить беседу. Но я так накрутила себя на прошлой неделе, что не смогла сдержаться.

После того, как Але подробно рассказал о всех своих родственниках и жизни бабушки, при этом вскользь упомянув, что пожалел, что не пригласил меня с собой, (а кстати, почему не пригласил?), я спросила его в лоб:

“Але, скажи, что с тобой или мной не так?”

Он был ошарашен таким прямым вопросом. Вообще, прямота – это не итальянская национальная черта характера. Нет. Надо всё двусмысленно, намеками. Видимо, чтобы можно было соскочить: “О! Ты не так понял!”

Конец ознакомительного фрагмента.